Анна Орехова – Осторожно, Врата закрываются (страница 8)

– Я думаю, ты была права. Среди нас действительно предатель.

Дишелл закрыла глаза. Предатель. Почему он заговорил об этом сейчас? Ведь она уже месяц твердит, что кто-то сдаёт их коротышам. Ну не могли те без наводки накрыть операцию по распространению агитационных листовок. Они будто знали, где соберутся донты. Дишелл тогда чудом удалось сбежать. А вот Шпилька и Ключ отправились на допрос. Наверняка они уже рассказали всё, что знали, ещё ни один донт не выдержал пыток. Дишелл мысленно посылала им просьбы не упрямиться. Уж лучше расколоться и отправиться на остров, чем держаться до конца и свихнуться, как Лампа.

– Стена не провалил миссию, – продолжал командир. – Их предали. Коротыши устроили облаву.

Дишелл до боли закусила губу.

– Кто-то попался?

– Да, – прошептал Фитиль, – они взяли всех.

Дишелл зажмурилась, прогоняя слезы. Так вот почему никто не ждал на третьем повороте…

– Ди… Клякса, – бормотал Фитиль. – У нас ещё есть шанс всё исправить.

«Исправить?! – мысленно закричала Дишелл. – Что теперь можно исправить?» Всё было тщетно, все эти попытки что-либо доказать… коротыши никогда не пойдут на уступки. Всё без толку, рано или поздно их всех переловят, отправят на остров, лишат возможности выплатить Долг. Нет, Дишелл не боялась недостойной смерти. Она боялась, что и в следующей жизни ничего не изменит.

Пятеро ребят… они тоже верили, что сумеют чего-то добиться. Коротыши взяли их всех, прямо сейчас они терпят невыносимые пытки. Дишелл понимала, что рано или поздно тоже окажется на допросе. Как полгода назад, когда их накрыли за попытку саботировать синтез еды на заводе. В тот раз её отпустили, посчитав, что несмышленая девчонка всего навсего оказалась не в то время не в том месте. Но в следующий раз она непременно отправится на остров. Дишелл понимала это год назад, когда примкнула к Сопротивлению. Она понимала это теперь. Вот только год назад она верила, что они изменят систему. А сейчас… она уже не верила ни во что…

– Ты слышала, что случилось с Вратами? – раздался приглушенный голос Фитиля.

Дишелл вдруг поняла, что сидит, обняв себя, и тем самым перекрывает динамик шшрипа. Она знала, что случилось, все в поселении об этом знали. Но почему Фитиль заговорил о Вратах?

– Они не просто так закрылись, Клякса. Их закрыло устройство, которое принесли с Биралта.

Дишелл опустила лицо в ладони, слушая командира. К чему он ведёт?

– Представь, что будет, если это устройство окажется у нас? Представь, как запоют коротыши, когда мы пригрозим отдать его другим расам?

Дишелл покачала головой, похоже, Фитиль окончательно спятил.

– Даже я знаю, что это невозможно. Кто тебя пустит в здание Перехода? И как вообще ты собираешься добыть это устройство?

Фитиль громко цокнул. Он всегда так делал, когда знал что-то, чего не знали остальные.

– Мы добудем устройство, не сомневайся. И вынесем его с планеты. Просто нужно найти те Врата, через которые бегут предатели.

Дишелл хмыкнула, понимая бессмысленность затеи. Действительно, уже полгода из поселений пропадают донты. Уходят всей семьёй, вручая Долг общине. Эти предатели смеются в лицо тем, кто остался: «Смотрите! Мы нашли возможность для лучшей жизни!» Они не понимают, что от Справедливости не уйдёшь. Они выбрали путь соблазна, но Дишелл знала, как хрупок этот путь. Мама тоже мечтала о достойной жизни и к чему это привело?

Ходили слухи, что предатели пользуются незарегистрированными Вратами. Якобы в одном из поселений открылся проход на другую планету. И кто-то набрался храбрости не просто скрыть Врата от коротышей, но и тайно выводить через них донтов. Сопротивление изо всех сил искало эти Врата, вот только пока все попытки оказались тщетны.

– Клякса? Клякса, ты здесь? – вопрошал Фитиль.

– Здесь, – Дишелл сплюнула и растерла слюну ботинком. – Всё кончено, Фитиль, пора это признать. Мы не найдём…

Она запнулась, услышав, что возле дома остановилась машина. Неужели Закшор так рано вернулся? Дишелл побежала к дороге, обогнула дом и застыла, уставившись на открывшуюся взору картину.

– Клякса? – донеслось из шшрипа.

– Тихо! – рявкнула Дишелл.

Фитиль умолк, смекнув, что может их выдать. А Дишелл ошарашено смотрела на дорогу. Напротив дома стояла машина Пшашера – донта, живущего тремя участками ниже. Но Дишелл удивило вовсе не появление соседа, её удивила гостья, которую тот привёз: волосы спутаны, лицо и руки в пыли, одежда грязная, на правой штанине дырка. Это была то ли ирбужка, то ли землянка.

– Встретил у леса, – объяснил Пшашер, поддерживая гостью, та повисла у него на руках. – Бормочет что-то на общем. Сможешь разобрать?

