Анна Одувалова – Ты проиграешь, маг! (страница 3)

– Много! – отозвалась Молли, выпучив глаза. – Я брала учебники, дополнительную литературу, немного пробежалась по тем темам, которые забыла за лето…

– А я вот… – указала рукой на шкаф. – Кофточки сложила… – И чуть тише добавила, словив осуждающий взгляд: – Все не влезли…

– Как ты собираешься учиться? – всплеснула руками Молли.

– А я зато услышала кое-что интересное…

– Имеющее отношение к учебе?

– Имеющее отношение к тебе, – парировала я и повторила, услышанный спор. – Они сказали, что это как-то связано с твоим братом.

– Рик… – сморщилась Молли. – Логично. Всегда от него все проблемы. Но мне все равно. Я приехала учиться, хочу стать хорошим артефактором, каким был мой дед. Рик и его приключения меня не волнуют, он в папу – такой же… – Она пожала плечами. – Мужчинам можно быть безалаберными и бедовыми, а женщинам – нет. Если мы хотим хорошую жизнь и не угодить в ловушку неудачного брака, как угодила моя мама, надо много и усердно учиться. Пусть спорят на кого хотят, я приехала в академию не за этим.

– Слушай, что я придумала! – коршуном напала я на соседку.

Но мой, со всех сторон замечательный план не вызвал у Молли никакого энтузиазма.

– Нет, Эрика. Этот спор ничего не значит. Я не хочу опускаться до их уровня, и совершенно точно не хочу, чтобы ты использовала мое имя и фамилию, чтобы кому-то насолить и чего-то доказать.

– Но сколько девушек пострадали от таких парней…

– Нужно думать своей головой, а они летели, как мотыльки на пламя! – категорично заявила Молли и отказалась разговаривать со мной на эту тему. Как так-то? А я уже представилась ее именем. Фарш, как говаривала бабушка, провернуть обратно нельзя.

Ну, ничего! Я не привыкла сдаваться. И у меня даже созрел план. Не скажу, что план был хороший или честный, но другого не имелось. Осталось только дождаться, когда Молли ляжет спать и провести некоторые незначительные манипуляции с ее будильником. Прости, новая соседка, но твое упрямство, мне кажется нелепым. Придется все взять в свои руки.

Глава 2

Глава 2

Я всегда просыпалась рано и сама. Привычка, которую привил нам папа. Там еще были пробежка и зарядка, но к таким издевательствам над собственным сонным телом я так и не привыкла. Сегодняшний день не был исключением, проснулась я вместе с петухами. Только петухи где-то в далекой сельской местности, а я в комнате в общаге. Осторожно, словно мышка, пробралась в ванную, быстро натянула на себя форму, сшитую на заказ, только поэтому яркий пиджак, в котором ходят артефактроры, не делал меня похожей на птичку-канареку. К нему я могла себе позволить надеть узкую черную юбку и водолазку с горлом – смотрелось очень даже прилично.

Убедившись, что моя соседка крепко спит, я сбежала. Наверное, нехорошо подставлять новую знакомую в первый же день, но я успокаивала себя тем, что перевела будильник совсем на чуть-чуть, если Молли пожертвует завтраком и будет бежать и собираться очень быстро, она опоздает минут на пять. Мне хватит этого времени, чтобы назва=аться ее именем. И если я правильно поняла, что представляет собой Молли, она не станет устраивать публичные разборки. Ну, а между собой мы как-нибудь разберемся. Наверное. Хотелось бы верить.

По коридорам лениво бродили полусонные студенты. Мне кажется, большинство даже не понимали, куда идут и зачем. Я видела парня в пиджаке наизнанку, несколько девушек, у которых на голове, клянусь, были колготки! Я никогда не понимала этот новый способ завивки, когда одна половина волос моталась на одну колготину, а вторая на другую, ну а оставшееся надевалось на голову как шапочка. Ничего в этой жизни не могло бы меня заставить провернуть подобное, тем более выйти в таком виде в люди!

– Может быть, Каролина пустит нас в душ! – зевая, сказала одна колготочница другой, и все стало чуть понятнее.

– Надеюсь, а то с утра вечно очереди.

Вторая подтвердила мои догадки. У жителей первого и второго этажа общаги условия были гораздо скромнее. На первом этаже студенты жили по трое и пользовались общим душем, в который, подозреваю, очередь, действительно, была огромная, особенно перед началом занятий. Вот народ и пытался напроситься в душевые к более богатым или работоспособным друзьям, которые могли снять комнату с лучшими условиями.

Я сразу возлюбила папу с новой силой. Хотя еще вчера бухтела, что он меня недостаточно любит, раз не разместил в одноместной комнате этажом выше. Не любил бы, я бы сейчас сражалась с соседями по этажу за душ. А так иду уже чистенькая, почти счастливая в надежде на еду. Вчера до столовой я так и не дошла. Сначала эти спорщики интерес перебили, а потом было лень, и я доедала, что мне дала мама. А у мамы у нас рука набита на вечно голодных мужиков, поэтому порция еды мне досталась такая же по объему, как старшим братьям в казарму. Но завтракать котлетой было странно, и я отправилась в столовую на поиски кофе.

