Анна Морозова – Когда друг оказался вдруг...! (страница 16)

—Жизнь иногда обязывает—хмыкнул друг и я поморщилась. Такие перемены пугают...

—Мне не нравится! Ты вообще понимаешь, что сейчас обидел меня? Назвал дешёвкой, когда твоя подружка не вылезает из подобных нарядов. Её ты тоже так называешь, или быть может у вас фетишь, игры брачные, кто кого побольней затравит?

Меня уже несёт, причём не в том направлении, но остановится не получается. Я хочу высказать всё, что за эти дни скопилось во мне с лихвой. Пусть мы ещё больше поссоримся, хотя бы чувство достоинства сохраню или наоборот опущусь на дно. Да и плевать. Пусть считает меня хоть дурой, хоть дешёвкой. Идиот!

—Ты перестал быть собой, Марк. Превращаешься в мужскую копию Андреевой. Ядом плещешь и даже вины за собой не чувствуешь. Я для тебя что, совсем перестала быть важной и нужной? Одна Кариночка только волнует, да?

Марк молчит. Губы поджаты, на щеках желваки ходят, дыхание сбито. Нервничает. Злится.

И пусть!

Может хоть мои слова повернут нужный механизм в его фенольной башке, а то задолбал!

Я не хочу больше ничего выяснить. И находится с ним на одной территории выше моих сил. Напоследок всматриваюсь в такое родное, но в тоже время отчуждённое лицо и с выдохом изрекаю, перед тем как развернуться.

—Ты лучшее, что случалось в моей жизни, Кузнецов, и ты же, самое огромное разочарование.

Глава 18.1

—Стой, Рин—слышу за спиной басистый голос, а затем мою ладонь перехватывает тёплая мужская и разворачивает на сто восемьдесят. Я едва не теряю равновесие, пальцами впиваюсь в широкие плечи и тяжелым взглядом смотрю в голубые глаза. В них отражается смятение и кажется раскаяние, но это не точно.

—Что надо?—Холодно отзываюсь продолжая стоять, не двигаясь. Меня ломает от этой близости, а родной запах сбивает с толку. Я хочу бежать. Бежать без оглядки, подальше от него, но мои ноги словно свинцом налили. В горле сухо, дышать нечем, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Я потеряна, растеряна и уязвима.

—Давай поговорим.

—И о чем же нам разговаривать? —хмурюсь, а в голосе сквозит усмешка. Марк вздыхает, прикрывает на несколько секунд веки и только потом отвечает.

—О нас.

«О нас» эхом барабанит в голове и я чувствую, как колючий ком подкрадывается к горлу.

О нас...

Ох, Маркуша да нет никаких нас. По крайней мере я перестала ощущать это с того момента, как на пути появилась дура Андреева. Она отобрала у меня самое дорогое—дружбу. Пригребла к своим цепких ручонкам, а Кузя и рад прыгать перед ней на задних лапках, наплевав на всё. Предатель!

—Ну и , говори, раз начал. —Сделав шаг назад упираясь в холодную стену, сцепляю руки под грудью и замираю в ожидании. Друг колеблется, взъерошивает густые волосы, руками перебирает края белой футболки фирмы « Adidas” и вновь теребит свою шевелюру. Терпение уже горит отметкой красно, и я не выдерживаю громко фыркнув.

—Я жду, Марк—поторапливаю, демонстрируя невидимые часы, указав пальцем на запястье левой руки.

—В последние дни...кхм... в последние дни мы с тобой немного не в ладах.

—Допустим. Дальше что?

—И я бы очень хотел зарыть топор нашего недопонимания друг к другу.

Оттолкнувшись от стены, веду взглядом снизу вверх. Добравшись до кромки заострённого подбородка, чувствую, как начинаю таять, словно ледышка под палящим солнцем стоит только увидеть широкую улыбку с ямочками на щеках обращённую ко мне. Марк знает, что перед этим его приёмчиком я настоящая тряпка. Знает и умело этим пользуется. С минуту на моём лице окаменевшая мина , но когда в ход идут волны из густых бровей, вся выдержка разбивается на мелкие кусочки. А на сухих губах появляется

лукавая улыбка.

—Вот же ты засранец, Кузнецов. —Хохочу ударяя кулачком по мужской груди.

—Простишь своего засранца?—Распахивает передо мной руки для объятий, а я не раздумывая шагаю вперёд зарываясь носом в ворот футболки и дышу, дышу, дышу. Как ненормальная токсикоманка. Как обдолбанная и влюбленная.

Так стоп! Я сказала влюбленная? Ничего подобного. Забудьте! Это просто эмоции через край хлещут, вот и путаются мысли.

—Я дебил, Рин—шепчет Марк—Придурок, идиот. Я не хотел тебя обидеть, просто...

—Просто что? Я не настолько хороша, как твоя намалёванная барби? —Обида ещё гложет, выпуская наружу маленькие колючки.

—Нет, просто ты, не она. Ты другая, понимаешь?

Если честно нет, но устраивать допрос не решаюсь. В груди итак настоящий бунт после его слов.

«Ты другая...»

Пффф, я не знаю как реагировать, потому что звучит это настолько двусмысленно , что даже страшно. Я другая, потому что не настолько красивая? Или же наоборот слишком хорошая для всего этого гламура?

