Анна Одувалова – Брюнетка в боевой академии. Любимая игрушка повелителя (СИ) (страница 14)

– Это очень плохо, Флави.  Завтра приедут следователи из столицы,  у тебя нет алиби, и есть мотив.

– Какой? – Я разозлилась. – Если бы я убивала каждого человека, который меня бесит.  За моими плечами была бы гора трупов. Что, я единственная, кто желал ему зла? С его характером – сильно сомневаюсь!

– В академии не так много фейри. У Сильха и Сабрины алиби, и они не ругались с мэршем. Есть еще несколько. Их мы, безусловно, опросим, но… и они не ругались.

– А почему вы решили, что  мэрша убил именно фейри? Кстати, я человек.

– Твое происхождение, Флави, покрыто мраком. И сейчас не так и важно. Но магия тебе доступна та, которую практикуют в Холмах, и ты сильнее и одареннее многих истинных фейри. Пойдем.

– Куда? – подозрительно поинтересовалась я, не спеша вставать.

– Я покажу тебе, как погиб мэрш  Киан.

– А вы уверены, что это педагогично? – уточнила я, не желая никуда идти.

– Вы боевые маги, не вижу смысла ограждать вас от жизни. – Он помолчал и добавил: – И от смерти тоже.  Пошли.

Мне не осталось ничего другого, кроме как согласиться.

Передвигался гранд-мэрш по академии решительно, быстро, и мне приходилось семенить за его спиной, которая укрывала меня от любопытных взглядов, и несущихся сломя голову курсантов. Перед ректором они хотя бы притормаживали, а  вот меня бы снесли. Я, конечно, тоже умела уворачиваться, но за широкой спиной было безопаснее. А еще я сосредоточилась на темно-синей ткани примерно в середине спины ректора, это позволяло не отвлекаться на тех, кто вокруг. Ведь многие из сэршелей, встречавшихся нам на пути, считали меня сумасшедшей убийцей. Не думала, что это способно ввергнуть меня в депрессию. Обычно мне было наплевать, что думают обо мне посторонние.

Я удивилась, когда из академии мы вышли на улицу и направились в сторону парка. Они решили не убирать труп, чтобы продемонстрировать его потенциальной убийце? Но это же глупо!

На улице сегодня было более оживленно, чем в коридорах академии. И весь поток сэршелей устремился туда же, когда шли мы с мэршем – в сторону парка, расположенного за зданием академии.

Там замотавшиеся мэрши отгоняли  нахальных курсантов от странного корявого дерева. Когда я поняла, что это, к горлу подкатил ком. Я видела такие в роще в Холмах. Казненные преступники, которые остались навечно вплетены  в стволы вековых деревьев. Издалека  деревья выглядели самыми обычными, но если приблизиться, то на искореженной коре можно рассмотреть проступающие лица, кисти рук, ноги тех, кто был навечно заключен в дерево.  Люди казались живыми, но, конечно же, ими не являлись. Фэейри такие деревья не рубили, считалось, что  из поврежденной древесины может течь кровь, а кровь, попавшая в землю, плохой знак.

Дерево, в котором нашел свое последнее пристанище мэрш Киан, было небольшим, но все равно корявым, с выпирающими корнями и скудной кроной. Лицо, искаженное мукой, было хорошо видно и узнаваемо. Стало понятно, почему труп не убрали. Вероятно, пока не понимали как. Спилить рука не поднималась. Ждали, думаю, специалистов. Вероятно, надеялись отделить тело от  древесины. Но  это невозможно.

– Теперь ты понимаешь, почему мы подозреваем фейри? – мрачно поинтересовался ректор. – И понимаешь, что даже время смерти установить нельзя.  Он умер точно после того, как его видели недалеко отсюда и после скандала с тобой. И до рассвета, когда его в таком виде обнаружили дворники.

– Не знаю, кто это сделал…– пробормотала я. – Но мне подобное просто бы в голову не пришло. Меня он раздражал, а для того, чтобы сотворить это, его нужно было ненавидеть.

– И ты хочешь сказать, что никогда подобного не видела? – поинтересовался мэрш с издевкой.

– Видела, – не стала я отрицать очевидное. – Все видели, кто хоть раз бывал в Холмах. Но видеть и воплотить в жизнь… все же несколько разные вещи. Не находите? Так я могу идти или я официально признана виновной?

– Нет. Это был просто разговор. Ты свободна, но Флави… поищи чуть больше свидетелей.

– Вы  прекрасно знаете, их нет. Лучше вы поищите того, у кого имелись реальные причины желать мэршу Киану жуткой смерти…

– Непременно, – согласился ректор. – Этим и занимаюсь.  Сейчас вот пойду, найду твоего «брата»… очень странно, но его нет на парах.

– Поищите в его комнате, – услужливо подсказала я.

– Почему ты считаешь, что он там?

– Интуиция, – отозвалась я и направилась в сторону академии, не подозревая, что та самая интуиция очень сильно меня подвела. Сильха я встретила буквально за углом. День, который начался с обвинения в убийстве, хорошо закончиться определенно не мог.

