Анна Одувалова – Безупречный. Ты не мой маг! (страница 10)

— Нет, папа, такое больше не повторится. Да, я понимаю все последствия. И что мне надо было? Пострадавшую студентку бросить в кустах? Полагаешь, это лучше бы отразилось на моей репутации? Или на репутации нашего рода?

Последняя фраза была явно лишней. Обычно я вёл себя сдержаннее. Не потому, что боялся отца — нет, то время давно прошло. Просто я не люблю скандалы и не провоцирую их в вещах, которые для меня не принципиальны.

Голос отца, раздающийся из пластины ещё что-то вещал — про ответственность, про то, что «Фейкосты не таскают на руках неизвестно кого на глазах всей академии» и так далее. Я слушал вполуха, глядя, как за окном медленно рассеивается утренний туман. Серое небо над академией постепенно светлело, окрашивая верхушки старых лип прозрачными солнечными бликами. Где-то там, в общежитии, сейчас просыпается та самая девчонка с опоссумом. Интересно, она хоть представляет, какой переполох устроила в одном уважаемом семействе?

Пропустив мимо ушей большую часть нотаций, я дождался того момента, как отец закончит, и нажал отбой. Плоская, блестящая пластина связи, похожая на небольшое зеркало в изящной серебряной оправе, погасла. Вещица была баснословно дорогой и крайне мною нелюбимой. Я бы предпочёл более редкие сеансы связи с домом, но отец настаивал на еженедельных отчётах. Спорить по этому поводу было мелочно и бессмысленно — таких мелочей в моей жизни накопилось предостаточно, и все они вели к одной цели.

Я убрал пластину в шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную перламутром, и захлопнул крышку.

— Что, достали? — сонно отозвался со своей кровати Вейк.

Он благополучно проспал весь день, потом прогулял всю ночь, и сейчас традиционно не мог заставить себя оторваться от подушки. Рыжая голова торчала из-под сбившегося одеяла, один глаз приоткрылся, мутно посмотрел в мою сторону и тут же закрылся обратно. Вейк вздохнул, перевернулся на спину и зачем-то попытался натянуть одеяло на голову, но запутался в нем ногами и выругался.

— Ему уже доложили, — ответил я, наблюдая за его бесплодными попытками укутаться. — И, как сам понимаешь, он был недоволен.

— Кто бы сомневался, — пробурчал Вейк в подушку. Голос у него был хриплый, спросонья. — Когда уже ты его пошлёшь куда подальше?

Он зевнул, широко и со вкусом, и перевернулся на живот, по-хозяйски обнимая подушку обеими руками.

— Через двести семьдесят пять дней, — ответил я спокойно.

Цифра заставила Вейка даже приподнять голову. Он уставился на меня одним глазом, второй так и не желал открываться.

— Ты что, считаешь? — Голос его звучал так, будто я признался в поедании младенцев на завтрак.

— Ага. С первого курса, — равнодушно признался я.

— Ты страшный человек, Рейвен!

Я усмехнулся и покачал головой, откидываясь на спинку стула. Комната постепенно наполнялась утренними звуками: где-то в коридоре хлопнула дверь, за стеной зашумела вода в душевой, снизу доносился приглушённый гул — общежитие просыпалось.

— Не страшный, — поправил я, глядя, как Вейк снова пытается вернуться в состояние полной неподвижности. — Просто продуманный.

В моей семье иначе нельзя: или ты хитрый, или ты сломленный. Мой старший брат выбрал второе. Я видел, во что он превратился за эти годы: идеальный наследник, послушный сын, марионетка с потухшим взглядом. Он делал всё, что велел отец, женился на той, на кого указали, работал там, куда определили. Иногда я ловил его взгляд на семейных обедах, и в нём не было ничего, кроме усталой пустоты.

Я уже давно решил, что выберу для себя другой путь. Но подростковый бунт подавили бы быстро и жёстко — у отца есть масса возможностей испортить жизнь неугодному сыну. Поэтому я пошёл другим путём. Я идеальный сын, лучший студент, аристократ с безупречной репутацией. Именно поэтому от меня не ждут неповиновения: я ведь никогда не спорил с родителями, никогда не давал повода усомниться в своей лояльности.

