Анна Невер – Потерянные (страница 72)

– Как ты выбралась? – пораженно спросила она, с опаской косясь на ридикюль в руках бывшей пленницы.

– Легко. Мне стало скучно. Хотя сейчас уже намного веселее, – Тиса рассмеялась, чем заставила воровку отступить еще на пару шагов. – Знатный спектакль ты затеяла. И неужели все ради того, чтобы поживиться моей сумкой?

Кстати о последней. Войнова заглянула внутрь и проверила содержимое. Вроде все ее вещи на месте. Для более тщательного осмотра пришлось вынуть нож.

– Я не хотела! Меня заставили! – взвизгнула «лиса» и рванула по лестнице с такой прыткостью, что оставалось только диву даваться. – Помогите! Режут! – голосила на бегу мошенница.

Отсмеявшись, Тиса покачала головой. Необычней бала в ее жизни еще не было. И все же как ей повезло открыть замок! Что ж, пора возвращаться в Мраморный зал.

Девушка и не подозревала, что в недавно покинутой ею спальне происходило не менее любопытное действо. Началось с того, что в момент, когда за видящей закрылась дверь, створка одного из шкафов в гардеробной резко открылась. И из нее ничком, будто срубленная на лесоповале сосна, вывалилось тело мужчины. Носом в половицы. Тело ожило. И Ёсь Озерский – а это был именно он – метнулся в угол гардеробной, боком зацепив столик и опрокидывая стул. Черная маска-клюв уж не украшала породистое лицо. В ярких глазах Ёся полыхала ненависть, но еще больше в них было чистого страха. А причина тому имелась веская: из алого рта графа до самых его начищенных туфель свисал длинный розовый язык. Его язык.

Из тени появился человек в маске дракона, в руке он держал скип из орехового дерева. И Озерский тут же вжался спиной в стену.

Незнакомец приблизился и молниеносно ткнул скипом в грудь Ёся.

– Бу-бу-бу… – Молодой граф в ужасе задергался, тараща глаза на оружие. Говорить у него не получалось.

Зато получалось у «дракона».

– Еще раз протянешь язык насчет этой женщины, мальчишка, – произнес глухо человек в маске, – лишишься языка. А тронешь пальцем сам или пошлешь кого – лишишься чего-то более важного. Понял меня?

Озерский активно закивал, мыча как немой.

– Сейчас прочь из Оранска, граф, – приказал «дракон». – Этот наклад тебе придется сводить очень долго. Советую раскошелиться на лучших колдунов. Вон пошел, пока я не передумал и не раздавил тебя, как гада.

Ёсь Озерский, подбирая язык, сорвался с места и понесся к выходу из опочивальни.

Тиса покидала бал в сопровождении Перышкиных и клубовцев. На дворе падал снег, кружа под звуки скрипки. Следуя к саням, у ворот Войнова еще раз взглянула на дворец. Окна его продолжали сиять – для некоторых веселье продолжалось. На одном из балконов стоял человек. Лицо его невозможно было разглядеть. Несколько секунд девушка наблюдала одинокую фигуру. Затем мысленно поблагодарила Единого за его жертву, за интересно прожитый день и продолжила свой путь.

Часть вторая

На пути к весне

Глава 1

Ночное происшествие

Заснула Тиса в ночь после бала невероятно быстро. Усталость придавила ее к постели, словно гнет – квашеную капусту. И спала бы до обеда следующего дня, не случись неожиданное ночное происшествие, из-за которого ее сон прервали посреди ночи бесцеремонным стуком – снежками в стекло. Сонно щурясь, девушка выглянула в окно. Снег давно прекратился, и черное небо глядело на мир мутным оком ущербной луны. За забором можно было различить серые фигуры Клима, Строчки и Клары. На дороге стояли сани. Войнова протерла глаза кулаком, видение троицы клубовцев не пожелало рассеиваться. Мало того, Строчка, заметив движение в окошке, замахал руками. В глубоком удивлении и недоумении видящая напялила на сонное тело домашнее платье, накинула на плечи пальто. Ноги всунула в ботинки, не утруждая себя их зашнуровыванием. Морозный воздух дунул в оголенную шею. Силач в будке даже не пошевелился. Сторож липовый.

– Что случилось? – спросила Тиса, выйдя за калитку.

Теперь она могла рассмотреть ночных пришельцев. Бледный свет луны это позволял. Обеспокоенное лицо Клары, раздосадованное – Климентия. Улыбку Строчки, который не мог устоять на месте и притопывал, потирая ладони.

Клим шагнул навстречу.

– Просим прощения за непростительно поздний визит, Тиса Лазаровна, – произнес учитель отрывисто. – Нужна ваша помощь.

– Матушка Клары п-пропала, – пояснил Виталий.

Девушка посмотрела на брюнетку. Напряженная прямая спина, сжатые в прямую линию губы.

– Как это пропала? – не поняла она, вспомнив женщину в платке под балконом дворца. – Заблудилась?

– Можно и так сказать.

– Так надо найти ее, – высказала очевидное Войнова.

– Вот за этим мы и п-приехали, – усмехнулся Строчка и тут же кашлянул под взглядом Клары.

