Анна Одувалова – Моя сводная ведьма (страница 30)

– Отец допустил оплошность, не представив тебя ей. А должен был. Но думаю, ждал удачного момента. Полагаю, она растерялась. И не понимала, как себя вести. Папе влетит. Но потом все же решила познакомиться с внучкой. Она практикующий целитель, а они все немного… – Ян задумывается, но потом все же формулирует мысль: – Черствые. Слишком много боли пропускают через себя и со временем становятся такими…

– Безразличными?

– Холодными и отстраненными.

– А ты часто встречаешься с бабушкой?

– Нет. Яриша раньше встречалась, но потом… у них не сложилось общение.

– А ты почему не встречаешься?

– Ну, может, потому что я живое свидетельство того, что моя мать обманула ее сына? – Ян невесело улыбается и смотрит перед собой, как я в начале нашего разговора, а я боюсь задать уточняющий вопрос. В этой семье слишком много скелетов в шкафу. – Но ты, Агния, не допускай ошибку. Мой совет: прими приглашение. Второго не будет.

Мы гуляем еще немного. Я перевариваю полученную информацию, а потом Ян меня увозит. И снова не в колледж. Я смотрю на него удивленно, когда он останавливается у ворот дома.

– Я решил, что смысла возвращаться сегодня в колледж нет. Уже поздно. Вернемся завтра с утра. Ты заслужила сон в своей кровати.

– Но я уехала с Рюком и не вернулась. Это не вызовет сплетен? Мне и так постоянно приходится отбиваться от Яриши и ее друзей.

– Агния, какие сплетни? Я увез тебя домой, и ночью ты будешь спать в своей комнате. Даже Ярише не придет в голову делать из этого сплетню. Поверь, главной сплетней завтра будет то, что Рюк сорвался.

– Этот Лука – козел! – в сердцах выдаю я.

– Лука, может, и козел, но идиот – Рюк. А сейчас давай, Мышка, топай спать, пока я тебя не поцеловал.

Я замираю и смотрю на Яна. Его последние слова – как выстрел. Сердце стучит часто-часто, в ушах шумит кровь. Пересохли губы, и хочется их облизнуть, но я сдерживаюсь. Парень стоит прямо передо мной. Черная челка падает на глаза, а руки спрятаны в карманы светлых джинсов. Сильная шея в вороте рубашки и до боли знакомая цепочка с тремя защитными амулетами. Он такой красивый, что его признание обескураживает. Как он вообще может хотеть меня поцеловать? Зачем ему это? Вокруг него столько красивых девчонок, но целовать он хочет меня? Или это очередной прикол? Но и после вечеринки, если бы я не сбежала, он бы меня поцеловал. Я знаю. И меня пугает эта его болезненная тяга. Но еще сильнее я боюсь своих чувств, которые появляются рядом с ним.

Медленно поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом – жадным, темным. Красивые губы сжаты в плотную линию, а на подбородке видна короткая темная щетина.

Тянусь к ней рукой и нежно трогаю кончиками пальцев. Колется…

– Что творишь? – хрипло спрашивает Ян, перехватывает мою руку за запястье и делает шаг навстречу, сокращая расстояние еще больше. Теперь я чувствую жар его тела и ненавязчивый запах древесной туалетной воды.

Я дрожу. То ли от ночного ветра, то ли от пронизывающего взгляда Яна, то ли от собственной безбашенной смелости. Я боюсь и хочу снова ощутить его губы на своих губах, и, кажется, Ян прекрасно читает мои мысли. Немного неприятно ощущать себя открытой книгой.

– А я ведь предупреждал, – хрипло шепчет он мне в губы. – Я из тех, кто делает одно предупреждение и больше не спрашивает…

– Ты много говоришь, – отвечаю я, поражаясь собственной смелости, и целую его сама.

Обескуражена не только я, но и Ян. Он замирает, пока я скольжу своими губами по его, обжигаясь новыми ощущениями и впитывая его вкус. Сердце колотится в груди, и этот поцелуй – наивысший уровень смелости, от которого кружится голова, будто я прыгнула на резинке с высокой скалы. Воздух заканчивается буквально через несколько секунд. Слишком много эмоций, слишком остро и сладко. Разрываю поцелуй и, пока Ян не опомнился, забегаю в дом, пытаясь отдышаться в коридоре. Щеки горят, колени подгибаются.

Я прислоняюсь к стене, но в холл врывается Ян. Кидается ко мне и, вжав меня сильным телом в стену, обхватывает лицо руками. Теперь уже целует сам. Как обещал, без предупреждения, до перехваченного дыхания. Нежно и глубоко, так, что невозможно оторваться. Обнимаю его за плечи и теряюсь в новых и очень сильных ощущениях. Так не бывает, чтобы до фейерверка перед глазами.

Растворяюсь в его горячем дыхании и легких укусах. Это настолько восхитительно, что у меня просто сносит крышу. Если бы кто-то рассказал раньше, что целоваться так волшебно, я бы посвятила этому занятию гораздо больше времени! Во время нашего первого поцелуя я была слишком зла и поэтому не прочувствовала всю гамму эмоций, а сейчас не могу и не хочу останавливаться.

Ян отступает первым. Его грудная клетка вздымается, он дышит так же тяжело, как и я.

– Беги, Агния… – хрипит он. – Иначе я за себя не ручаюсь.

