Анна Одувалова – Высшая школа Хаоса. Пленник света (страница 17)

– Я хочу уйти, – несколько нервно заявила я.

– Не раньше, чем мы поужинаем и поговорим, как взрослые люди.

– Ты только что провернул целую аферу, чтобы подгадить моей ни в чем не повинной подруге! – парировала я. – А теперь ждешь, что я, будто ничего не случилось, стану сидеть с тобой на соседних стульях?

– Видишь, у нас есть общая проблема. Наши друзья в беде – Эйб и темненькая.

– Твой Эйб едва не убил меня! А вина Лесси лишь в том, что через нее проще всего воздействовать на меня! Это подло!

– Не могу поспорить. Но наши друзья нас объединяют.

– Меня ничего с тобой не объединяет! – выпалила я, чувствуя, что от возмущения и злости, которую не получилось выплеснуть, начинают гореть щеки.

– Сейчас Лесси сидит в камере вместе с остальными. – Кристиан по-прежнему оставался невозмутимым. Он холодно улыбался и благоухал свежим гелем для душа – морской бриз и лайм. – Пока отпускают тех, чьи фамилии не должны светиться в разного рода скандалах. Например, Констера.

– Ты позаботился и о том, чтобы он попался? – с ненавистью прошипела я.

– Нет, что ты. Просто предположил. – Парень безразлично пожал плечами, а я снова уставилась в вырез его рубашки. – Думаешь, ему впервой? Таким, как мы, ничего не угрожает. Даже платить приходится не всегда. Как правило, нас просто отпускают, не желая связываться с громкими фамилиями. Еще пару часов стражники подождут на тот случай, если кого-то не опознали в этой толпе. А потом начнут оформлять остальных. К утру на столе ректора будет пачка бумаг. Я знаю курьера, который повезет бумаги. Там будет не только дело Лесси. Пропажу одного из пачки не заметит никто.

– Зачем ты об этом говоришь?

– Ты снимаешь обвинения с Эйба. Я забираю дело Лесси.

– Я не верю тебе.

– Твое право. Я возьму тебя с собой. Получишь дело своей подружки на руки. И заметь, сам я поверю тебе на слово. Просто предпочту думать, что ты усвоила урок и не станешь меня подводить. Потому что я непременно найду способ с тобой поквитаться.

– У тебя отвратительные друзья, Кристиан.

– А у тебя – родня, – парировал он.

– И она не захочет возвращать Эйба. Даже если я вдруг поменяю решение.

– Но ты постарайся. Он принесет публичные извинения.

– А потом снова постарается меня убить на первой же тренировке?

– Ты не будешь стоять с ним. Никогда. Гарантирую. И он не подойдет к тебе ближе чем на пять метров.

– Какая трогательная забота! – фыркнула я.

– У меня есть на то причины, – жестко заявил Кристиан.

– Я подумаю, – наконец ответила я и отвернулась к окну.

– Хорошо. Я пока распоряжусь, чтобы накрыли на стол.

– Я не давала согласия на ужин.

– По-моему, я и не спрашивал твоего согласия, светлая.

Я ненавидела Кристиана всей душой. Ненавидела себя за беспомощность. Стоит ли говорить, что даже выбраться из лофта без его помощи я не могла? Точнее, могла, но для этого требовалось разворотить полстены, а в этом не было необходимости. Все же он не удерживал меня тут силой.

«Ты светская леди, Катриона, – говорила мама. – Ты должна быть сдержанной и не допускать выбросов силы. Она защищает тебя, а не служит инструментом демонстрации дурного нрава и недоступных другим возможностей».

Коньяк на стене и так порочил честь нашей фамилии. Сейчас нужно пережить несколько часов, забрать документы, которые послужат поводом для отчисления Лесси, а потом придумать, что делать с Эйбом. Как не нарушить обещание и в тоже время не допустить его возвращения? Кристиан считает, что переиграл меня? Что же, позволю ему так думать. Ну а кто останется в выигрыше, будет ясно чуть позже.

Но он преподал мне хороший урок. Отныне никаких приглашений на мероприятия от незнакомцев. Особенно если эти приглашения передали Лесси. О том, что подругу нужно сначала спасти, я вообще предпочитала не думать. Я должна верить, что все получится. Будем посещать только те места, которые я сама выберу. В конце концов, в скучной жизни без вечеринок есть свои плюсы. Сложнее влезть в неприятности.

Ужин накрыли на террасе. Мне это не понравилось. Кристиан словно пытался дергать за те струны моей души, про которые мне даже вспоминать не хотелось. Тут мы с ним целовались. И я не верила, что он об этом забыл. Нет. Место было выбрано неслучайно. Он помнил и знал: я тоже не забыла. Вопрос, зачем он это делает? Нас связывает только взаимная неприязнь и ненависть. Так зачем усложнять это воспоминаниями о том, что наши тела невыносимо тянуло друг другу той ночью? Очень странная пытка.

