Анна Митро – Дракон, выйди вон! (страница 22)

– Вы сумели меня удивить, мистрес Моранди, – в интонации пожилой женщины проскользнуло уважение. – Но это не значит, что можете задерживать детей и отнимать время от моей пары!

– Простите, пожалуйста. Если у вас в этот день перед ними никого нет, то в следующий раз я могу отпустить их пораньше, чтобы вы наверстали упущенное.

– Ушьете мне пальто и мы в расчете, – прошептала Старвела и гордо задрав подбородок вышла прочь. Уже за дверью я услышала ее довольный смех.

– Вот это да, вы укротили саму Стерву, – выдохнула рядом моя ученица, уже переодевшаяся в форму.

– А что, вы ее тоже так называете? – вырвалось у меня и мы испуганно переглянулись.

– Ой, – девица была готова провалиться сквозь землю.

– Ты этого не говорила, а я этого не слышала. И наоборот, – доверительно выдала я, а она кивнула и рванула вслед за Старвеллой, оставив меня в одиночестве. И только за ней закрылась дверь, как я расхохоталась во весь голос.

Что не говори, настроение было хорошее. И даже ожидание возможной неудачи с запланированным заклинанием не могло его испортить.

Я защелкнула замок и дернула пару раз ручку, удостоверяясь, что никто не потревожит меня в ближайшее время. Открыла книгу на нужной странице и положила перед собой чистый лист. На словах все казалось невероятно простым: нужно было представить того, кого хочешь запечатлеть, вспомнить его привычки, голос, запах – все, с чем он ассоциируется, а после мысленно перенести изображение на бумагу. После чего произнести заклинание и заполнить «изображение» силой. Тогда оно проявится и останется таким навсегда.

В голове возникли лица родных, но они пролетали каруселью, и сосредоточиться на одном никак не получалось. Тогда я вспомнила последний раз, когда нам удалось собраться всем вместе. Это был день рождения Сонечки, отмечали его в каком-то детском развлекательном центре, было много людей, но в какой-то момент Витя с Пашей с женами и детьми все же уселись за стол. Соня задувала свечи.

На секунду я точно снова оказалась там, вокруг стоял гул, будто мы попали в растревоженный пчелиный улей, нос раздражали запахи пиццы, сладостей и потухших фитильков. Сонька выпрашивала самую большую фигурку с торта, хотя никто даже не пытался оспаривать ее право на это мастичное великолепие. Близнецы завидовали, но делали это молча, остальные лишь радостно глядели на мою внучку. Какой счастливый момент… Я бы хотела любоваться на него…

– Ad missam memento nostril! – заклинание само сорвалось с губ, но бумага не выдержала появившегося огня. Зато забытая вчера Коргом деревянная доска – вполне. И сейчас с нее на меня смотрели мои дети, невестки и внуки. – Получилось! – я расплакалась так, словно увидела их вживую. Именно такую, с отекшим носом, опухшими красными веками и отчаянно хлюпающую, нашел меня брауни.

– Э, горемычная моя, ты что сырость развела? Неужто дети так обидели, – он осмотрел внимательно кабинет и развел руками. – Не понимаю.

– Да нет, Корг, все хорошо. Это я от счастья.

– Ничего себе счастья, коли от него так слезами обливаются. А чего это я… Тут доски одной не досчитался… О, – он принюхался. – А не ей родимой пахнет? Чуть горелой?

– Корг, а она тебе очень нужна? – с мольбой я посмотрела на него.

– Спалила? И как умудрилась? – тут он увидел доску и завис. – Ничего себе… Ничего себе… Дракон мне в нору! Вот это да!

– Я так хотела их увидеть… Я скучаю, Корг.

– Горемыка ты моя, – брауни покачал головой, подошел и погладил меня по голове. Я рассказывала ему о прошлой жизни, поэтому он все сразу понял. – Еще бы ты не скучала. Это же дети твои. Большая семья, хорошая, – он посмотрел на «фотографию». – Но ты пойми, тебе дан уникальный шанс. Не просто уйти на перерождение, забыв все что было. А начать длинную жизнь, минуя беспомощное младенчество и сохранив воспоминания. Такие дорогие твоему сердцу.

– Ты прав, – слезы высохли, и я взяла доску в руки.

– А еще, было бы неплохо, отнести ее в дом и никому не показывать, чтобы не возникло лишних вопросов. У нас, знаешь ли, такого вида изображения не пользуются популярностью. Да и на семью Брианны они не похожи.

– Да, конечно. А ты можешь мне еще такую дощечку дать? – мысль, что мужа на этой картине нет, немного расстраивала. – Я как в город поеду – куплю и возмещу тебе недостачу.

– Ой, брось. Спишу на загубленный адептами инвентарь в мученических потугах, – рассмеялся брауни. – Будет тебе еще дощечка. Ты куда сейчас?

– На обед. Потом у меня первый «а» и занятие с Этери.

– Значит вечером к тебе забегу. Давай, не падай духом.