Повторять мне не нужно. Я срываюсь с места с единственной мыслью: «Что я натворила?» И что теперь делать? Ведь теперь Ян не даст мне прохода. И еще неизвестно, как решит использовать мою слабость!

Закусываю губу и прислоняюсь к стене, чувствуя, как по телу разливается тепло. Слегка колотит. И, кажется, холодный душ мне сегодня не поможет. Это было офигенски! А Мышка вовсе не такая и мышка. В ней столько огня, что у меня сорвало крышу, и я поплыл, как полный идиот. Теперь вот стою и улыбаюсь. Даже не слышу шагов.

– И что, стоило того? – тихо спрашивает Яриша, которая незаметно подошла со стороны столовой. Даже странно, что она не вмешалась и дала Агнии уйти. – Того, что ты сделал с Рюком? Любишь ты чувствовать себя богом, Ян!

Сестра в персиковом шелковом халате останавливается напротив, воинственно сложив руки на груди. Уже умытая, волосы забраны в косу. И не скажешь, что стерва. Милая девочка, если не знать ее ближе.

– Я ничего не делал с твоим болезным. – Смотрю прямо на нее. – Ты же бросила его. Напомнить почему?

– Его одобрили родители, и я планирую к нему вернуться.

– Пока не знают подробностей вашей истории, – парирую я.

– Не забывай, ты тоже там был. И никто, включая меня и Рюка, не знает подробностей истории, Ян. Рюк нормальный. Может, самый нормальный из нас.

– Не будь идиоткой! – Я взрываюсь, потому что тема болезненная. – Он законченный зельевик. И сегодняшний день доказал это.

– Нет, Ян. Ты просто долбаный манипулятор! Вы свихнулись со своими спорами. Один раз уже случилась трагедия! Ты даже сестру не пожалел…

– Прекрати! Знаешь же, что я хотел как лучше.

– Ян, ты, как настоящий мудак, никогда и ни в чем не виноват. Поспорил с Рюком и позволил разрушить мои отношения с Фейтом. Ну а что? Я же сама бросила первокурсника-неудачника! Меня никто не заставлял уходить к Рюку. А Фейт сам напился и сел на осу! Все случилось само по себе, но именно ты кинул с горы камень, который спровоцировал лавину! Ты, Ян!

– Тогда я верил, что ты умнее. Думал, у вас с Фейтом все серьезно и Рюк просто пойдет лесом со своими примитивными подкатами.

– А? То есть я еще и идиоткой оказалась? Ну прекрасно! Нет, Ян, тогда ты манипулировал мной и Рюком. Сейчас ты нашел Луку! Зная, как к нему относится Рюк, зная, что за человек Лука, ты притащил его на «Облака» лишь с одной целью: засосать у нас в коридоре невинную овечку! Я бы рассказала ей все. Вот правда! Это было бы эпично! Столько усилий – и зря!

– Яриша…

– Не переживай, не стану! – фыркает она. – Но не потому что ты мой брат и я готова прикрывать тебя, а потому что она меня бесит! Мне даже нравится такой исход! Но не вмешивай в свои грязные игры тех, кто дорог мне!

– Я не знал, что Лука толкает зелья…

– Да ладно! – Яриша закатывает глаза. – Ты не знал?! Все были в курсе, а ты нет? Ян, не опускайся хотя бы до вранья! А за что папаша Рюка чуть не отправил Луку на тот свет?

– А демоны его знают, он же свернутый! – взрываюсь я. – Мог и за косой взгляд. Я думал, Рюк и Лука просто вместе развлекаются, про зелья узнал только сегодня. Уже в клубе. Я просто считал Луку умнее.

– А он и умнее, кто же спорит. В том числе и тебя!

– Эй! Я никогда не сидел на зельях, и ты это знаешь.

– Какие зелья, Ян? – Смех Яриши становится нервным. – Ты и без них совершенно без тормозов! Люди не игрушки, и ты дождешься. Однажды кто-нибудь поиграет и тобой! Или…однажды твоя игрушка сломается. Или… ой… – Она округляет глаза. – Так же уже было. Верно?!

– Яриша! Замолчи! – шиплю я, но сестра уже взбегает по лестнице, а я, чувствуя себя последним говном, сползаю вниз по стене. Если смотреть на мое поведение со стороны, то действительно не увидишь ничего хорошего. Яриша правильно сказала: мудак. Но я просто хотел показать Агнии, какой Рюк на самом деле. И да. Надеялся, что Лука просто устроит безобразный скандал. У него для этого масса поводов.

Глава 16

Забегаю к себе в комнату и дрожащими руками закрываю дверь. Подумав, запираю на замок, ставлю защиту, а для верности задергиваю шторы. Если Ян придет, я просто провалюсь сквозь пол от неловкости! Поэтому я перекрываю ему все доступы. Если ему будет нужно, он, конечно, найдет как ко мне прорваться, но мне хочется верить, что парень не станет заморачиваться. Боже, как же мне стыдно! Зачем я поцеловала его? Вот о чем думала? А потом зачем отвечала?

Ведь знаю же, это неприлично. Мы для общества брат и сестра, и никто не станет разбираться в степени нашего родства! Каждому же не объяснишь, а носим мы одну фамилию. Стыдно перед Лираей, перед отцом, перед собой! А потом… ведь Ян – это Ян. Тот, кто обещал сделать мою жизнь невыносимой.