Анна Митро – Дракон, выйди вон! (страница 5)

– Что это очень тяжелый, ответственный и интересный труд, магистр.

– А хотели бы вы стать преподавателем? – конечно, хотела и стала, полвека им и являюсь.

– Да как можно? – сыграла я на нервах у мужчины, но ненадолго. – Я же специализации не имею, квалификации достаточной…

– Это не проблема, предмет несложный. Бытовая магия. Учились вы хорошо, не смотря на свой юный возраст. Потянете.

– И то правда, не сложный, – я сделала вид, что задумалась. Бытовая магия, всего-то, после географии, биологии, обж, химии и классного руководства это вообще пустяки. – Да и выхода у меня особо пока нет. Но согласится ли ректор?

– А вот мы пойдем сейчас к нему вместе и спросим, – приободрился магистр. – Согласны?

– А давайте, – согласилась я, – за спрос денег не берут.

– Какое замечательное выражение, – восхитился Аштау. – Обязательно его запомню! Сира Донелия, – официально обратился он к коменданту, – сира Моранди оставит пока свои вещи тут? Думаю, скоро она займет домик магистра Форриса.

– Конечно. Я теперь здесь до вечера, если не у стойки внизу, значит, где-то на этажах.

– Благодарю, – улыбнулась я. Кажется, у этого тела с моим подселением кончилась черная полоса.

Под ослепительным летнем солнцем территория академии выглядела еще невероятней, чем при свете звезд. Только сейчас я начала окончательно осознавать, что это точно не сон. Внутри бушевала буря эмоций, которые я старательно сдерживала, но, вероятно, смятение отразилось на лице, и магистр вспомнил про мои травмы.

– Что же вы не сказали мне, что вам больно? Сира Моранди, но так же нельзя! Да и подлечили бы себя немножечко сами… Хотя, там работа требующая тонкого воздействия. Вас нужно сначала отвести к лекарю, и тут же свернул с главной дороги на тропинку, ведущую на задний двор главного учебного здания.

Там, между главным корпусом и несколькими полигонами: одним большим с трибунами и двумя маленькими, стояло двухэтажное здание, соединенное с главным нешироким коридором. Я старательно запоминала, где что находится, ведь должна тут ориентироваться так, словно проучилась пять лет.

Первый этаж корпуса лекарей занимали маленькие лекционные залы, лабораторные и приемная. А на втором, как я поняла, проводилось стационарное лечение. В приемной нас встретила высокая худая брюнетка с заостренными чертами лица.

– Магистр Аштау, доброе утро! Адептка… Ах, сира Моранди, какими ветрами?

– Длинная история, мистрес Генезер, – ответил за меня мужчина. – Посмотрите, пожалуйста. Сира вчера попала в переделку, а сейчас мы собирались к ректору…

– Ох, я бы к нему не совалась, штатное расписание его раздосадовало донельзя, – покачала лекарь головой и махнула мне рукой. – Присаживайтесь, – а вас, магистр, я попрошу выйти.

– Конечно-конечно.

– Доброго утра, мистрес Генезер, – поздоровалась я, – простите, что доставила вам неудобства.

– Да что вы, сира, пустяки, – она смешно поморщила нос, подошла и снова как-то странно им повела.

Не сразу до меня дошло, что она принюхивается. Стало как-то неудобно, захотелось тоже понюхать себя. Ну мало ли, дезодоранта я в сумке не нашла, а в душе была вчера и без мыла. Мне-то ничем не пахнет, но есть люди, у которых нюх обостренный. Пока я переживала внутренние метания, она поводила вокруг меня руками, особенно сосредотачиваясь в районе затылка, колена и солнечного сплетения. После чего поврежденные части тела стали меньше болеть. А потом, поджав губы, налила настойку и, задумавшись, вручила мне стакан.

– А что это? – полюбопытствовала я.

– Успокоительное… Пейте, не бойтесь, только на пользу. Спать хотеть от него не будете, а волнение поуляжется, – я кивнула и влила в себя содержимое стакана, оказавшееся по вкусу, как то самое знаменитое мохито, без алкоголя. – Сира Моранди, могу я вам задать личный вопрос? Как лекарь, естественно.

– Конечно, если у меня будет на него ответ, – я пожала плечами, ответов у меня нет на большинство вопросов про жизнь Брианны.

– Вы же были младше всех одногруппников? Вам сейчас, насколько я помню, двадцать, – я осторожно кивнула. – Вы недавно имели связь с мужчиной? – ого, это тело умеет краснеть. Я умею краснеть! Казалось бы, в моем возрасте было бы странно это делать, но… Как есть.

– Да, – голова опустилась сама собой.

– Что вы, сира, я вас ни в коем случае не осуждаю, тем более я помню, что у вас был жених. Только дело в том, что иногда, в очень редких случаях… Не помню, чтобы мы проходили подобное на общих лекциях, но все же… Когда девушка становится женщиной при определенных условиях, то ее сила вырастает. Сейчас я именно это наблюдаю в ваших энергетических каналах. Для того и успокоительное.

