Анна Морион – Бескрылая птица (страница 13)

Вивиан. Именно она была виновницей его вчерашнего опьянения. Эта девушка нарушила покой не только своей тети, но и своего кузена.

Образ рыжеволосой кузины отказывался покидать разум Энтони и, что еще хуже, его воображение рисовало ему полные сладостной близости картины, которые заставляли его мучиться без сна каждую ночь с тех пор, как скромница мисс Коуэлл появилась в Гринхолле. Он считал, что после того, как он назвал кузину «бескрылой птицей», а та явно затаила на него обиду (ведь избегала его и не желала вести с ним беседы), ему станет легче, и он избавится от наваждения, но, увы! Холодность Вивиан лишь сильнее разжигала в нем костер страсти, и молодой Крэнфорд с ужасом начинал понимать, что кузина не только лишила его покоя и сна, но и похитила его сердце. А это было ему совершенно не нужно, так некстати, ведь вскоре он должен был связать себя узами брака с другой, богатой девушкой. Энтони искренне надеялся на то, что Вивиан выйдет замуж как можно скорее, желательно, прямо после своего дебюта, что, возможно, охладит его страсть к ней, ведь чужая жена – всего лишь домашняя кошка, а ему нравились дикие и свободные.

Молодой аристократ покинул постель еще утром, но, одетый в уютный халат, проводил время в тишине своих богато обставленных покоев: леди Крэнфорд дала ему разрешение обставить их по его собственному вкусу, и, благодаря этому обстоятельству, Энтони окружала довольно яркая, но элегантная мебель.

Он сидел на мягкой обтянутой синим бархатом софе, с книгой в руках, но строчки расплывались перед его глазами: Энтони размышлял о том, как бы ему не попасть под власть своих чувств к кузине. Стоит ли ему просто не замечать ее? Избегать? Делать вид, что ее не существует? Что ему делать с этими ненужными чувствами? И ведь ни одна душа не должна знать о его тайне, его падении! И, уж тем более, его матушка.

Раздался стук в дверь

– Войдите, – равнодушно сказал хозяин покоев.

Дверь открылась, и вошла Эмили: она была красива, эта темноволосая горничная.

– Ты? Что тебе понадобилось? – Энтони слегка нахмурился.

– Добрый день, мистер Крэнфорд, – с улыбкой ответила девушка и сделала шаг к софе, но Энтони остановил ее нетерпеливым жестом, отчего та слегка сконфузилась и прижалась спиной к двери. – Я пришла, чтобы узнать, как ваше самочувствие, и не принести ли в ваши покои хотя бы ланч? Вас сегодня не видели за завтраком.

– Я не нуждаюсь в пище. Можешь идти, – равнодушно бросил на это Энтони и вновь устремил взор в книгу.

– Но, позвольте… Вы приказали не приходить к вам прошлой ночью, и я хотела бы узнать, что стало причиной… – твердым, полным сладости тоном, каким она флиртовала с хозяйским сыном, начала было Эмили.

– Запомни на будущее: тот факт, что ты проводишь со мной ночи, не позволяет тебе возомнить себя той, перед кем я должен отчитываться! – Энтони был разозлен: его любовница вдруг решила, что может задавать ему такие вопросы?

Горничная лишь хитро улыбнулась.

– Вы правы, мистер Крэнфорд, кажется, я слегка зазналась. Но приходить ли мне в ваши покои этой ночью?

– Нет. Я буду занят, – отчеканил ее любовник. – Но послезавтра жду тебя в обычное время. А теперь иди и больше не смей беспокоить меня своими глупыми вопросами.

По холодному тону мистера Крэнфорда, девушка поняла, что момент был не самым подходящим для флирта, и она была права: Энтони был не в духе и злился на себя за то, что, вопреки доводам рассудка, влюбился в свою нищую кузину. Эмили покинула покои любовника и направилась гладить платья своей хозяйки. Горничная улыбалась: она была молода, красива, хитра и была любовницей настоящего аристократа, который был хорош в постели и дарил ей дорогие безделушки (которые Эмили тщательно прятала в своем матрасе. Чего еще могла желать простая горничная? Пытаясь не попасться никому на глаза, девушка приходила к любовнику в полночь и уходила в три утра, ведь в четыре ей уже нужно было подготавливаться к пробуждению леди Крэнфорд. Эмили почти не имела времени на стон, но была довольна своей судьбой и, не отличаясь скромностью, желала проводить время в постели с молодым и красивым мистером Крэнфордом. Но об этой тайной связи не было известно никому: любовники ревностно хранили свою тайну.

«Энтони только мой. Он еще не знает этого, но я никому не позволю отобрать его у меня. Даже когда он женится, я останусь его любовницей или содержанкой и рожу ему много детей» – думала эта хитрая девушка, почти бесшумно ступая по мраморному полу

Глава 10

– Все пропало.