Словно почувствовав мои мысленные терзания, друг продолжает.

—В этом наряде, с этой причёской, ты не ты. Не та Рина, которую я знаю. Расфуфыренная и чужая. Я просто не могу смотреть на твои перемены. Мне не по себе от того, что моей Мишель больше нет. —Кузя вздыхает, сильнее стискивая в своих медвежьих лапах до хруста в позвонках.—За эти дни я с ума сошёл. Просто как дурак дёргался из-за каждой мелочи. Мне так тебя не хватало, что впору было от тоски на стену лезть. Когда увидел в компании Максима, думал сдохну от ревности. Представляешь, оказывается наблюдать тебя в компании другого парня довольно неприятно. Наверное привычка, что ты всегда рядом и всегда со мной сыграла злую шутку.

Каждое сказанное слово, каждая оголенная кромка правды из его уст заставила разливаться по телу дрожь. Ощущать нежность и учащаться пульс. Всего лишь каких-то несколько предложений и я разом забыла все обиды. Стёрла ластиком, перевернув на чистый лист. Счастье заполонило пустоту, оставив позади всё плохое.

—Кузь.—шёпотом.

—Ммм?

—А давай не поедем никуда? Я что-то соскучилась по нашим посиделкам и от прогулки бы не отказалась.

Закусив до боли губу едва дышу, а сердце в груди сжимается до размера молекулы. Марк никогда не отказывался от поездок к Барханову и впринципе никогда не отказывался от подобных вечеринок. И я боюсь услышать отрицательный ответ. До дрожи и скрипа на зубах. Мне пипец как важен его ответ. Наверное потому, что от этого зависит всё. Почему я так думаю? Без понятия, но это именно так.

Марк молчит. Секунды длятся вечность, а от ожидания по телу струится пот. Он думает, взвешивает? Пытается сообразить как лучше отшить меня и моё предложение? Мозг кипит, а я уже успела поникнуть, прежде чем расслабленный голос щекочет макушку.

—Давай, я не против.

Глава 19

Первым делом я сменила гламурное платье на привычные мне шорты и майку с мультяшным принтом. Распущенный волосы прикрыла синей бейсболкой, а вместо розовых босоножек на ребристой подошве надела плетёные сланцы. Сейчас, смотря на себя в зеркало внутри было чёткое ощущение облегчения. Марк прав, в розовом платье А-ля девочка-припевочка—это не я. Какая-то кукла крашеная, но не привычная Рина Мишина, которую я всю жизнь знала.

—Ну что Барханов?—Обратилась к Марку выплывающему из своей комнаты с телефоном в руках.

—Ой, да что с ним станется—отмахнулся друг и засеменил в сторону обувной тумбы. Достал свои любимые белые кеды и принялся развязывать шнурки. —Поворчал немного, пару раз послал, но в целом—выпрямлявшись, Марк подмигнул—в целом, не особо расстроился. Ты же знаешь Мишель, Димулику некогда скучать. У него там тёлочки, музычка, алкоголь рекой. Двумя больше, двумя меньше. Пфф, через пару часов и не заметит кто , где и в каких количествах.

Усмехнувшись, разворачиваюсь к зеркалу. Поправляю волосы, козырёк кепки и покрутившись, стираю оседавшие пылинки на шортах.

—Да красивая-красивая—Улыбается друг снимая свою чёрную бейсболку с вешалки—Пошли уже, я жрать что-то захотел.

—Начинается—закатываю глаза выползая из квартиры вслед за Кузей.

На улице сильнейшее пекло, поэтому уже спустя минут пятнадцать нашей неспешной прогулки мы решаем завалится в торговый центр.

—Так, давай для начала пожрем, а там и определимся куда дальше—информирует Марк и взяв меня за руку тащит в сторону лифта. Мы доезжаем до пятого этажа и попадаем в царство смешанных запахов. Одним словом в фуд корт. Взяв по бургеру, коле и картошки фри заваливаемся на красный диванчик за столик в углу. Повсюду молодёжь, гул, ритмичная музыка из динамиков. Всё как и всегда, как и положено подобным местам.

—Может в кино потом сходим?—Парирует Кузя с остервенением вгрызаясь в бургер, отчего соус летит в разные стороны. В другой раз я бы обязательно согласилась не раздумаывая, а сейчас только губы скривила отрицательно покачав головой. Мне хватило последнего раза, о котором Марк не знает, а я никак из башки вытеснуть не могу эти дебильные воспоминания. Его поцелуи с Андреевой перед глазами до сих пор мелькают. Фу, мерзко. Не, лучше уж в жерло вулкана прыгну, чем в зал кинотеатра.

—Что-то не хочется—бормочу пытаясь откусить свой бургер, который никак не помещается в рот. Ломтик огурца шмякнулся на край стола, соус покапал следом. Это настоящая пытка съесть эту долбанную булку без возможности нафаршмачить. То одно упадёт, то другое. И как Марк так умело с ним управляется? За два укуса больше половины схомячил. То же мне, великий пожиратель.

—Тогда в автоматы?

—Может просто домой пойдём?—С невозмутимым видом вытираю со стола майонезные капли, чувствуя как Кузнецов жгет во мне дыру.

—Ты хочешь сказать, что через два квартала мы пёрлись, чтобы просто бургеров пожрать?