Анна Одинцова – И круг замкнулся (страница 26)

…

Усталость быстро дала о себе знать — я почти мгновенно провалилась в сон. Однако вместо ничего не значащей ерунды или привычных кошмаров увидела знакомый зал с колоннами и стройного юношу, который сидел на постаменте в окружении горящих свечей.

— О чем же ты пришел поговорить?

В последнее время я перестала удивляться интересу божеств к моей персоне. Обычно внимание лестно, но не в случае богов — их внимание смертным нередко стоит жизни.

— О заказе, который тебе дала Лия.

Рэй склонил голову на бок, лучезарно улыбнулся. С нашей последней встречи он не изменился ни капли, однако изменилась я и на многое уже смотрю иначе. В том числе и на самого Рэя.

Он не просто помощник Лии, а один из младших богов. В отличие от Джафа, который всего лишь слуга, вынужденный выполнять приказы божественной четверки. Интересно, как так получилось — у одного храмы и верующие, а у другого руки по локоть в крови и вечное одиночество.

— Что нужно сделать?

— Ты должна остановить войну в Дроуме.

Он смеется? Фараты не станут меня слушать. Будь я хоть трижды императрицей.

— Заказ невыполним.

— Может быть. Как раз проверишь. На всё у тебя три месяца.

Я подняла к лицу левую руку. Запястье обхватывала рунная вязь цвета червонного золота.

Могу поклясться, что минуту назад её там не было.

— А что потом?

Парень провел ребром ладони по горлу.

Глава 21. Горечь расставания

Потрескивали дрова, с неба неслышно падали на землю белые крупные хлопья снега. На поляне, где мы остановились, было спокойно, пока я не легла спать. Стоило закрыть глаза, как меня тут же принялись тормошить.

— Прошу, госпожа, помогите!

Надо мной склонилась девочка лет двенадцати в узком платье из багряных листьев. Концы её собранных в хвосты волос цвета болотной зелени щекотали мои лоб и щеки. В зеленых глазах застыл ужас, тонкие губы дрожали словно она вот-вот разревется.

Фрид спал рядом, положив под голову руку. Мы летели всю ночь, остановиться на привал решили лишь под утро — неудивительно, что фарат не проснулся от голоса девчонки. Впрочем, помогать другим он помчался бы даже несмотря на усталость. И дриады не могут этого не знать. Посему напрашивается закономерный вопрос.

Я приподнялась на локтях и посмотрела на дриаду искоса.

— Что нужно лесному духу от меня?

— Силы слишком неравны… — вздохнула девочка, — Быть может, у вас получится его изгнать.

— Кого?

— Дриады называют таких как он «существами из сумерек».

И зачем согласилась? Не знаю. Просто ощутила, что нужна там, куда меня так настойчиво зовут. Поэтому я поплотнее укуталась в плащ, выхватила меч и бросилась за дриадой в чащу.

Бежать далеко не пришлось. Мы остановились на вершине холма, у подошвы которого теснились маленькие домики с изрядно покосившимися крышами и покрытыми мхом стенами. Всего домов чуть больше дюжины, и все они как один ветхие развалины.

Я бы подумала, что тут не живет никто, но дома и дворы перед ними выглядели обжито — сушилось на веревках белье, на земле валялись детские игрушки, из сугроба торчала лопата, поблескивало лезвие топора, оставленного в груде нарубленных дров, вот только…

В воздухе витал стойкий запах крови.

Затаив дыхание, я осторожно спустилась. Огляделась, с минуту постояла, прислушиваясь, и направилась дальше. Дриада же молча двигалась следом.

Тела мы увидели не сразу. Снег всё шел и шел, медленно закрывал тонким белым одеялом неподвижные фигуры. Они почти не отличались от людей и всё же… Это были не люди, а оборотни, о чем ясно говорили желтые глаза с вытянутым зрачком и частичная трансформация — видимо, пытались обратиться, чтобы сражаться за свои жизни. Но даже шанса на победу у них не было. И понятно почему.

Он стоял спиной к нам. Худощавый, с растрепанными темными волосами, в черных брюках и растянутой тунике. Убийца зачерпнул ладонью снег и провел горстью по лицу. Впрочем, даже покрытое кровавыми полосами, я узнала бы это лицо из тысячи.

