Анна Одувалова – Несмертельные проклятья. Академия для строптивой (страница 47)

– А меня вообще там не будет, – с наслаждением заявила я и приготовилась игнорировать вопли, которые последовали тотчас.

Услышав про себя много всего интересного, я дождалась, когда папин пыл иссякнет и он задаст единственно важный вопрос:

– Почему?

– Потому что не хочу. Но… – Я замолчала. – Готова совершить взаимовыгодную сделку.

– И какую? – Родитель с подозрением прищурился, а я лишь чуть-чуть приподняла подол платья.

– Вон! – завопил он и даже шибанул по столу кулаком. Я провоцировать не стала и, взвизгнув, бросилась наутек. Но хорошее настроение меня не покинуло. Я подозревала, что папа вряд ли пойдет на уступки, скорее уж, рискуя быть непонятым, скажет на балу, что у меня проблемы с животом. При дворе его не первый год знают и прекрасно понимают, что ожидать от него можно чего угодно.

Но у меня появился замечательный повод для шантажа и возможность помотать нервы. Правда, мечтам не суждено было сбыться. Потому что до бала оставалось совсем мало времени, и папа не стал тратить его на уговоры и подло подослал Демиона.

Маг вытащил меня прямо с пары, увел к ближайшему подоконнику и посмотрел очень несчастно. Лишних слов не требовалось, сразу стало понятно, зачем он здесь. Думаю, Демион не сообщил папе о том маленьком обстоятельстве, что не далее чем утром предложил мне остаться друзьями и под этим соусом не стал приглашать на бал. А я вроде бы даже согласилась и поддержала идею. Умом я действительно понимала – так будет намного лучше.

– Касс, сделай одолжение, – ныл он. – Ну сходи ты, как светлый маг, на этот шушелев бал. Пожалуйста! Если ты не пойдешь, кажется, он станет меня пытать.

– Не-а. – Я помотала головой. – Не убедил. Совсем.

– Касс, я помню наш утренний разговор. Обещаю: ничего не изменится. Друзья, как я и говорил. Со сплетнями разберусь, только составь мне компанию. Пожалуйста!

– Нет. – И, предвосхищая вопрос, я подняла руку и продолжила: – Ты тут ни при чем. Это наши с папой проблемы. Я мщу не тебе. Ему. Он знает, при каком условии я пойду на бал.

– Это все ясно. – Демион помрачнел. – Только вот… – Он сделал паузу. – Если ты не пойдешь, капитальные неприятности ожидают меня.

– Какие?

– Ну… – Демион нахмурился и закусил губу, наверняка даже не подозревая, насколько это запрещенный прием. – Какие-то.

– Не хочешь говорить?

– Понимаешь, я обещал, что буду молчать, но поверь: у твоего отца есть рычаг давления.

– Насколько серьезными будут неприятности, если я все же не явлюсь? – поинтересовалась я, чувствуя, что сдаюсь.

– Из академии меня точно выгонят. Ты знаешь, что тебе за непослушание грозит максимум небольшой скандал, а вот у меня есть более неприятные перспективы.

– А если пойду?

– То обещаю развлекать тебя весь вечер, – тут же сказал Демион и посмотрел на меня с надеждой во взгляде. Папу я возненавидела еще сильнее. – Буду делать все, чтобы тебя не съели стервятники из высшего общества, и вести себя идеально.

– А папа?

– А папа будет доволен, радушен и перестанет доставать меня. Ненадолго, конечно, ровно до тех пор, пока в его руки не попадет новый компромат.

– Какой же у него компромат на тебя сейчас? – Любопытство не давало покоя.

– Поверь, если бы он был действительно серьезным и противозаконным, твой отец не стал бы им шантажировать и вышвырнул бы меня незамедлительно.

– Это да… он горяч и принципиален, – согласилась я.

– Ну так, Касс, ты пойдешь со мной на бал?

– Поможешь выбрать платье, которое не вызовет сердечного приступа у папы? – Мне пришлось сдаться.

– Я найду тебе такое платье, которое вызовет сердечный приступ у всех мужчин, – радостно пообещал довольный Демион. – Это будет наша маленькая месть ректору за то, что он нами манипулирует.

– Да. Я полностью с тобой согласна. По рукам.

Демион подался вперед, намереваясь меня поцеловать. Сердце пропустило удар, и во рту пересохло. Но маг замер, немного стушевался и, улыбнувшись уголками губ, отступил со словами:

– До встречи, Касс. Завтра с утра будем выбирать тебе платье.

– А сегодня? – невольно сорвалось с губ.

– А сегодня у нас очень много важных дел.

– Каких?

– Нужно что-то решать с тотализатором. А еще надо сделать все возможное, чтобы никто не заметил возвращения шушеля. Завтра вечером бал, а потом…

– Что будет потом?

– Потом можно выдохнуть и плыть по течению. В любом случае, у нас еще целые сутки, чтобы разобраться.

Я хотела спросить, с чем, но не стала. Демион улыбнулся на прощанье, а я вернулась на занятия в аудиторию.

