Анна Орехова – Стамбул. Подслушанное убийство (страница 11)
#курсымаркетинга #работамечты #креативнаяреклама #нашистуденты #cw_istanbul
Глава 5. Как завалить конкурента
В отличие от многих других мусульманских стран, Турция – государство светское. Здесь давно нет официальных перерывов на молитву: продавцы не закрывают магазины, чтобы посетить мечеть, таксисты не просят пассажиров подождать в машине, пока они исполнят положенный ритуал, общественные организации не приостанавливают работу.
Да, в Турции религия отделена от государства, но тем не менее девяносто шесть процентов населения исповедуют ислам. Поэтому и мечетей в стране огромное количество, в одном только Стамбуле – более трёх тысяч. Пять раз в день со всех минаретов муэдзины призывают верующих на молитву. Их разрозненный хор на несколько минут наполняет город, и если местные этого уже не замечают, то приезжие останавливаются, прислушиваются и проникаются восточным колоритом.
На площади Султанахмет очередной призыв на молитву зазвучал в тот самый миг, когда Макс сообщил об окончании лекции. Получилось эффектно: студенты переваривали условия первого задания, пока муэдзины Айя-Софии и Голубой мечети соревновались в вокальных данных, оглушая округу проникновенным «Аллаху акбар». Макс тем временем направился в сторону отеля.
Когда пение смолкло, студенты вышли из оцепенения и разбрелись кто куда. Света с Катрин отправились искать красивые фоны для сторис, Юрис ушёл, сославшись на важные дела, Манчини предложил Нике выпить кофе.
– Спасибо, Карло, но я лучше вернусь в отель. Надо поработать и над заданием подумать.
– Поработать? – недоверчиво прищурился Манчини. – Могла бы отшить меня чуть более деликатно.
Ника хотела объяснить, что не обманывает, что ей на самом деле нужно закончить презентацию для сына шефа и просмотреть почту, чтобы не упустить что-то важное. Но словарного запаса катастрофически не хватало, поэтому пришлось ограничиться виноватым:
– Не обижайся, ладно? Давай в другой раз?
– Ловлю на слове!
Манчини козырнул и направился в сторону кафе около площади, а Ника пошла в отель. Нужно побыстрее закончить презентацию, чтобы сосредоточиться на задании для курсов, а ещё не терпелось позвонить Кириллу и испробовать стример.
Они редко общались голосом, чаще переписывались. Когда брат оплатил новенькие слуховые аппараты с блютусом, жизнь стала легче, но проблему с телефоном это не решило. Для сопряжения слуховых аппаратов с телефоном требовалось устройство-посредник вроде стримера, подаренного Максом. Без него даже разговоры по видеосвязи превращались в пытку. Ника понимала через слово, отвечала невпопад. Это жутко злило, но порой выходило даже смешно, как в тот раз, когда Кирилл сказал, что взял на работу стажёра, а Нике послышалось, что он назвал её обжорой. Причём до этого она рассказывала, что вот уже третий день питается то пельменями, то пиццей, потому как на готовку не хватает времени. Поэтому вышло особенно забавно.
Они долго смеялись, и теперь Кирилл часто поддразнивал её на тему еды, при каждом удобном случае называя обжорой. Это стало шуткой, понятной только им двоим.
Вчера Ника написала ему перед сном, сообщила, что долетела и разместилась в отеле. Кирилл ответил почти мгновенно и пожелал плодотворной учебы. Неужели не спал, дожидаясь сообщения? Ей была приятна его забота, но не отпускало чувство, что она ведёт себя нечестно. Их связывало нечто большее, чем просто дружба, они оба это понимали, и Кирилл своих намерений не скрывал.
Ещё в прошлом году в Барселоне он сказал, что готов ждать, пока Ника наладит жизнь, привыкая к новой работе и слуховым аппаратам. С тех пор они переписывались практически каждый день, болтали обо всём, обсуждали фильмы, работу, пробки. С Кириллом Ника чувствовала себя легко, могла отправлять сообщения, не перечитывая по несколько раз, боясь ляпнуть лишнего или показаться бестактной.
Они по-настоящему сблизились, и Кирилл знал о Нике больше, чем кто-либо другой, однако тему отношений они никогда не обсуждали. Ника не представляла, сколько ещё он будет ждать, но понимала, что так не может продолжаться вечно. Жизнь давно наладилась и вошла в размеренный ритм, вот только Кирилл по-прежнему жил в Москве, а она в Краснодаре. О каких отношениях могла идти речь, когда их разделяло больше тысячи километров?
Ника вернулась в отель, подключила телефон к вай-фаю и настроила стример, следуя инструкции. Теперь, если верить рекламе на коробке, можно хоть музыку слушать, хоть болтать по видеосвязи: звук будет транслироваться сразу на оба аппарата, причём шумы сгладятся, а чёткость улучшится.