— С чего ты вообще взяла, что я с ним справлюсь? — зашипела я, повернувшись к дриаде.

— А разве нет? Вы, госпожа, как никто иной похожи на него, — чуть слышно произнесла она, — Ведь ваши ауры практически одинаковы.

Хотя слова дриады не только поразили меня, но ещё и напугали, я нашла в себе силы шагнуть вперед и громко произнести:

— Что здесь происходит? Зачем ты убил их, Джаф?

Парень обернулся, покосился на девочку, которая спешно спряталась за моей спиной и хмыкнул.

— Ты же знаешь ответ, не так ли?

— Она не могла… — начала я и осеклась, увидев, что Джаф кривит губы и еле сдерживает смех.

— Могла, ещё как могла. Лия решила создать новую расу взамен этой. Они просто надоели ей.

— Нет… Разве можно?..

— Им плевать, Аля. Сегодня вы живы, а завтра на ваше место выберут кого-то другого. Милость богов не вечна. Кстати, я знаю о твоем заказе. Думаю, ты уже поняла, что на снисходительность рассчитывать глупо?

Я помотала головой, возвращаясь из воспоминаний в реальный мир.

Однако он совсем не радовал.

Сапоги вязли в песке, с шорохом перекатывались барханы, ветер трепал волосы и хлопал полами плаща. Солнце щедро поливало лучами землю, отчего казалось, что песчаные горы вокруг на самом деле из золота.

Вокруг, куда ни глянь, одна пустыня. Когда-то боги отделили её от остального мира невидимым куполом, чтобы уберечь людей от последствий их же ошибок.

Взрыв, который стер целое королевство со всеми его жителями и армией империи Креит, не мог не оставить следов на земле материка. Купол должен сдерживать магию, что находится внутри.

Ведь она превратила это место в безжизненную пустыню, которую нельзя ни перелететь, ни перейти. Рискнувший прийти сюда может остаться тут навечно. Если не знает дороги, конечно.

Фараты уже через два года после войны создали безопасную тропу, по которой многие из них не раз ходили в Креит. Учитывая, что фаратов видят в империи очень редко, можно понять, насколько сильно они не любят ходить пешком.

По словам Фрида путь до Дроума занимает от десяти до семнадцати часов. Без остановок и отдыха мы идем с рассвета, поэтому к вечеру должны будем достичь границ королевства фаратов.

Значит скоро придется расстаться. Я посмотрела на спину шагавшего впереди парня, вздохнула.

Два дня прошло с той встречи в лесу. Фрид, конечно же, ничего не знает. Да и нужно ли говорить?

Нет. Он мог бы помочь, но я сама вляпалась во всё это и только мне решать мои проблемы. Достаточно того, что Фрид знает о моей сделке с Лией. Хотя о самом главном пришлось умолчать.

Возможно, мы видимся последний раз. Три месяца я проведу в чужом королевстве, а потом…

О чем я только думаю? Разве существует это «потом»? Выполнить заказ невозможно.

Даже не представляю с чего начинать. Вот приду в Дроум и потребую встречи с королем, чтобы поговорить. Ага, так меня к нему и пустят. Аж два раза.

Фрид обернулся, заметив, что я остановилась. Шагнул навстречу, взял за руку, поймал мой бегающий по сторонам взгляд.

— Аля? Ты в порядке?

Я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее и сказала:

— Не беспокойся. Всё хорошо.

Ложь. Снова ложь. Когда же я перестану ему врать?

Фарат нахмурился, покачал головой, явно не поверив, и пошел дальше. Ладонь он не отпускал, а я и не пыталась вырваться. Вместо этого чуть ускорилась, чтоб идти рядом и стала исподтишка разглядывать его словно видела впервые.

Из-за купола в пустыне намного теплее, чем в Креите и зимняя одежда оказалась лишней. Фрид давно снял плащ, оставшись в брюках и легкой рубашке, рукава которой он закатал до локтей. На солнце блестела цепочка медальона, ветер трепал расстегнутый воротник и коротко обрезанные пряди сапфирового цвета.

Я до сих пор не могла привыкнуть — без крашенной в черный косы парень выглядел иначе. Да он и сам это понимал, ведь неизменно вздрагивал, натыкаясь взглядом на свое отражение.