– Погодите, – со сна туго соображалось, – а разве вы сами не можете это сделать? – обратилась она к учителю.

– Я же сказала, это пустая затея, – подала голос Образцова. – Поехали лучше в благочинную управу. Только время тратим.

– Погоди, – оборвал ее речь Климентий. – Я не могу ее найти, – продолжил он, глядя в упор на ученицу. – Уже не могу.

В глазах Тисы отразился вопрос. Блондин на пару секунд поднес к своему лбу кулак, затем отмахнулся им.

– Я не могу найти ее, Тиса Лазаровна, потому что мой охват составляет всего четыре версты, – сказал он сухо. – Увы и к сожалению, ваш учитель не настоящий видящий. Он – недоразвитый искун.

– Клим, не говори так! – запротестовала брюнетка, коснувшись его локтя.

– Я ее не вижу, из этого следует, что она находится за городом, – добавил Ложкин. – Вам придется искать по именной. Вы готовы попытаться?

Видящая кивнула, осмысливая откровение учителя.

Клим велел Кларе отдать гребень своей матери, но Тиса отказалась:

– Не надо именную. Я видела эту женщину. – И, взглянув на ее дочь, добавила: – Во дворе дворца, во время бала.

У той при этих словах глаза вспыхнули то ли злостью, то ли стыдом. А возможно, и тем и другим.

– Но мне надо освежить образ. – Видящая коснулась часиков на запястье, прошептала древние слова и постаралась вспомнить женское лицо. Она знала, что в этот миг ажурные серебряные стрелки выстраивались в новое положение. Памятованы заработали, поскольку смазанный образ вдруг приобрел краски, и память послушно и в подробностях прокрутила сцену у балкона.

– Мама, уходи! Я приду, но позже. Побудь пока с Февой, – недовольный голос Клары.

Сквозь стекло Тиса увидела ее, женщину, нелепо закутанную в шерстяной платок поверх пальто. Седыми прядями волос играл студеный ветер. Памятованы позволили замедлить время и рассмотреть черты лица. Высокий лоб, выдающаяся линия скул, подбородок с ямкой, как у ее дочери. Только глаза иной формы. Во взгляде – растерянность, словно у потерявшегося пса.

Сбросив воспоминания, Тиса снова глянула на Клару, на сей раз смотревшую в сторону, закусив губу.

– Идемте в сани, – кивнула Войнова и первой направилась к повозке. – Мне нужно присесть. Вы знаете, Климентий Петрониевич, я не умею видеть стоя и в сознании.

Сонное состояние окончательно исчезло. Видящая расположилась на санной скамье. Дар откликнулся мгновенно. Иного и быть не могло. Она знала, что у нее получится. Она найдет мать Клары.

Туман растаял, снова возвращая ее в сумрак ночи. Она брела по заснеженной дороге, ведущей на вершину невысокого пригорка. Ноги почти закоченели, ныли от тяжести и переступали с трудом, однако продолжали нести свою хозяйку вперед. Блуждающий взгляд не фокусировался ни на одном предмете. Даже утыкаясь глазами в снег перед ногами, женщина смотрела будто сквозь него. Что же это такое? Какое-то время Тиса пыталась выловить примету в окружающем пейзаже, чтобы потом описать ее клубовцам. Однако получалось это с трудом. Тогда она рванула в сторону. Отстранение далось с третьей попытки, но далось, позволив увидеть мать Клары со стороны. В книгах писали, что сильные видящие имеют чутье, благодаря которому они способны указать на карте место нахождения пропавшего объекта с точностью до полуверсты. Интересно, а смогла бы и она так же? На размышления не было времени. Дорога вывела на вершину пригорка, и Тиса узнала место, куда ноги несли заблудшую. Черный абрис кручи на фоне звездного неба, она такие очертания уже видела. И даже недавно забиралась на этот крутой холм. Теперь можно возвращаться.

Раскрыла глаза и выдохнула:

– Каток у села Доброкурово на разлившейся Патве. Она направляется туда.

– Ну, слава Единому! – воскликнул Строчка громко, разбудив пса Голиковых. «Уф-уф», – загавкал пес, как старый сыч.

– Она сильно продрогла.

– Едем, – сказал Клим. – По дороге будете отслеживать ее передвижения. Вы же не против отправиться с нами, Тиса Лазаровна?

Конечно, она была не против. Ложкин забрался на козлы и подхватил вожжи.

Клара, которая, похоже, до сего момента изображала недвижимую статую, воскликнула:

– Постойте! Ей же надо одеться! – Она смотрела на Тису так, словно впервые видела.

– Мне только бы шапку, – призналась видящая. – Еще я возьму шерстяное одеяло для твоей мамы и согревающую настойку.

Не дожидаясь, что скажут клубовцы, побежала к дому. Что-то подсказывало, что нужно торопиться.

Сани мчались в ночи. Прошло около двадцати минут, как они выехали из города, миновав заставу. Вокруг не было ни единой живой души, лишь подточенная с одного края луна пристально следила за путниками. В последнем минутном видении Тиса наблюдала, как женщина ступила на припорошенный снегом лед катка и не разбирая пути направилась по нему дальше.