Губы девушки потрескались и еле шевелились:

– Пожалуйста, – прошептала она, – дайте воды.

Дишелл бросилась им навстречу, помогла соседу завести гостью в дом и уложить на настил. Как там пелось в песенке? У ирбужцев кожа розовая, как небо во время заката Рош Кха, да и ростом они повыше. Значит, землянка.

– Воды… – снова прошептала гостья. Похоже, она совсем обессилела.

Дишелл стянула с землянки рюкзак и подложила ей под голову. Затем посмотрела на соседа:

– Езжай, я разберусь.

Пшашер неуверенно покосился на неё:

– Надо отвезти её в общину, пусть Старший доложит донтокчанам. Те захотят разобраться, как она сюда попала.

«Ясно как», – подумала Дишелл. Коротыши никого не пускали к донтам, землянка оказалась здесь незаконно, это очевидно. Значит, в кои-то веки Дишелл улыбнулась Справедливость, оставалось только спровадить соседа.

– Сначала нужно привести её в чувство, если помрёт, донтокчанам некого будет допрашивать. Езжай на завод, не трать отведённое на Долг время. Я о ней позабочусь, а как вернётся отец, отвезём её в общину.

Будто подтверждая её слова, землянка что-то невнятно простонала. Пшашер колебался ещё секунду, а потом чувство Долга пересилило. Да и вряд ли он горел желанием ввязываться в историю с незаконным проникновением на планету, чего доброго, коротыши и его захотят допросить. Куда проще перекинуть эту задачу на кого-нибудь другого.

Спустя минуту сосед умчался, поднимая клубы пыли, а Дишелл внимательно осмотрела гостью. Ничего серьезного: пара ссадин и замученный вид, отлежится и будет в порядке. Интересно, как быстро по поселению разнесётся новость о её появлении?

Дишелл побежала на задний двор за водой, по пути прижимая шшрип к губам:

– Хорошие новости, Фитиль. Скоро я выясню, где находятся Врата.

Глава 5. Донтокчане

Расэк не находил себе места. Он не знал, сколько времени прошло с последнего допроса, и не представлял, сколько кругов успел намотать по комнате. В пять шагов можно было пересечь эту крохотную тускло освещенную келью: макушка почти касалась потолка, на гладкой стене справа вырисовывалась дверь в уборную, в центре расположился диван с невысокой спинкой. Напротив имелось окошко – прозрачный квадрат, встроенный в стену на уровне груди. Приходилось приседать, чтобы видеть, что происходит снаружи.

Расэк безразлично взирал на светящиеся воздушные трассы и провожал взглядом пролетающие мимо кошкшры. Оба солнца давно закатились, сумерки превратились в тьму. Сколько под ним этажей? Пятьдесят? Или больше? Трёхуровневые тротуары светящимися змейками петляли между домами, изредка по ним двигались тёмные точки – это припозднившиеся донтокчане возвращались домой.

Расэк отвернулся от окна и прислонился спиной к стене. Хотелось пить, но прозрачный графин, стоящий на узкой полочке рядом с диваном, опустел пару часов назад. Тяжелый влажный воздух делал кожу липкой и противной, волосы висели жирными прядями, косая чёлка раздражала и лезла в глаза, а казалось бы оптимистичная надпись на земной футболке «Mission accomplished»2 выглядела издевкой.

У него забрали вещи и документы. Не объяснили, что происходит. Привели в эту комнату, после чего сменилось три следователя, каждый из которых задавал одни и те же вопросы: «Что вы делали на Биралте?», «Кто передал вам устройство?», «Как его отключить?»

Они только спрашивали, кивали, но ничего не объясняли. А потом его снова оставляли одного, входная дверь исчезала, и вместо неё на стене появлялась изящная роспись – огромный бутон, сплетенный из красных и жёлтых кружев.

Расэк сел на диван и запустил пальцы в волосы.

– Врата исчезли, – уже в который раз пробормотал он.

И опять постарался убедить себя, что видел не то, что произошло на самом деле. Он снова и снова перебирал в уме случаи, когда планеты выходили из сети, но не понимал, за что Создатели наказали Донток.

Последняя громкая история сотрясла межпланетное сообщество лет семьдесят назад, когда кило́нцы нарушили правило Создателей и запечатали в бетонный короб одну из инородных арок. Они то ли не понимали, чем это грозит, то ли не верили, что высшая раса пойдёт на крайние меры. Однако уже через час с Кило́на исчезли все Врата. Десятки тысяч межпланетных путешественников застряли на чужой планете, тысячи килонцев так и не вернулись домой. Расэк всегда содрогался при мысли о том, каково пришлось этим беднягам, и вот теперь оказался на их месте.

Он видел, как Врата вспыхивают белым светом, а затем тают, оставляя лишь горку разноцветного пепла. От воспоминаний голова шла кругом, что-то ёкало и сжималось в желудке. Врата исчезли. Он больше никогда не увидит Ирбуг. Не обнимет маму, не выпьет падма́на с друзьями. Он навсегда останется на Донтоке, планете, куда вряд ли бы отправился по собственной воле. Он никогда больше…