– Я чувствую, что внутри словно что-то бурлит, – прошептала я.

– Да, это оно самое. Если вы будете в ближайшие три дня на территории академии, то заходите ко мне утром и вечером. Пропьете эту настойку, и настройка пройдет с большим комфортом.

– Спасибо большое! А можно я тоже задам вопрос? – лекарь улыбнулась.

– Хотите знать условия, при которых вырастает сила? Чтобы быть уверенной, что это точно оно? Надеюсь, вы помните, что при постоянной тренировке заклинаний вы разрабатываете каналы, и возможность пропускать стихию вырастает? Ведь наша сила зависит именно от их наличия, ширины и прочности. Так вот, чем старше маг, тем менее эластичные они становятся, поэтому обучение проходят все до двадцати пяти лет, потом научиться, конечно, можно, но оперировать придется тем, что далось при рождении. Хм… О чем я? А. Ваши каналы сейчас еще очень эластичные и эмоционально состояние и обмен энергией во время слияния с партнером заставило их максимально растянуться. А помнится, у вашего жениха уровень был неплохой, значит, он вам отдать мог достаточно много.

– С паршивой овцы хоть шерсти клок, – вырвалось у меня. – Данила – Гондурас.

– Что? – посмотрела на меня лекарь.

– Спасибо, говорю, бросившему меня гаду, за увеличение силы.

– Ах, вот оно что. Неожиданно. Хотя адепт Корниш был той еще занозой в ягодице. Часто от его проделок на полигоне у меня в крыле кто-нибудь оказывался. Так что, может, это и к лучшему? – пожала она плечами. – О, понятно. Сильное потрясение это тоже один из факторов, – да уж. Смерть – это просто сногсшибательное потрясение.

– А чем мне это грозит?

– Уровень может вырасти в несколько раз. Придется вспомнить первый курс и уроки по медитации, ну и пока не злоупотреблять с заклинаниями. Не выкладываться полностью, так как своего предела вы еще не знаете. Ну и заходите ко мне, если останетесь. Мне будет интересно наблюдать ваш случай, – о, вот тут понятно, а я-то думала дело только в доброте душевной, ан нет, все тут немного магистр Аштау.

– Спасибо большое, мистрес Генезер, – попрощавшись, я вышла из приемной и с удовольствием потянулась. У меня абсолютно ничего не болело. А я такого уже и не помню. Все-таки молодость это прекрасно.

– Так быстро? Замечательно! – тут же подхватил меня под руку магистр и повел по тому самому коридору, соединяющему лекарский и главный корпус. – Надо поспешить к ректору, пока его кто-нибудь не занял надолго.

Я перебирала ногами, тихо радуясь молодому телу. В своем старом у меня бы не получилось держаться с магистром наравне по скорости. При своих внушительных габаритах он был удивительно грациозен и быстр. Путь до нужного кабинета мы преодолели меньше, чем за десять минут. И что самое главное, магистр за это время успел сказать, как зовут ректора. Ведь, скорее всего, они с девушкой были знакомы лично, и было бы странно не знать его имени.

Добротная дверь из красного дерева отворилась, впуская нас в приемную, где сидела женщина средних лет. Она оторвала взгляд от изучаемых документов и уставилась на нас.

– Сира Бовил, несравненная Луиза, – залился соловьем мой спутник, а ведь он совсем не тянет на ловеласа. – Свободен ли ректор?

– Свободен, магистр, – неожиданно улыбнулась она. – Сира Моранди, хотите еще поучиться?

– Учиться значит расти, а расти значит жить, – выдала я фразу одного не сильно известного физика и добавила немного от древнегреческого философа, – а знание, это единственное богатство, которое увеличивается, когда его делят.

– Сейчас предупрежу о вашем приходе, – секретарь внимательно посмотрела на меня, встала и, легонько постучав, вошла за вторую дверь и прикрыла ее за собой. Вернулась она почти мгновенно. – Проходите.

Я думала, что ректор будет почтенным старцем или как минимум пожилым мужчиной, убеленный сединой. Но я ошибалась. На вид он казался не старше моего Витьки. С другой стороны, чтобы управлять такой громадиной, как эта академия, нужно много энергии, которой с возрастом становится все меньше. Как и энтузиазма.

– Приветствую, – кивнул он.

– Здравствуйте, магистр Аштау у вас какое-то дело ко мне? Сира Моранди, вы вроде к свадьбе должны готовиться, а не навещать бывших учителей?

– Здравствуйте, ректор Гроссет, – секунду я не могла ничего сказать, а потом собралась и поздоровалась. Все же, это нужно не только мне, но и ему. Не думаю, что у академии очередь на эту должность.

– Ректор, у сиры Моранди сейчас некоторые неприятности из-за некоего недоразумения.

– Предполагаю, это недоразумение зовут Дэниел Корниш? – ректору бывший женишок Брианны явно не нравился, и тут я была с ним солидарна.