Брауни исчез, а я решила выйти подышать прежде, чем пойти в столовую. Погода шептала и манила, мне не хватало «огородных работ» и по привычке тянуло к земле и лесу, но пока никак не удавалось вырваться хотя бы прогуляться под тенью исполинов, что я видела за полигоном. Только по аллее около преподавательских домиков да в сквере у общежитий, когда заходила к тетушке Донелии.

Оказавшись на улице и довольно зажмурившись, я подставила лицо солнцу.

– Принимаете солнечные ванны? – хриплый голос заставил меня подпрыгнуть. Да что ж у них тут за привычка у всех, пугать?

– Здравствуйте, магистр Вольдер, – историк вызывал у меня странные чувства. Вроде он оказался таким суровым, но справедливым дедушкой. Но от его взгляда в душе все леденело. – Да, есть немного. Вроде зелено вокруг, но природы не хватает, – неожиданно для себя я поделилась с ним переживаниями.

– Согласен, иногда очень хочется пробежаться по лесу, – он вдруг расплылся в улыбке, прикрыв глаза, точно подумав о чем-то очень приятном. А потом резко открыл их и с интересом уставился на меня. – Но я-то понятно, а отчего возникают подобные желания у девушки, выросшей в городе?

– Может, я не настолько городская, как могло бы показаться? – пожала я плечами.

А что я ему скажу? Что семьдесят лет прожила в своем доме с огородом и недалеко от леса, куда с малолетства бегала по грибы да ягоды? И в большом городе жила только когда училась? Только он видит не Софью, а Брианну, жившую в городском отчем доме. Домашнюю девочку, проявившую необычайное упорство в учебе, которая ей, к сожалению, ничем в ее короткой жизни не помогла.

– Скоро звонок, – сменил тему историк. – Вы пойдете в столовую? Лучше пообедать раньше вездесущих и вечно голодных студентов.

– Да, идемте, – я собираюсь тут работать, а значит, нужно попытаться наладить отношения со всеми преподавателями. Даже если от них хочется бежать в ужасе.

– Вы знаете, в этом году в академию поступил мой внук, – тихо произнес мужчина, а я ужаснулась, ведь отказать такому в протекции его потомка, наверное, чревато чем-нибудь неприятным. – Нед Киртен. Он очень хорошо о вас отзывался, к моему удивлению. А ведь идет только второй день учебы.

– Надеюсь, мои уроки будут полезны и интересны детям.

– Вы очень добры к ним. Будьте осторожнее. Они не все воспримут этот дар как положено. Кто-то захочет воспользоваться.

– Когда будет нужно, я сумею повести себя жестко. И жестоко, – я подняла на него глаза и перехватила взгляд, на некоторое время мы остановились, словно выясняя, кто сильнее.

– Я верю, – он сдался первым, и продолжил путь, а я ошеломленная поторопилась с ним поравняться.

Вскоре к нам присоединились и Этери, и Гаир, и даже Аштау. Магистр был уже в курсе, что второй «б» частично опоздал к Старвеле из-за меня. Пришлось объяснять, почему дети задержались. Стерва почему-то ничего ему не рассказала и вот теперь все сидящие смотрели на меня со странной смесью недоумения и уважения.

– Ну ты даешь, – первым рассмеялся Гаир. – Она же тебе не простит такого.

– Уже простила. Мы договорились, – хотелось по-детски показать другу язык, но я сдержалась.

Разговор перешел на обсуждение выпускников, какие квоты по практике выделят разные государственные организации в этом году и кого куда бы лучше порекомендовать, ко мне отношения это никакого не имело и я решила еще немного прогуляться.

Мимо сновали туда-сюда адепты, некоторые даже здоровались. Кто-то с искренней улыбкой, кто-то цедил приветствие сквозь зубы, но в общем и целом обстановка настраивала на позитивный лад. Пока на горизонте не возник дракон. И он с такой скоростью приближался ко мне, что я даже свернуть никуда не успела.

– Мистрес Моранди, – он подошел настолько близко, что я почувствовала аромат его туалетной воды, смесь дымно-травянистого ветивера, цитрусовой вербены и черной смородины, а еще чего-то такого, что напоминало нагревшийся на солнце луг. – Я бы хотел вас предупредить…

– Да? – странно, он был мне крайне неприятен, но этот запах буквально смирил меня с неизбежным соседством.

– Будьте осторожны с группой «а» первого курса.

– Вы имеете в виду – не придушите нашего княжонка? – глаза дракона опасно блеснули. – Извините, княжича.

– Я бы попросил вас не поддаваться на его провокации, хотя знаю, что это будет сложно.

– Зачем вам это, Дизраэли? – понять этого мужчину невозможно. – Вы пытались выгнать меня из академии, обвиняли в неуравновешенности… А теперь предупреждаете. Это выглядит, как минимум, странно.

– Просто я знаю больше вас.

– О да, вы же весь такой взрослый и умудренный опытом, – усмехнулась я, глядя в округлившиеся глаза, зрачок в них неумолимо сужался. – Спасибо, приму ваше предупреждение во внимание. И обещаю, если Дизраэлени перейдет черту, вы узнаете первым.