Анна Неделина – Украденная судьба (страница 54)

— Вам всем очень повезло, — мрачно заметил Ривен.

Альвет не приходил в себя.

Нас, конечно, не пустили в королевские целительские покои. Но целители осмотрели принца и признали, что с ним все в порядке. Тиль старался сделать вид, что даже не напуган. У него получалось, сдается, лучше, чем у меня.

Я думала о том, что произошло. Не могла не думать.

О том, что Альвет вряд ли устроил бы покушение на Тиля и попался бы в собственную ловушку. Он, конечно, мог знать, что магия не пробьется сквозь защиту короля Сельвана. Но зачем такой риск? Мы бы все равно пошли гулять в парк. Держался поблизости, чтобы обелить себя?

Не верю, что он настолько коварен.

Я пыталась убедить себя в том, что дворец — это змеиная нора и здесь все что-то скрывают. Все стремятся к власти. Хоть к маленькой, над другим человеком — но стремятся.

Но все равно — не получалось.

И я все возвращалась мыслями к тому, что Верс уничтожил амулет мастера Зарена. К его угрозе не говорить никому… Зачем ему забирать целительский амулет? Хотя знакомой магии я в камне не чувствовала, но амулет явно «спал».

А если Верс выполнял приказ королевы избавиться от Тиля, и помог лишь потому, что Альвет оказался под угрозой?

Нужно предупредить мастера Зарена, что его амулет оказался у Плантаго. Хоть бывший шпион и требовал молчать, королевский целитель должен знать. Стоило подумать об этом, как я почувствовала на себе тяжелый взгляд. От него плавилась и словно обугливалась кожа. Верс запугивал без слов. Одним намеком на то, что прекрасно знает мои мысли.

Из целительских покоев вышел советник Ривен — единственный, кого допустили к Альвету. С ним были Зарен и еще двое целителей.

— Если с ним все в порядке, почему он в беспамятстве?! — в бешенстве требовал маркиз.

— У его величества магическое истощение, — терпеливо и, видимо, уже не впервые, произнес Зарен. Ривен досадливо нахмурился.

В этот момент двери распахнулись.

— Ее величество вдовствующая королева, — донеслось из коридора.

Кажется, замерли мы все. Только Тиль с интересом повернул голову, чтобы посмотреть на происходящее.

В звенящей тишине послышался шелест тяжелых юбок, тянущегося по полу шлейфа…

— Ваше величество, — люди склоняли головы. Я обернулась. Почему-то я ожидала увидеть королеву в сопровождении Лисаны. Раз уж она вышли из башни… что само по себе казалось невероятным. Почему-то я начала думать, что она просто не может этого сделать.

За королевой тянулись фрейлины во главе с маркизой Эвлин. Девушки-призрака среди них не было.

Королева ни на кого не смотрела. Она была бледна и словно постарела, под глазами пролегли тени. От нее словно веяло холодом и немым обвинением. По крайней мере, присутствующие выглядели виноватыми.

Не уберегли повелителя.

Клялись в верности — и не уберегли.

В очередной раз.

У дверей в королевские покои ее величество остановилась ненадолго. Мне показалось, она поколебалась — и кто-то из целителей подскочил, чтобы открыть перед ней дверь.

— Останьтесь здесь, — уронила королева, чуть повернув голову к фрейлинам.

— Но… — попыталась было возразить Эвлин. Я заметила, что хоть маркиза и красиво одета, а прическа ее уложена, лицо ее невероятно бледное и глаза красны от слез.

— Я сказала — останьтесь!

Королева повысила голос лишь чуть-чуть, наверное, даже не все бы заметили, если бы не ловили каждое ее слово. И маркиза, не посмев больше возражать, отступила с легким поклоном. Пальцы ее сжимали кружевной платочек.

— Ваше величество, — Зарен шагнул следом за королевой, но даже он был остановлен взмахом руки. На тонких пальцах сверкали золотые перстни с драгоценными камнями.

— Я сама позабочусь о своем сыне, — ледяным тоном сообщила королева. — А потом мы разберемся, почему вообще подобное могло случиться.

Сама не знаю, почему в этот момент я посмотрела на Кайлена Брана. Такой смены чувств — от отчаяния до ярости — я никогда у него не наблюдала.

И только теперь осознала, что до сих пор не видела Лаверна.

— Ваш брат в порядке, граф? — спросила я, подходя ближе. Он вздрогнул, словно только сейчас заметил меня. Бледно улыбнулся.

— К сожалению, нет. Он в гостевых покоях… я не могу оставить короля, Регина. Но буду благодарен, если ты его навестишь.

Возле двери в покои, где разместили Лаверна, обнаружился один из стражников, что был с нами на прогулке. Тот самый, что одобрил фишку кота, когда я принесла ее для Тиля. Я рада была увидеть его живым. Насколько мне было известно, никто не погиб в саду, хотя почти все маги выложились… и только король был без сознания.