– Привет! – голос Кирилла и в самом деле звучал иначе. Сложно сказать, что именно изменилось, он словно стал более натуральным. Как будто звук пропустили через специальный фильтр, убирающий искажение. – У тебя новая причёска?
Ника провела рукой по волосам. Ах да, она же вытянула волосы.
– Не новая, просто уложила иначе. Нравится?
Глаза Кирилла хитро сощурились за стёклами очков.
– Я знаю правильный ответ на этот вопрос. Девушкам нужно говорить: нравится, но и предыдущая была классной.
Ника засмеялась:
– Да ладно! Со мной можно не осторожничать.
– Я не осторожничаю, мне на самом деле нравятся оба варианта. Как дела?
– Хорошо. Вот сижу в отеле. – Ника поудобнее устроилась на кровати. – И знаешь, я тебя прекрасно слышу!
– Правда? Изменила настройки в аппаратах?
Изображение Кирилла чуть отдалилось, похоже, он закрепил телефон на подставке. Теперь было видно не только его лицо, но и плечи и кусочек стола.
– Нет, не настройки. Помнишь, я рассказывала, что курсы ведёт Ред Макс?
– Помню.
– Так вот, он подарил мне классный приборчик. Подключается к аппаратам, а потом к любому устройству, например, к телефону. Звук идёт сразу на аппараты, и я действительно лучше слышу. В разы лучше, чем без него!
– Ух ты! Шоу ми[7] этот девайс.
Кирилл обожал мешать русские слова с английскими. Раньше Нику это раздражало, но сейчас казалось даже милым. Она продемонстрировала стример, показала коробку, кабель для подзарядки и небольшую книжечку-инструкцию.
– Его можно использовать как внешний микрофон, это специальная фишка, помогающая во время лекций или конференций. Я могу попросить преподавателя прикрепить стример к одежде, и всё услышу, даже если буду сидеть в двадцати метрах.
– Кул[8]! Получается, его
– Нет уж, мне бы с учёбой разобраться.
– Тяжело?
Ника вздохнула. Кому ещё жаловаться, если не Кириллу?
– Очень. Я ни черта не понимаю на английском! Полный ноль. И ладно бы только не понимала, я и говорить не могу, спотыкаюсь на каждом слове! Похоже, у меня просто мозги к этому не приспособлены.
– Всё у тебя приспособлено! Это нормально, нельзя просто взять и заговорить на
– Обещаешь?
– Обещаю. Только не загоняй себя, окей?
Ника улыбнулась. Кирилл вечно просил её притормозить: «хватит столько работать», «передохни», «ты совершенно не умеешь расслабляться». Но Ника не могла остановиться. Кирилл никогда бы не сказал этого вслух, но он должен понимать, что она изначально находится в менее выгодном положении.
Да, возможно, все испытывают сложности с иностранным языком, нужно время, чтобы погрузиться в среду, научиться думать на английском. Но правда в том, что Нике этого самого времени требуется в разы больше. Ведь обычным людям не приходится учиться слушать на английском и читать английские слова по губам. А значит, чтобы не отставать от других, ей нужно больше работать. Простая арифметика, ничего не попишешь.
– Ну а в целом как? Интересно? Объяснили, как будет проходить экзамен?
Ника рассказала про систему баллов, про то, что им выдадут четыре задания, про статью, которую нужно написать до завтра.
– Ещё они решили устроить дополнительный конкурс. Сказали, что лучшего студента пригласят на работу в Лондон.
– Так с этого и нужно было начинать!
– Это вряд ли. Но спасибо за поддержку.
– Почему вряд ли? Ты крутой маркетолог с большим опытом, я уверен, у тебя все шансы.
– Ты бы видел, какие монстры тут собрались. У Катрин два миллиона подписчиков на «Ютубе», у Юриса собственный бизнес, да и остальные наверняка не абы кто. Я уже за сертификат переживаю, не хочется возвращаться с пустыми руками, Роман Валентинович не поймёт.
Ника не говорила Кириллу, почему так важно получить сертификат. Глупо, но боялась сглазить. Казалось, стоит хоть кому-нибудь узнать о возможном повышении, как всё сломается, рухнет, и шеф вообще передумает формировать отдел.
– Ника, ты тоже монстр. Вспомни финт с икринками в Барселоне, мы с Саней тогда здорово обломались.
В прошлом году она и в самом деле за одну ночь спасла «Царскую трапезу» от провала – взамен испорченным листовкам придумала новые, и они очень приглянулись посетителям выставки в Барселоне. Благодаря этому «Трапеза» заполучила несколько международных контрактов, а Нике досталась должность маркетолога[9]. Тогда всё срослось, но нельзя же всю жизнь хвалиться прошлыми успехами.