Только Сильх мог выглядеть настолько невозмутимо и гордо с ярко-розовыми волосами, забранными в причудливую косу. Впрочем, косы у принца всегда были филигранно выплетенными. Я так не умела. Интересно, он сам или Сабрина постаралась? Помнится, она всегда была в восторге от волос Сильха.

А вот цвет…цвет, не скрою, моя заслуга. Красиво вышло. Правда, я думала, что Сильх с ним будет выглядеть как чучело, но этому поганцу шло все. Даже  волосы цвета фуксии. Как все же прекрасно краситель лег на пепельный блондин. Идеально. Словно специально покрасили. Я даже залюбовалась, хотя, по-хорошему, надо было бежать, пока есть такая возможность.

Сильх стоял в коридоре и подпирал плечом стену. Розовая прядь, выбившаяся из  косы, падала на лицо. На фейри смотрели, но вот смешков я что-то не слышала, хотя на них очень даже рассчитывала. Мне хотелось его унизить, но не вышло. Впрочем, я видела – Сильх зол, а значит, месть удалась, я же хотела разозлить именно его. Что мне все остальные?

– Иди сюда, – тихо приказал он, разве только пальцем не поманил мерзавец.

– Не-а… – Я помотала головой и уже планировала бежать, но  бежать от принца фейри бесполезно. Он как кот. Любое движение воспринимает, как игру и хочет поймать, пытающуюся улизнуть игрушку. Вот и меня поймали, словно мышку или бантик на веревочке.

– Нет так быстро, Флави. Не хочешь исправить то, что ты натворила?

– Не хочу, – призналась я, пытаясь вырваться из хватки и вернуть себе подобие свободы. – Во-первых, если я исправлю, то  в чем смысл мести? А, во-вторых, тебе идет. Само смоется… месяца этак через два. Мои волосы будут отрастать дольше.

– А придется, Флави…

Он отпустил мой локоть, но сам подошел ближе и внезапно  провел большим пальцем по моей щеке, задев подушечкой уголок губы. Я вздрогнула и почувствовала, как по лицу прокатилась волна жара. Надеюсь, я не покраснела! Такого позора не вынесу!

Злые синие глаза были так близко, а черные и колючие ресницы отбрасывали тень на бледные скулы. Красивый и немного пугающий – настоящий принц фейри.

– Тебя ведь вызывали сегодня к ректору, Флави… спрашивали, где ты была… Если хочешь, чтобы я  подтвердил твои слова, приди ко мне и убери то безобразие, которое ты сделала с моими волосами. Я знаю, у тебя есть все для того, чтобы вернуть мне нормальный цвет волос.

– А зачем? – Я упрямо сжала зубы. – Никто не знает, когда убили мэрша Киана. А у тебя я надолго не задержалась.  Никто не знает, где я была потом.

– Ты была на крыше. Заняла мое место… я видел, – мне кажется, Сильх сказал это с некоторой обидой. – Это тоже не доказывает ничего, кроме того, что ты  не врешь. А вот если я подтвержу слова Сабрины, тогда ты будешь выглядеть маленькой наглой лгуньей. Очень виноватой маленькой лгуньей. – Сильх криво улыбнулся и, еще раз мазнув взглядом по моим губам, лениво отступил. – Я жду тебя, Флави.

– Не боишься,  что тогда и сам останешься без алиби?

– Все равно. У меня не было конфликта с Кианом… мне не за что его убивать…

– Ой ли… – протянула я, вдруг вспомнив, как  Сильх смотрел на мою руку с синяком. Я не придала этому взгляду значения, потому что тогда мэрш был жив.

Сильх, кажется, понял, к чему я клоню, но он только усмехнулся и, покачав головой, ушел.

– Не задерживайся, я и так прогулял первые пары! – бросил он через плечо.

Глава 8

Мне совершенно не хотелось идти к Сильху. Не нравилось думать, будто я проиграла.  Чувствовала, что ничего хорошего из этого визита не выйдет. Но проигнорировать приказ я не могла. Принц был мстительным и умел добиваться своего. В этом мы  с ним близки.

Я хоть и не любила признавать очевидный факт, но мы с Сильхом вообще были похожи. Я не сомневалась, если я уберу плоды своего креатива, то получу пусть не алиби, но хотя бы его подобие. В этой ситуации он меня обставил. Приходилось смиряться.

Занятия были в разгаре, поэтому наша с Китти комната пустовала. На моем стуле валялась  смятая туника,  на кровати Китти  раскинулся веселый ярко-розовый халатик. На столе стояли грязные чашки, которые следовало помыть. Я побурчала, но все же ополоснула их под краном. Думала, мне будет сложно привыкнуть к решению бытовых проблем. Но нет, грязная посуда меня раздражала. Опыта уборки за собой у меня не было, но я всегда жила в чистоте. Поддерживать ее чужими руками, конечно, было намного приятнее.

Подруга с близнецами уже грызли гранит науки, а я прогуливала пары, что злило. Мне, в отличие от многих, обучающихся в академии нужны были  хорошие оценки по всем предметам. Без стипендии придется ну очень несладко. Но сегодня я ничего не могла поделать. А потом меня подозревают в убийстве преподавателя. Вряд ли это хорошо скажется на моей успеваемости. Сначала надо снять с себя подозрения, а потом уже блистать умом и физическими победами на парах.