Да еще, как выяснилось, Лаверн Бран. Когда произошло нападение, он отослал того, кого я считала Кайленом, вместе с нами. Лаверн знал, что просит бежать короля. И наверняка догадывался, что Альвет направит нас к игровой аллее, где установлена магическая защита.

— Рад видеть вас в добром здравии, госпожа нянька, — сказал стражник без улыбки. Я кивнула.

— Я тоже рада видеть, что вы живы. А Лаверн…

— Без сознания. Не думаю, что вам стоит туда… королевский целитель уже был и сделал, что мог.

Я кивнула, не мне тягаться с королевским целителем.

— Но королевские целители и прежде не могли ему помочь, — заметил вдруг стражник и открыл передо мной дверь.

Мы вошли в небольшую комнату. Лаверн лежал на кровати в углу, за раздвижной ширмой. И я еще не успела за нее заглянуть, как услышала кашель и натужное хриплое дыхание. Точно так же, с трудом, дышал Терин, сын Мартины, которого мучило неизвестное проклятье.

Я решительно подошла.

У кровати стояла изящная тумба, на ней обнаружился кувшин с водой и кружка. Я налила в нее воду. Если Лаверн не приходит в себя, бесполезно пытаться его кормить. А магии нужно будет попасть в организм…

— Я заговорю воду, — объяснила я наблюдавшему за мной стражнику. Он не стал возражать. Зато помог, когда понадобилось влить воду старшему Брану в рот.

— Боюсь, это поможет ненадолго, — заметила я, когда дыхание Лаверна улучшилось. Это ненадолго. Терину помогало на день-два. А сколько времени у Брана? По крайней мере, Лаверн не был ранен. Видимо, его свалило магическое истощение вкупе с проклятьем.

Я подумала, что обязательно поговорю с Лаверном, когда он придет в себя.

Задам ему вопрос.

В целительских покоях Верса уже не было. Зато я застала в коридоре мрачного Кайлена Брана. Он ждал новостей о короле и охранял вход в покои наравне со стражей. Внутрь никого не пускали по приказу королевы. Ее величество даже не пожелала видеть целителей. После того как в ее присутствии было признано, что жизни Альвета ничто не угрожает и королю просто нужен отдых, она заставила всех покинуть целительские покои и осталась рядом с сыном одна.

— Я не могу уйти, — сказал мне Кайлен, хотя я не требовала ответа, почему он до сих пор не навестил Лаверна.

— Ваш брат еще не пришел в себя. К нему приходил целитель, но, похоже, ничего не смог сделать.

Граф кивнул, губы его чуть дернулись в грустной улыбке.

— Он истощился магически, а судя по всему, именно магия поддерживала в нем жизнь. И еще пыльца, но вы должны понимать, что сейчас подобные средства ему противопоказаны, — заметила я осторожно. Мало ли что, вдруг придя в себя, Лаверн начнет уговаривать брата предоставить ему привычное средство…

— Скажите, граф, — добавила я. — Лаверн когда-нибудь бывал на юге Рольвена? В городе Тальмер или его окрестностях?

— Хм… возможно, он много путешествовал, — ответил Кайлен. — К тому же, я мало знаю о его поисках… после исчезновения короля Сельвана. Почему ты спрашиваешь?

— Провела в Тальмере какое-то время, сталкивалась с подобными симптомами, — пояснила я. Во взгляде Кайлена вспыхнула надежда.

— И что, там есть целители, которые справлялись с недугом?

— К сожалению, нет.

Сама не знаю, почему не сказала графу Брану о Версе. Быть может, потому что только теперь начала осознавать: ведь Верс провел рядом с Лаверном много времени и знал о проклятии. Состояние Терина он оценил с первого взгляда… так почему он не помог старшему Брану? Не хватило сил из-за того, что его магические способности ограничены Альветом? Я видела, на что способен Верс в бою. Быть может, он скрывает истинный предел своих возможностей, как скрывает боль, которую причиняет ему королевская печать?

Не знаю… после Академии мне казалось, я начала хоть немного понимать этого человека. Но теперь мне казалось, что я ошиблась.

Кайлен, должно быть, решил, что я замолчала потому, что раскаялась в неосторожно заданном вопросе. Потому что дала ему надежду, которая оказалась необоснованной.

— Спасибо, Регина, — произнес он. — Тебе сегодня много пришлось пережить. И все равно ты не отказала мне в услуге…

— Это не услуга, — возразила я. — Я беспокоюсь за Лаверна… Что же до пережитого… мне не по себе от воспоминаний. Как такое могло случиться в королевском саду?

Кайлен слабо улыбнулся.