Вивиан лежала на кровати и почти немигающим взглядом смотрела в высокий белый потолок. По ее щекам струились редкие, но крупные слезы. Слезы глубокого разочарования и горечи. Но с губ девушки не сорвался ни один стон, ни один крик и ни одно проклятье: к чему все это? Вряд ли стенания могут спасти этот вечер и доставить ее платья хотя бы за час до отъезда на бал. Да и если чудо все-таки случится, и платья будут в Гринхолле прямо в эту минуту, успеет ли Вивиан подготовиться к такому важному событию всего лишь за один час? Час! Шестьдесят минут! Именно через час леди Крэнфорд и Энтони сядут в свою карету и поедут на бал леди Мальборо, а она, безутешная племянница, останется в своей комнате, чтобы все так же безмолвно плакать и чувствовать себя самой несчастной особой в целом мире.

Все пропало. Платья так и не были доставлены. Лакей, посланный тетей Беатрис в ателье миссис Дэвидсон, все еще не вернулся. Вивиан не поедет на долгожданный прием. Ее дебют, конечно, не был отменен, но откладывался на неопределенный срок. Сколько ей теперь ждать нового шанса? Неделю? Две? В высшем свете, во время сезона, когда незамужние девушки ведут охоту на богатых женихов, две недели – это целая вечность. Вечность, за которую все богатые холостяки будут разобраны. И кто достанется ей? Чей-то младший сын, как ее кузен? Нет, этого не должно было случиться: красавице мисс Коуэлл необходимо было стать законной супругой богатого, а еще лучше – очень богатого мужчины, и как можно скорее. Время не терпит. Время убивает. Время всегда пытается отнять самое дорогое, самое ценное.

– О, мисс Вивиан… Прошу вас, не плачьте! Мне так больно смотреть на ваши страдания! – воскликнула верная Джейн.

Голова Вивиан покоилась на коленях подруги, а ее тело было неподвижно, словно все силы оставили его и превратили в одну из статуй, которые так любила ее тетя.

– Увы, Джейн, это выше моих сил. Но я не страдаю, нет. Я полна разочарования.

– Но чем вы так разочарованы?

– Знанием того, что все нужное мне зависит от красивого платья. Но это смешно. Ведь правда, Джейн? Только подумай: я не могу поехать на бал, на свой дебют, из-за какого-то куска ткани! – Вивиан раздраженно вздохнула.

– Да, мисс Вивиан, это очень печально, – отозвалась Джейн и нежно погладила ее волосы. – Но время еще есть! Я уверена: ваши платья будут с минуты на минуту!

– Мне бы твою уверенность! Боюсь, этот вечер я проведу в этих покоях. Дорогая Джейн, я так ценю твою поддержку! – мягко сказала рыжеволосая красавица и, слегка откинув голову, взглянула на подругу: – Ведь ты останешься ночевать со мной?

– Мисс, я бы с радостью, да мне нужно рано вставать, – тут же сконфузилась та. Но ее душу объяла радость: мисс просит ее переночевать в ее покоях! Она нуждается в ней! Как это приятно! И эти мысли заставили Джейн устыдиться своего отказа, поэтому она быстро добавила: – Но я останусь с вами, пусть у вас не будет никаких сомнений!

Вивиан тепло улыбнулась, поднялась с кровати и крепко обняла свою верную Джейн, а та с восторгом ответила ей тем же.

– Милая Джейн! Ну почему Крэнфорды не могут быть такими же хорошими и добрыми, как ты? – прошептала Вивиан. – Я клянусь тебе, что, как только выйду замуж, – ты уедешь со мной! И моя тетка больше не будет пугать тебя своим ледяным взглядом!

– Конечно, вы выйдете замуж, дорогая мисс Вивиан! За очень богатого и знатного мужчину, не меньше! – с искренней верой в свои слова сказала Джейн.

– Я думала, ты презираешь француженку за ее надежду заманить в свои сети знатного богача, а сама надеешься на то же самое, только для меня? – хохотнула Вивиан и отстранилась от нее. – Как же ты противоречива, моя милая подруга!

– Бросьте, мисс Вивиан, «французская крыса» по сравнению с вами – просто засохшая роза! А вы – красавица, каких свет не видел! Не только я так считаю, но и вся прислуга Гринхолла! – широко улыбнулась горничная. – У француженки нет никаких шансов на герцога Найтингейла, а у вас есть!

– Думаешь? – подмигнула ей Вивиан, но затем грустно добавила: – Увы, он недосягаем для меня: зачем ему я, красивая, но почти нищая, если он может жениться на дочери какого-нибудь графа или герцога и удвоить свое состояние?

– Но вы…

– Нет, нет, Джейн, я не могу тратить время в напрасной погоне за недосягаемым женихом. Но не думай, я не умаляю своего обаяния и прекрасно знаю, что порой красота покоряет даже сердца королей и императоров.

– Но кто же тогда у вас на уме? – поинтересовалась Джейн.

– Пока на роль моего будущего супруга у меня нет ни одной кандидатуры, ведь единственный мужчина – представитель высшего общества, которого я знаю, – это мой кузен. В моих планах было найти мою жертву на сегодняшнем балу… – Вивиан вздохнула, и на ее губах появилась болезненная улыбка: – Но, видимо, Бог имеет на меня другие планы… Думаю, таким способом он наказывает меня за то, что я едва не засыпаю в воскресные служения.