И не буду. Просто в определённый момент приму то решение, которое интересно мне, а не им. Это разозлит семью, только вот сделать они ничего не смогут — к тому времени у меня будет диплом, репутация, связи. Всё, что нужно для самостоятельной жизни.

Но для этого нужно ещё немного побыть безупречным. Всего-то двести семьдесят пять дней. По крайней мере, на людях.

— Ты идёшь на завтрак? — спросил я, поднимаясь.

Вейк что-то невнятно промычал в подушку. Я воспринял это как «нет» и направился к двери, на ходу поправляя воротник свежей рубашки.

Айлин

Я всё же всучила магистру хомяка в качестве первой контрольной работы. Но смотрел на меня преподаватель так, что я поняла: в следующий раз лучше всё делать самой, и не допускать никаких накладок, если, конечно, не хочу сдавать некроминалистику до летней практики по ней же. Кабинет я тоже до завтрака успела убрать от следов пребывания скунса. Они обнаружились под столом, в углу, ну и ещё поганец изодрал какие-то документы. Магистр Доминик долго и витиевато жалел, что нельзя меня заставить переделать и их. Я по доброте душевной, конечно, предложила посодействовать, но ответом мне был такой суровый и многообещающий взгляд, что я решила не искушать судьбу и как можно быстрее сбежать. Магистр, занятый составлением пазла из обрывков какого-то листа с гербовой печатью (точнее, с её остатками), мне не препятствовал.

В итоге в коридор я выскочила воодушевлённая и в отличном настроении. Я всё же смогла завершить долгий и позорный квест с первым допуском к экзамену по некроминалистике! А до второго допуска был ещё целый месяц. Всего надо было заработать четыре, и я очень надеялась, что остальные три пройдут без таких задорных приключений.

А впереди меня ждало ещё более суровое испытание, и, признаться, к нему я была совершенно не готова. Я бы с большим удовольствием ещё раз убрала последствия жизнедеятельности скунса. Но я знала, какие слухи ходят про Алисию с компанией. Да и Ненси от неё далеко не ушла. Если не выполню желание, которое я, по их мнению, проиграла в честном бою (хоть и не испытывала ни малейшего желания с ними состязаться), то, боюсь, не сданная некроминалистика будет не самой большой моей проблемой.

В конце концов, поцеловать симпатичного и даже немного знакомого парня на глазах у всей столовой — это, безусловно, выход из зоны комфорта, но не самое страшное, что могло со мной произойти. Утешала я себя этой мыслью, пока шла по коридору, но сердце всё равно колотилось где-то в горле, а руки противно и мелко дрожали.

Я решительно вошла в столовую и оглядела её пристальным взглядом, надеясь, что Рейвена тут не окажется. Но мне не повезло. Он не просто здесь был — он сидел почти в центре зала, за одним столиком с помятым и зевающим Вейком и черноволосым некромантом, который вчера вместе с нами ловил скунса (точнее, ловил опоссума, а поймал скунса). Троица о чём-то негромко переговаривалась, Вейк с трудом держал глаза открытыми и постоянно клевал носом, а Лиар лениво ковырялся в тарелке.

Я бы, наверное, не смогла преодолеть смущение и сбежала бы, но Алисия и Ненси тоже были здесь. Они сидели за разными столиками в окружении подружек, и едва я появилась на горизонте, тут же повернулись в мою сторону. Алисия хитро улыбнулась, а Ненси сложила пальцы в жест, который должен был выражать поддержку. Очень хотелось посоветовать ей эту поддержку засунуть в одно место, но это я оставила на потом.

Понимая, что чем дольше тяну и собираюсь, тем сложнее будет решиться, я выдохнула и прямой наводкой направилась к столику парней, в противный внутренний голос в голове начал отчет от десяти в обратную сторону. Когда в сознании прозвучало «раз», я улыбнулась, полагая, что выгляжу как идиотка, и остановилась прямо перед Рейвеном, поймав его недоуменный взгляд. Помогите мне боги!

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.