Во второй половине дня вся общественность была очень взволнована заявлением ректора о том, что шушель нейтрализован. А на табло, где была размещена вся информация по тотализатору, высветилась магическая надпись, которая гласила: «Итог состязаний: шушель развеялся сам. Идет проверка данных. Результаты будут через два дня. Ставок больше нет».

Кто-то рыдал в углу в обнимку с криво пошитыми труселями, кто-то громко возмущался, но табло корректно раз за разом повторяло одну и ту же надпись: «Ставок больше нет. Ждите результатов». И только я тихонько хихикала в уголке, так как знала, что терять надежду рано и у кого-то, возможно, еще получится сорвать огромный куш.

Девчонкам я про приглашение на бал ничего рассказывать не стала. Они активно обсуждали моду этого сезона. Весьма громко завидовали двум старшекурсницам, которым выпала честь, и обсуждали платья, которые надели бы, если бы их пригласили. Фасоны меня не устраивали категорически, поэтому я делала вид, будто примерно учусь, и не обращала внимания на болтовню.

К тому же мне следовало хорошенько подумать. Бал, где Демион будет моим официальным сопровождающим, немного пугал. Как папа пошел на это? Зачем? Ведь нас будут считать после этого парой. Родителя я решительно отказывалась понимать. Мотивы самого Демиона были прозрачны, как стекло. Он готов сделать все, лишь бы остаться здесь. Хотя, по мне, карьера преподавателя академии – весьма сомнительное удовольствие.

Я не понимала зачем, но ему виднее. Наверное, так лучше. Для него, по крайней мере. Ну и для меня, конечно. Я все еще не теряла надежду избавиться от Труселей и сейчас собиралась предпринять еще одну попытку.

Как раз по расписанию стояло индивидуальное занятие по медитации. Я выдохнула, поправила платье, гордо подняла голову и отправилась к личу с новыми силами и уверенностью, что на этот раз получится.

– Ну пожалуйста-а-а! – ныла я следующие полчаса громко и противно. – Ну снимите их с меня! Мне стыдно-о-о! Он уже предложил остаться друзьями! А я не хочу! Неужели вы не помните молодость? – Тут я сбилась и посмотрела в безразличные, полыхающие красным глазницы. Внешний вид профессора меня уже почти не шокировал, но апеллировать к воспоминаниям молодости было очень глупо.

– Кассандра, – прошелестел лич, – неужели вы думаете, будто меня волнуют ваши беды и печали? Нет, совершенно не волнуют. Меня сейчас вообще редко что волнует, а уж студенческие заботы и при жизни трогали мало. Будьте усерднее, и все у вас получится. Что же касается вмешательства… Я согласен влиять в этом мире только на те обстоятельства, которые затрагивают лично меня. Ваша проблема – это ваша проблема. Вот если бы Арион надел на вас устройство, блокирующее ваши умственные способности или магические силы и это существенно влияло бы на наши с вами занятия, тогда да – пожалуй, я бы избавил вас от него. Но сейчас вы работоспособны, ваш ум свеж, а лень никуда не денется, даже если я сниму с вас этот пояс верности, поэтому не вижу причин тратить свой ресурс. Вам мешает, вы и снимайте.

На этой непозитивной ноте наше занятие закончилось, и я пошла к себе с больной головой и думами о предстоящем бале. Сердце подсказывало: если не хочу потерять Демиона окончательно, то придется рассказать о проблемах. Возможно, он поймет, а если нет, то, может, не станет выставлять меня на посмешище? В любом случае, решение приму после бала. Раз уж обстоятельства сложились подобным образом, завтра стоит получить удовольствие от происходящего. Я это заслужила.

Глава 26. Весенний бал

Несмотря на то что был выходной день и можно было спать до обеда, проснулась я очень рано. То ли предвкушала вечерний бал, то ли волновалась перед встречей с Демионом и поиском «платья моей мечты», то ли просто выспалась.

Хоть и старалась вылезти из постели неслышно, все же заработала возмущенное шипение сонной Сильвены:

– Касс! У тебя в попе шило, клубничное, наверное. Ты поздно возвращаешься ночью, а встаешь ни свет ни заря. Вот куда тебя опять понесло?

– Меня обязали явиться на бал, – нехотя призналась я, понимая, что, если утаю сей факт, девчонки обидятся и будут полностью правы.

– Да ты что! – Пифия подскочила на кровати. – Почему не сказала?

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Папа вчера огорошил. Я вообще не хотела никуда идти, но тогда были бы неприятности у Демиона…

– А при чем здесь горячий блондинчик?

– Долгая история, – отвертелась я. Не хотелось пускаться в пространные объяснения. – Мне нужно бежать на поиски платья. А то ничего не успею, времени не так уж и много.

– Я с тобой! Одна не выберешь.

Пифия, путаясь в подоле ночнушки, попыталась слезть с кровати и в итоге грохнулась на пол.

– Мне Демион обещал помочь, – с сожалением отказалась я, несколько виновато наблюдая за попытками подруги снова забраться на кровать. Судя по неуклюжим движениям, Сильвена еще не проснулась.