Здесь снова было пусто, всего несколько занятых столиков внизу, и я заметила силуэты на втором ярусе под огромным прозрачным куполом. Почему столовая не самое популярное место, я поняла достаточно быстро. Я раньше даже представить не могла, что можно умудриться испортить овсянку! Ее умели варить даже братья, а мужчины нашей семьи к готовке приспособлены не были.

К счастью, в столовой можно было есть не только бесплатную еду, имелась еще линия раздачи для тех, кто еще не потратил все деньги. Например, для меня, и я решила попытаться счастья там.

– А это точно можно есть? – спросила я подозрительно и указала на аппетитную с виду булочку.

– Конечно, – ответила мне подавальщица. – Сюда мы студентов не допускаем…

– А туда допускаете? – подозрительно уточнила я и указала подбородком в сторону готовой еды.

– Конечно. Сегодня – вторник готовит второй курс бытового факультета.

Сначала я не поняла, но потом сложила в голове два и два, и картина мне понравилась не очень.

– То есть, – предположила я, – ближе к пятнице можно будет есть даже бесплатное?

– Студенты у нас всегда очень стараются. – Подавальщица поджала губы, но правильный ответ без туда читался между слов. До среды лучше питаться платно или в городе. Ну или не привередничать и набирать наравне с братьями, отчаливающими в казарму.

Закинувшись кофе и булочкой, я поспешила на пары. Сегодня у нас по расписанию стоял предмет «Введение в артефакторику» и проходить он должен был в мастерской номер три.

Все мастерские располагались на минус первом этаже, там же, где были лаборатории и аудитории некромантов. Не самое лучшее соседство, но считалось, что студенты, которые варят зелья и могут что-то взорвать, ваяют что-то из камня и металла (и опять же могут что-то взорвать или спалить) и оживляют мертвецов – одинаково опасны для других мирных жителей академии и лучше их отселить в подземелья, чтобы остальные не страдали. Я считала дискриминацией такое положение дел, но, что не удивительно, никто моего мнения по этому поводу не спрашивал.

Чтобы попасть на минус первый этаж нужно было просто приложить руку с меткой к двери и все. Потом одолеть узкую, ведущую в подвал лестницу и потом не заблудиться в слабоосвещенных катакомбах. Почему бы администрации не перестать экономить на магических светильниках, непонятно.

Внизу мне не очень понравилось. Каменные низкие потолки, стены из необработанного кирпича и, несмотря на то что перед первой парой тут было немноголюдно, меня не покидало ощущение тесноты. А еще я не понимала, куда идти, поэтому свернула налево.

Не обнаружив на дверях цифр, я просто ломанулась в третью по счету. Ну, а вдруг повезет? Не повезло, дверь не поддалась, а символ на ней, совсем непохожий на песочные часы (знак артефакторов) предостерегающе засветился, тонко намекая, что дальше мне не пройти. Но я зачем-то дернула за ручку еще раз.

– Кого я вижу! – Справа от меня нарисовался рыжий Андреас. Вот никого другого мне судьба не могла послать? – Молли, ведь? – уточнил он.

– Эдмондс, – специально для дружка Дрейка уточнила я. – Чего надо?

– Мне ничего, я на пары иду, как полагаю, и ты. Ты же артефактор, зачем к некромантам ломишься? Без специального артефакта, ты туда не попадешь. И если тебе он нужен, то всегда за тысячу лир…

– Ой!

Я осознала свою ошибку и удивленно оглянулась. Да, золотых пиджаков здесь не было, кроме нас с Андреасом. А вот серых предостаточно, видимо, я свернула не в ту сторону.

– Проводить? – спросил меня Андреас.

– Сама дойду, – буркнула я и развернулась на девяносто градусов. Можно было бы уточнить у Андреаса, где найти вторую аудиторию артефакторов, но парень меня настораживал. Было в нем что-то такое, скользкое, поэтому я предпочла свернуть общение и искать сама. Андреас не настаивал, а мне стало интересно: он передаст своему дружку, что я и есть та, кого он ищет или попытается усложнить жизнь?

В итоге в аудиторию я вошла почти самая последняя, едва не провалив такой тщательно подготовленный план – ведь у Молли уже должен был прозвенеть будильник, а значит, она тоже скоро будет здесь.

– Итак, кто это у нас? – невысокий, с седыми длинными волосами старичок, водил узловатым пальцем по списку студентов, который у него был не по старинке в журнале, а внесен в довольно дорогой, тонкий серебряный планшет, с помощью которого можно было посылать сообщения друзьям или знакомым, если, конечно, знаешь, как они записаны. Ну или, вот, делать записи. На его кафедре стояла табличка: «Профессор П.М. Мориссон». Видимо, специально для забывчивых студентов.