Анна Одувалова – Проклятый Дар (страница 18)
Ищу парня взглядом в толпе. Он стоит на противоположной от меня стороне трассы. В компании Яна и симпатичной девчонки. Сейчас троица не выглядит разруганной. И как ни странно, на их лицах появляются довольные улыбки. Словно эта компания знает больше, чем остальные. А, может быть, они радуются, что Дар не стал рисковать?
Осы несутся по трассе в ореоле магии, у кого-то она яркая, как, например, у парня, чья оса пылает, словно сигнальный костер. У кого-то едва заметная, как у следующего за ним гонщика, там просто крылья осы словно подернуты инеем, но каждое транспортное средство уникально. Оса Дара черная, почти неразличимая на трассе. У нее словно закончилась энергия. Дар не может вести и пользоваться магией. Я почти уверена, что его не хватит больше, чем на один круг.
Когда гонщики заканчивают первый круг, я с удивлением вижу, что Дар приходит не последним. Один из участников влетает на повороте, его оса похожа на сверкающий огненный волчок, который закручивают потоки воздуха. Другой, не успевает рассчитать скорость, и ему приходится тормозить, что оставляет его далеко позади всех. Дар обгоняет его играючи, кажется, даже не прибавляя скорость. Тут мне в первый раз в голову приходит мысль, что, возможно, это какая-то непонятная стратегия, а не слабость? Весь круг Дар проехал ровно на одной скорости.
Оставленный в хвосте колонны гонщик, резко дает по газам, надеясь, что моментально обгонит Дара, но тот делает едва заметный маневр на осе, и парень, который хотел слишком резво его обойти, вынужден шарахнуться в сторону. Это неосторожное действие не проходит бесследно.
Следующий круг уносит еще парочку таких же торопыг, а я внезапно понимаю, что Дар остался одним из пяти лидеров. Он двигается — неторопливо и увлечено.
— Ничего себе… — восторженно выдыхает Лайом.
— А я говорил тебе, что мажорчик не такой постой, каким кажется.
В голосе Волка мне чудится некая гордость, словно в этом есть и его заслуга. Типа подрался с Даром первым из наших, и теперь вроде как знает чуть лучше? До сих пор не поняла, как это у парней работает.
— А я его знаю… — потрясенно шепчет Эрик — Точно ведь… я помню эту историю.
— Какую? — спрашиваю я.
— Это ведь он больше года назад тут переломался, — поясняет парень, завороженно наблюдая за трассой. Осы сливаются в переливающуюся магией полоску. И я замечаю, что оса Дара перестала быть черной, вокруг нее плавно разгорается магия. Получается, он просто берег силы? Первые круги не считал вообще заслуживающими внимания?
— Мы ждем подробностей! — напоминает Волк, и Эрик продолжает.
— Думал, парень или умер или больше никогда не сможет ходить и тем более ездить на осе. Он тогда вышел в финал с Яном лэ Кальвейсис. — Эрик кивает на противоположную сторону трассы, а я лучше понимаю слова Кита. — Ян после того случая не выходит на трек, хотя был лучшим.
— А Дар вышел… — бормочу я. — Идиот.
— А, может быть, ему просто надо победить свой страх и поставить точку? — тихо спрашивает Волк.
— Ценой жизни? — зло фыркаю я, отказываясь принимать такие доводы, и снова прилипаю взглядом к треку, где разворачивается настоящая борьба. Дар играючи обходит троих соперников, которые не успели изучить его за предыдущие круги, потому что парень держался за их спинами и действовал очень осторожно.
Один вылетает с трассы на очередном повороте, другие безбожно отстают, а за осой Дара появляется сначала слабый, но становящийся все сильнее магический шлейф. Лед и пламя. Да, демоны забери! Неужели эта сила обоих близнецов? Дару не хватает своей магии и он умудряется тягать ее у Кита?
— Никогда такого не видела… — бормочу я, едва ли осознавая, что вслух высказываю мысли.
— От внуков мирс Амелии можно ожидать чего угодно, — отстраненно замечает Эрик. Кажется, он тоже полностью поглощен гонкой. Взгляд от трека он не отводит.
— Кто это?
— Та, кто помогает детям элиты контролировать магию, та, кто смогла создать уникальный экзоскелет для своего внука. У кого хватило духа его в это скелет впихнуть, зная, через какую адскую боль придется пройти. Про нее легенды ходят. Ну, и о близнецах тоже. Лучшие маги элиты Горскейра, в тандеме непобедимые. Им пророчили блестящую карьеру, где-нибудь на приближенных в императору должностях. Но Дар теперь слаб, а Кит один не так ценен…
— Пожалуй, я хочу с ней познакомиться, — говорю я.
— Да? — Эрик хмыкает. — А вот она с тобой вряд ли.
— Почему же?
