Анна Одувалова – Несмертельные проклятья. Академия для строптивой (страница 35)

– Ты с ума сошел? – возмутилась я.

Но маг, похоже, виноватым себя не чувствовал, только скомандовал:

– Быстрее, Кассандра! Осталось немного. Я даже дверь в погреб открыл, чтобы загонять удобнее было. Последний рывок – и победа будет за нами!

Очень хотелось ему верить. Я со вздохом припустила дальше, надеясь, что Демион все хорошо продумал и знает, что делает. Потому как мне самой план казался до невозможности бредовым.

Шушель бежал за мной с энтузиазмом. Держался чуть поодаль, но упорно не отставал, словно понял правила игры, и даже в погреб нырнул с видимым удовольствием и радостно запищал, пытаясь загнать меня к стене. Я не сопротивлялась. К тому же следом в узкое темное помещение зашел Демион со слегка мерцающей магической сетью. Началась заключительная стадия нашей операции. Теперь все зависело от ловкости мага и удачи.

Шушель гаденько захихикал и кинулся на меня, метя когтистыми лапами в лицо. Я выставила вперед руки, поймала вонючую вертлявую тушку и отшвырнула под сеть Демиона. Он замахнулся, раскрутил ловушку, словно лассо, но кинуть не успел, так как противный демоненыш подскочил, бросился вперед, под ноги к магу, тяпнул где-то повыше колена, так что Демион взвыл, выпустил из рук ловушку, и она полетела в мою сторону. Я даже среагировать не успела, а уже оказалась под куполом, сотканным из защитных линий. Мой охранник потерял равновесие, полетел вперед на меня, шушель, подпрыгнув, толкнул Демиона в спину, придавая ему ускорение, я с писком вжалась в стену, а ловушка захлопнулась, заключив нас в очень узкую клетку.

Я стояла, прижавшись к стене, а Демион замер передо мной, упираясь руками в холодный камень у меня над головой. За его спиной мерцали прутья клетки.

Скрип дверных петель, хлопок и мерзкое хихиканье возвестили о том, что шушель сбежал.

– Вот же шушель! – выругалась я и мрачно выдала. – Ну и?

В глаза магу, который оказался слишком близко ко мне, я старалась не смотреть.

– Что «и»? – огрызнулся Демион, прижавшись еще ближе. – Мы что-нибудь придумаем.

– Да правда, что ли? Нас тут найдут лет через десять, а то и больше!

На секунду помещение погрузилось в давящую на уши тишину, которую нарушали лишь мерно гудящие прутья клетки. Свет давали тоже они, от этого лицо Демиона, стоящего напротив, казалось мертвенно-бледным, пугающим.

Я шумно выдохнула и завозилась, стараясь устроиться поудобнее. Ноги затекли сразу, как только осознала, что стоять придется долго, камни были холодные, и я начала замерзать. И вообще мне было неудобно и хотелось как можно быстрее вырваться из ловушки. К тому же Демион находился слишком близко, и это не нравилось Труселям. Они медленно сжимались, превращаясь в броню.

– Осторожнее! – прошипел Демион и, как назло, прижался теснее и еще руками за плечи обхватил, гад. – Если ты еще не заметила, – сказал он, – у нас мало места для маневра, а прутья клетки жгутся, не прислонишься. Поэтому прошу тебя, не толкайся!

– А кто во всем виноват? – возмутилась я и уставилась в злые темные глаза. Их синева в сумраке стала чернильной.

– Я виноват! – не стал отрицать Демион. – Тебе от этого легче?

– Нет. – Я мотнула головой и попыталась успокоиться.

Это было непросто. Мы стояли в темном холодном погребе на краю сада. Никто не знал, где мы, и кинутся нас искать вряд ли раньше, чем наступит утро. Нерадостные перспективы.

Папа, конечно, перевернет всю академию вверх дном, чтобы меня найти, но все равно на это понадобится время. А я, может быть, уже умру тут от голода, жажды, усталости и холода. Так себе картинка будущего вырисовывается.

От подобных мыслей начало потряхивать, и я всхлипнула.

– Касс, ты чего? – изумился Демион. – Перестань.

– Ка-а-ак? А если мы тут останемся навечно? – не сдавалась я.

– Не останемся. В самом крайнем случае, если даже нас не найдут, клетка продержится дня два, не больше…

– Два дня? – На меня напала истерика. – Я не выдержу здесь два дня-а-а! Спасите-е-е меня немедленно!

– Касс?! – Демион отшатнулся и едва не впечатался спиной в прутья клетки. – Не кричи так! Никто не услышит, а голос сорвешь. Да и меня оглушишь!

Успокоиться было сложно, и постоять тихо я смогла лишь минут пять, не дольше. Время тянулось удручающе медленно, паника нарастала, и в итоге я снова начала орать:

– Ну выпустите нас кто-нибудь отсюда!

Вообще, я никогда не страдала боязнью замкнутых пространств или просто никогда не оказывалась заперта где-то по-настоящему. Все комнаты, где меня запирали в качестве наказания, воспринимались временной мерой, а тут я боялась остаться навсегда и разумно мыслить была просто не в состоянии.