К вину я даже не притронулась, исключительно из принципа. А нежнейшее мясо кролика казалось безвкусным. Я ела только потому, что была голодна и понимала: этой ночью поспать не получится, значит, нужно хоть что-то съесть. Если сейчас не впихну в себя хоть что-нибудь, рискую под утро порадовать Кристиана голодным обмороком. Очень бы не хотела оказаться в такой постыдной ситуации.

Поэтому я машинально пережевывала нежнейшее мясо в сливках, заедала салатом и старалась не смотреть на Кристиана. Время тянулось медленно, глаза неумолимо слипались. Обычно в это время я уже досматривала десятый сон. Но я по-прежнему сидела с прямой спиной и легкой улыбкой на губах. Темный не должен догадаться, насколько я устала. Только бы он не пытался снова со мной заговорить! Этого я не вынесла бы.

К счастью, Кристиан подрастерял красноречие и просто ел. Это было превосходно, потому что любое его слово, любой мимолетный жест – и кроме коньяка на его голове непременно побывало бы красное вино. Только вот не думаю, что вторую выходку за вечер он простил бы с такой же невозмутимо-довольной физиономией, как и первую.

– Нам пора, – сухо сказал он, когда я допивала чай. Я без вопросов отставила чашку и подошла к парню вплотную, позволяя приобнять меня за талию и воспользоваться телепортом.

Мы очутились на улице, возле административного здания. Уже светлело. Максимум час – и улица оживет. Засуетятся дворники, откроются маленькие, торгующие сдобой лавочки, сонно потащатся за утренним кофе студенты и преподаватели… И до этого времени нам нужно многое успеть.

Кристиан увлек меня за угол здания и приложил палец к губам, приказывая молчать.

– Чего мы ждем? – все же едва слышно спросила я.

Парень зло на меня зыркнул, но ответил:

– Не чего, а кого. Курьера. Он должен пройти тут минут через пять-десять. У него есть доступ в кабинет ректора.

– Он относит документы прямо туда? – удивилась я. – До наступления рассвета?

– Не совсем. Он кладет их в почтовый ящик в холле, а уже оттуда корреспонденция перемещается на стол в кабинет ректора. Когда мэтр Риванш придет на работу, все важные документы должны уже быть на месте.

Глава 8

Мы притаились за углом, и я чувствовала, как в совершенно диком, бешеном ритме колотится мое сердце. «Боги! Куда я позволила себя втянуть этому безумному темному?!»

Встреча с курьером произошла даже быстрее, чем предсказывал Кристиан. И самое неприятное, шел он совсем не оттуда, откуда мы его ждали.

Невысокий худощавый паренек легко сбежал по ступенькам административного здания и направился к выходу из студенческого городка, когда Кристиан поймал его за руку и дернул в нашу сторону.

Меня сковало отвратительное предчувствие. Несложно догадаться, что все это значит. Мы опоздали. Только кто в этом виноват? Точнее, понятно, что Кристиан. Но насколько сильно виноват?

– Может, объяснишь, что это вообще такое? – зашипел Кристиан, а курьер сжался, став под напором темного еще более мелким и хлипким.

– В смысле?

– Ты что должен был сделать? Ты должен был передать дела мне, прежде чем отнесешь остальные ректору! Мы же договаривались!

– Должен, но тебя не было! Пришлось действовать самому. Думаешь, что я жажду попасться? Нет. Даже ради тебя!

– Идиот, я был тут за пять минут до назначенного времени! – возмутился Кристиан. – Почему ты явился раньше?

– Когда отправили, тогда и пошел, – надулся курьер, и я поняла, что правды мы не добьемся. Произошла нелепая случайность или кто-то действительно хотел насолить Кристиану Нордвингу, останется тайной. В любом случае для меня это не имело значения. Жаль, Кристиан этого не понимал.

– Ты придурок! – в сердцах бросил он курьеру.

Я закатила глаза и тихо заметила:

– Единственный придурок тут – ты. Отпусти парня. Он просто делал свое дело.

Честно сказать, не ожидала, что темный меня послушается. Но Кристиан разжал руку, которой цеплялся за воротник куртки курьера. Не теряя времени, парень тут же сбежал, а мы остались на улице.

Я задумчиво смотрела на розовую полоску рассвета и думала, каким изысканным способом убить Кристиана. Но в голову не приходило ничего, кроме мысли, что из-за идиотских игр высших разрушилась судьба одной простой и солнечной девочки, которая всего лишь хотела получить хорошее образование.

Хитрый и коварный план Кристиана Нордвинга дал сбой. Какая-то мелкая и нелепая случайность – и все рассыпалось, словно карточный домик. И Лесси из-за этого пострадает. Думал ли он об этом, когда играл судьбами? Думала ли я об этом, когда без жалости выкинула из школы Эйба? Нет. Мне было все равно. Я сводила собственные счеты, но в итоге пострадали и родители парня, которые ни в чем не виноваты. Которые вложили последние средства в образование сына и надеялись на обеспеченную старость.