— Ты не их поля ягода, Каро! Мирс Амелия даже среди элиты Горскейра — вершина пищевой цепочки, говорят, сам император приглашает ее на аудиенцию, когда бывает в наших краях. Моих… — Эрик вздыхает. — Ни разу правящая семья на чай не звала. А мы боевики в четвертом поколении. Нас даже в Горскейский колледж магии не отправляют, сразу в Академию Боевых искусств.
Я таких подробностей про семью Эрика не знала, но зато братьев стала воспринимать иначе. Я знала, что они круты, но аудиенция у императорской семьи совсем иное.
Мимо нас снова проносится сверкающая двумя видами магии оса Дара. Смотрю на Кита и вижу, парень спокоен. Не похоже, что ему доставляют дискомфорт действия Дара. Так-то правильно. Потенциал у каждого из близнецов огромный. Сейчас Киту магия не нужна. Дару тоже. На скорость не влияет — магия на треке — это просто фишечка гонщика. Элемент зрелищности.
Дар равняется с Фростом, и тот, стремясь вырваться вперед, резко дергает рулем в сторону, пытаясь вытеснить Дара с трека. Грязно, некрасиво, эффективно. Чтобы поймать равновесие, Дару приходится делать резкое движение, позволяющее избежать столкновения. Оса уходит в занос, и я забываю, как дышать.
Вырулить без потерь в этой ситуации нереально. Падение, практически неизбежно. Фрост, даже, не оглянувшись, вырывается вперед. Он знает, что Дару в экзоскелете не справиться со слишком тяжелой осой, но это не мешает ему совершить даже в обычной гонке подлый поступок.
Но Дар каким-то образом возвращается себе управление осой, правда, догнать соперника почти не остается шансов. Впереди всего один круг, и Фрост уверенно лидирует. Он не скрывает своего торжества и даже машет скандирующим трибунам. Я уверена, для многих из них Дар — один из гонщиков-новичков. Вряд ли рядовые гонщики видели то, что предшествовало заезду.
Какое-то время, кажется, что исход гонки предрешен. Мне хочется выть от злости и обиды. Раз Дар вышел на трек, пусть я до сих пор считаю это глупостью, и добрался почти до финиша, думаю, он заслуживает победу. Любой бы вменяемый не стал подгаживать, как сделал это Фрост. Да, он мог и использовал запрещенный прием, но он понимал, к чему этот прием мог привести. Мне всегда казалось, никакая победа не стоит совести, особенно победа в гонке — тут ни призов, ни статуса. Только общий почет. Или… я о чем-то не знаю?
Я настолько поглощена невеселыми мыслями, что чуть не пропускаю момент, когда все меняется. На относительно ровном участке трассы, Дар неожиданно и резко ускоряется. Создается впечатление, что его оса все это время летела лишь в треть своих сил. Сейчас она превращается в ветер, и я чувствую, это ледяной ветер с колючими кристалликами снега. Когда оса пролетает мимо, я ощущаю морозное дуновение, а на ресницах оседает иней.
Оса Дара играючи обходит Фроста на самом крутом и опасном повороте. Пролетает над головой соперника и опускается прямо перед ним, заставляя Фроста резко выворачивать руль, чтобы избежать столкновения и уходить в занос в сторону безопасной зоны с защитным полем. Оса Фроста крутится, потеряв управление, когда он вылетает с трассы, Дар уверенно финиширует. Я первая срываюсь с места. Нет, я не хочу его поздравить. Я хочу этого идиота придушить. Правда, впереди меня с другой стороны бегут Ян и Кит, подозреваю тоже убивать идиота, который сегодня, похоже, стал легендой стрелки.
Передо мной толпа народа. Впереди Дар медленно слезает с осы и его уже поздравляют незнакомые девчонки, парни, которые успели подбежать первыми. Даже Фрост добравшийся до финиша крутится рядом, видимо, решая, как себя вести.
Похоже, Фрост не ожидает, что Дар снимает шлем и скинет мотоциклетную куртку, которая принадлежит явно кому-то другому, так как изрядно велика в руки ближайшей девчонки. Парень едва стоит. По лицу стекает кровь, на рубашке темные пятна. На трибунах восторженный рев сменяется воплем изумления. Думаю, теперь гонка зрителями воспринимается совсем иначе.
— Друган… — Фрост, кажется, немного смущен. — Прости, я не знал, что ты инвалид… я был бы аккуратнее, но ты все равно молодец…
Договорить он не успевает. Дар смотрит на него с ленивым равнодушием, даже не планируя поддерживать игру на публику.
Кит и Ян, перемахнув через ограждение трассы, выскакивают на трек к двум стоящим на линии финиша осам.
Ян успевает ударить первым резко, без сомнений. И что меня поражает — удар настолько сильный и быстрый, что Фрост даже не успевает среагировать.
Рядом со мной напрягаются Эрик и Фолк. Мы тоже почти у трассы. Я понимаю, что сейчас будет потасовка. У нас принято защищать своих. Правила клуба. Мы же семья. Только вот сейчас, я не уверена, что стоит вмешиваться. Такой ли свой Фрост? По мне, он заслужил.
— Попробуйте только вступиться за него, — говорю им холодно.