Демион не стал слушать мои вопли, не дал пораниться о прутья клетки, просто сжал в объятиях и совершенно неожиданно поцеловал. Труселя возмущенно сжались, заставив меня вздохнуть глубже, попытались щипаться, но больше ничего сделать не смогли.

Губы его были теплыми, несмотря на сырой холод помещения, я захлебнулась очередным криком и обмякла в его руках. Я слишком долго этого ждала. Наш первый, фальшивый поцелуй на подоконнике пансиона благородных девиц оставил неизгладимое впечатление, но сейчас было еще лучше и слаще. Напор и агрессия сменились нежностью. Этим поцелуем Демион словно успокаивал меня и обещал, что все будет хорошо, и я верила. Закрывала глаза и знала – нас найдут, и мне не грозит опасность, если рядом он.

Когда маг чуть отстранился, я уже была совершенно спокойна и не хотела кричать. Только открыла глаза, намереваясь задать вопрос, но Демион приложил палец к моим губам и тихо произнес:

– Тсс.

Я не стала возражать. Слова сейчас и правда были не нужны, они не могли сделать лучше, а вот все испортить – запросто.

Глава 19. Провинившиеся

Помощь пришла, вопреки моим опасениям, довольно быстро. Часа через два. Правда, за это время меня снова начало трясти, а Демион, как назло, больше не целовал и даже почти не разговаривал. Да и вообще вел себя странно. Я хотела поинтересоваться и уже открыла рот, но именно в этот момент маг побледнел и исчез. Я только чувствовала теплые руки на плечах, дыхание на волосах и готова была поклясться, что Демион сделал это специально, лишь бы не отвечать на мои вопросы.

– Появись! – зло потребовала я и тихонько ткнула кулаком в то место, где, предположительно, должна была быть его грудь.

– Не могу, – последовал незамедлительный ответ. – Не получается.

– Врешь ты все! Знаю же, что профессор научил тебя основным принципам контроля. Ты сейчас практически не исчезаешь и умеешь появляться обратно. Между прочим, на медитациях я бываю вместе с тобой!

– И прекрасно знаешь, что иногда у меня не получается. Сейчас именно такой случай.

Демион врал без зазрения совести, и я на него обиделась. Подозревала, что он опять струсил и о поцелуе жалеет. Правда, я и сама не знала, как к этому относиться, и чувствовала себя до невозможности неловко. Но поведение мага бесило.

Разругаться нам не позволила только скрипнувшая дверь погреба.

– А, вот вы где! – счастливо заявила Лира, и Демион оперативно появился, подтвердив тем самым, что секунду назад мне врал. – Вижу, шушеля тоже не поймали!

– Не понимаю, откуда в тебе столько энтузиазма? – буркнул Демион. – Нам нужно, чтобы кто-то снял сетку.

– Нас еще не учили… – печально отозвалась валькирия и позвала: – Леон!

– Нет уж! – Демион даже дернулся. – Только этого бедового не хватает! Ему вообще нельзя ничего серьезного доверять!

– Ну извините! – оскорбился рыжий, который заглянул в погреб. – Не хотите – стойте дальше. Когда-нибудь клетка развеется.

– Лучше позовите кого-нибудь серьезного, а? – несчастным голосом попросила я. – Например, папу.

– Не надо папу! – раздался хор нестройных голосов, который возглавлял Демион. – Касс, ты сошла с ума? Нам не нужен сейчас папа, поверь! – постарался образумить меня охранничек.

– Ты не хочешь, чтобы сеть снимал Леон, – возразила я. – Мне тоже этого не хочется! Не доверяю я магам-недоучкам! Нужно кого-то позвать. Предлагаю папу. Он, по крайней мере, просто наорет, потом поржет, потом освободит. И все! Десять минут позора – и мы на свободе. Считаю, так мы отделаемся малой кровью.

– Тебе не кажется, что это очень длинная и унизительная цепочка?

– Всерьез думаешь, что будет лучше, если нас освободит кто-то другой, а потом, приврав и приукрасив, расскажет все папе? – хмыкнула я и снисходительно посмотрела в упрямые глаза. – А до него обязательно все дойдет. Надоест потом оправдываться! Поверь, я его знаю лучше!

– Значит, нужно обратиться к тому, кто не будет ничего говорить! – Демион нахмурился и упрямо выдвинул вперед подбородок. Сдаваться он, видимо, не любил. Но и я была упряма.

– Ага, ночью тьма желающих! Прямо в очередь выстроились. Хотя да, поржать сюда могут многие сбежаться. Мне-то что! Я – глупая студентка, а вот тебе потом насмешек не избежать!

– Переживу как-нибудь!

– С удовольствием посмотрю, как ты будешь объяснять, почему мы в магической клетке. И вообще, папа про шушеля запретил говорить!

– Ну тебе-то это не помешало собрать целый отряд! – ощерился Демион, видимо, мой последний аргумент попал в цель. – Подумаешь, еще кому-нибудь будет известно. Можно позвать случайно оживленного тобой профессора – он лич, не спит и единственный, кто не боится твоего папу. Если повезет, он поможет и не разболтает.