Анна Найденко – Что скрывает Аноним (страница 5)

Мальчик ткнул пальцем в предмет, обернутый в ткань и перевязанный бечевкой, дождался, когда Эмма развернет его, и растворился в воздухе.

По необъяснимой причине тело Эммы охватила легкая дрожь. Молоток она спрятала обратно под ванну.

Развязав бечевку и развернув пыльную ткань, она обнаружила старый фотоальбом. Фотографий оказалось очень много. Тот самый мальчик, который не давал ей покоя с того самого момента, как она нашла его детскую комнату, смотрел с фотоснимков живыми глазами и искренне улыбался. Рядом с ним стоял кто-то из его близких: мама и папа, бабушки и дедушки. А на последнем снимке он держал за руку девочку с большим бантом на голове. Выглядела она, как куколка. И Эмма решила, что это либо его сестра, либо подруга.

Просмотрев снимки, девушка отбросила в сторону фотоальбом, разозлившись, что зря тратит время. Глаза уже слипались от усталости. Зачем призрак показал ей эти снимки? С какой целью?

Глава 4 – Первая жертва

Эмма проснулась от резкого толчка, будто ее кто-то разбудил, но мальчика рядом не оказалось. Ей снился лес и как она от кого-то убегает. Но что удивительно – страха в теле совершенно не ощущалось. Она чувствовала себя невообразимо смелой, уверенной и сильной, будто кто-то вливал в нее силу.

Остатки сна улетучились, и Эмма осознала свое физическое состояние: руки и ноги затекли, спина одеревенела от сидячей позы, изо рта вырвался кашель, из носа текло в три ручья, и только спустя минуту она догадалась, что уснула прямо на полу ванной комнаты.

Резкий женский крик, от которого в жилах Эммы застыла кровь, разбудил весь дом. Девушка кое-как поднялась на ноги и доплелась до выхода из гостевой комнаты. Остальные гости собрались возле помещения, где спала Софи. Никто не нацепил на лицо маску, хотя Аноним просил носить ее ради какой-то игры. Собственно, именно для этого они все здесь собрались, что бы это ни значило. По крайней мере, Эмма понятия не имела, во что ввязалась и каким образом проходили остальные закрытые мероприятия, в которых она якобы участвовала раньше. Впрочем, от этого крика Эмма и вовсе забыла о маске.

Картина, развернувшаяся у нее перед глазами, ошарашила похлеще осознания, что она каким-то образом видит призрака. Молчун в серой в коричневую клетку пижаме выталкивал из комнаты двух оцепеневших от ужаса молодых женщин. По их красивым блестящим волосам Эмма распознала в них Белую Сову и Колибри. Они оказались близняшками, с карими глазами, длинными ресницами и родинками на правых щеках. Высокий рост, стройность и то, с какой уверенностью они держались, выдавали в них профессиональных моделей.

Остальные гости что-то выкрикивали, и выглядели взвинченными и встревоженными. В этой какофонии звуков Эмма не смогла уловить ни слова, только считала с сонных лиц панический ужас, тревогу и панику.

Наконец к ним присоединился Аноним. Он пришел в маске, будто ни на секунду не расставался с ней и ни при каких обстоятельствах не желал светить своим лицом.

Молчун пропустил его в комнату, будто только он имел на это право, и Эмма случайно увидела неподвижное тело в луже темно-красной крови. Не сдержав крик, она отошла назад на несколько шагов, пока не врезалась в кого-то. Пульс звенел в ушах, шок парализовал тело. Увиденное никак не укладывалось в голове. Светлые волосы, черное вязаное платье, стройное тело. Эмма отказывалась верить в то, что это тело Софи.

Когда Аноним выходил из помещения, Эмма увидела возле Софи длинный кухонный нож с кровью на остром лезвии. А это означало, что подругу кто-то убил. Версию с самоубийством Эмма отмела сразу же. Софи никогда бы не наложила на себя руки!

Как раз кстати в памяти Эммы всплыло то, что еще недавно показал ей призрак. «Убийца», – гласила надпись на стене. Что, если ребенок не обвинял ее в чем-то, а предупреждал об опасности? Ядовитое чувство вины резко вытащило свои острые когти из кровоточащей душевной раны. Все ее мысли вращались вокруг ее потерянной памяти, и она все принимала на свой счет, а на деле стоило посмотреть на все под другим углом. Что, если дело не крутится только вокруг ее? Что, если людям, собравшимся в этом доме, грозит опасность?

Эмме захотелось увидеть призрака, расспросить его обо всем, пусть до сих пор он не произнес ни слова, а лишь указывал на какие-то «улики», если так можно сказать. Стоило разобраться во всем, как можно скорее. По крайней мере, она уже оказалась в этой ситуации и убегать нет смысла.

Решительность отступила, как только все разошлись, а тело Софи унесли работники скорой помощи. Ехать вместе с ними не было никакой надобности, так сказал медбрат, чем удивил ее. Так что Эмме всего-то и оставалось, что достать из рюкзака подруги документы, отдать работнику скорой помощи и продиктовать свой номер телефона на случай, если медперсоналу понадобится какая-либо информация об умершей.

На месте преступления еще не убрали. При виде крови голова Эммы пошла кругом, желчь подступила к горлу, и ее вырвало прямо у порога комнаты. От шока она до сих пор не оправилась, все казалось, как в тумане.

На завтрак, который перенесли на пару часов вперед из-за произошедшего, Эмма не явилась. Теперь она осталась одна среди незнакомцев, среди которых бесчинствует убийца. Нужно быть начеку и все просчитать наперед, чтобы спастись, и если повезет, то предупредить остальных. Но для начала стоило найти среди всех присутствующих убийцу.

Больше всего ее повергло в шок осознание, что на месте Софи должна была оказаться именно она! Поздней ночью они поменялись комнатами, и внешне очень похожи. Так что тут даже гадать не нужно, кто по плану убийцы должен был стать первой жертвой.

От этого осознания по телу Эммы пробежал липкий, неприятный страх, который тут же хотелось смыть с себя, содрать жесткой массажной щеткой, отскрести. Она заперлась в гостевой комнате на ключ и вышла из своего временного укрытия только тогда, когда в дом приехали сотрудники полиции.

Мужчина перед ней напоминал неотесанного, высокого, широкоплечего и небритого викинга. Отросшие до подбородка с проседью волосы спутались. Его неопрятность отталкивала, и сам мужчина будто не испытывал удовольствия от общения с людьми. Имя полицейского Эмма не запомнила.

Она отвечала ему на автомате, все время пребывая в своих туманных мыслях, а когда он ее отпустил, вернулась в свою комнату, стараясь не пересекаться с остальными гостями.

После аварии она долго пыталась собрать себя по кусочкам и горела желанием узнать все о своем прошлом. Но смерть Софи все перечеркнула и изменила изначальный план. Разговор с Анонимом может подождать. Для начала нужно выяснить, что он не имеет ничего общего с убийством подруги.

На удивление, больше ее никто не беспокоил, не стучался в гостевую комнату, не звал ни на обед, ни на ужин. Ближе к четырем часам вечера Молчун крикнул за дверью, что собрал для нее кое-что из еды, чтобы она не голодала.

Выждав несколько минут, Эмма все-таки открыла дверь и забрала поднос с едой. В коридоре ее никто не поджидал и не покушался на ее жизнь, что уже нарисовало воображение.

С одной стороны, есть хотелось так, что живот сводило от голода, желчь подступала к горлу, а перед глазами темнело. Весомые причины, чтобы наброситься на еду при первой же возможности. С другой, казалось, что еда отравлена, и это отрезвляло и вызывало отвращение, несмотря на головокружительный запах овощного рагу и запеченного под сливочным соусом кролика.

Если убийца уже покушался на нее однажды, то что может остановить его от повторной попытки расправиться с ней? Интересно, он понял, что ошибся и убил не ту, которую планировал изначально? И если да, то сколько у нее времени в запасе, чтобы придумать план и защититься от него? Эмма решительно настроилась выжить и не дать себя в обиду! Правда, пока совершенно не знала, каким образом.

Наконец она отнесла еду в ванную, чтобы ни рагу, ни кролик не мозолили глаза, а вернувшись в комнату, отчетливо услышала крики. Эмма напряглась и даже решила, что стоит проверить, точно ли заперла дверь на ключ, но не сдвинулась с места, вслушиваясь в каждое слово.

Оказалось, что кто-то из гостей пытался сбежать из дома, но Аноним не позволил. По голосам Эмма определила, что ругались близняшки. Высокомерный хам орал на гостий так, что, вероятно, их слышал весь дом!

«Даже не думайте об этом! Исключено! У нас был уговор, что вы пройдете все от начала до конца! Не дай бог из-за вас все сорвется. Я вас по всем судам мира затащу, и процесс выиграю, даже не сомневайтесь! Это самоубийство, сколько вам повторять? Вам ничто не угрожает! Девчонка не совладала с собой, выпила лишнего! После аварии у нее не все дома! Она ненормальная!»

От услышанного у Эммы земля ушла из-под ног. Аноним до сих пор считает, что умерла она, а не Софи. Его слова больно задели ее за живое: «Не совладала с собой», «После аварии у нее не все дома!», «Она ненормальная!»

Откуда он вообще знает про аварию? Кроме родителей, Софи, врача и медсестры, никто об этом не знал. Вряд ли за ее спиной он общался с ними. Тогда откуда он узнал про этот факт? Неужели Софи незадолго до ее убийства проболталась? Эмма ведь не была с ней постоянно.

Она не сомневалась, что угроза подействовала на молодых женщин, и они остались в доме. После таких слов вряд ли кто-то нарушит планы Анонима. Ей тоже хотелось уехать, и как можно скорее, но, во-первых, пока расследование не закрылось, все гости не могли выехать из Румынии, а во-вторых, она приняла решение узнать, кто убил Софи и наказать виновного.