Анна Митро – Блондинки с Терры (страница 21)
Во время обеда на второй день пребывания в городе еще один «дятел» передал приглашение на бал, что давала супруга мэра. Послушать, о чем говорят в высших кругах. Этот человек мне не понравился. Уж очень смазливый и весь рафинированный: тщательно уложенные волосы, накрахмаленный воротничок, кипенно-белый платок с вензелями, ни пылинки на сюртуке и даже маникюр, а это в условиях практически средневековых не понимаю, как возможно. Начищенные мыски сапок блестели, а каблуки цокали, как у кокетки. Глазки бегали, с губ слетал комплимент за комплиментом, а у меня возникало назойливое желание помыться.
На следующий день с утра нам с Галой пришлось доставать и разглаживать платья, промывать волосы, как хорошо иметь под рукой «воздушника» ‒ это же фен, работающий без сети. Попросили трактирщика нанять нам карету и в назначенный час подъехали на ней к крыльцу особняка главы города. Парни помогли нам выйти, как галантные кавалеры, подав руки, после же взяв под локоток каждый свою партнершу, пошли к входу. Там передав дворецкому приглашение, оказались в водовороте гомона голосов, огней люстр, музыки и звона бокалов. Почему-то у орков я себя не чувствовала так необычно, как будто я агент ФСБ, прикидывающийся Наташей Ростовой. Ну, как говорил Шкипер из Мадагаскара: «Улыбаемся и машем». То есть улыбаемся, танцуем, флиртуем и прикидываемся пустоголовыми.
‒ Дорогая, ‒ прошептал на ухо Бен, ‒ Если ты будешь так усердно улыбаться, то у тебя сведет скулы. А еще при этом глаза у тебя такие, будто ты с улыбкой представляешь все варианты пыток человека, на которого смотришь, ‒ от улыбки не осталось и следа.
‒ Ну вот, а я только настроилась быть великой шпионкой, как ты открыл мне правду о моем покер-фейсе.
‒ О чем?
‒ Не важно. Что делать-то?
‒ Да ничего. Получай удовольствие и слушай. Не специально, а в принципе. Когда пытаешься сконцентрироваться на каждом, не услышишь ни одного.
‒ Да понятно. Есть у нас такая поговорка: «За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь». А ты обещаешь не ревновать к партнерам по танцам?
‒ Обещаю, ‒ улыбнулся Бенджи, ‒ Но и ты держи себя в руках, А через некоторое время встречаемся здесь же, договорились?
‒ Договорились, ‒ я легко коснулась губами его щеки и скрылась в толпе.
Света
Фигуры друзей скрылись за поворотом, их прощальные слова унес ветер. Мы плыли на юг. Корабли несло теплое течение подобное Гольфстриму в Атлантическом океане, сильные холодные ветра остались в бухте Паснена, остались легкие ласковые дуновения, что трепали волосы эльфам, что перенесли тренировки с плаца на палубу. Бесконечные отточенные годами неуловимые движения, слышался лишь свист воздуха, блестела, как вода на солнце сталь, мерцали оперения стрел и дротиков, попадавших в цель. Следующие дни, что бы ни страдать от безделья я занималась магией — медитировала, играла воздушными потоками и пыталась вызвать своего дракона. Не скажу, что я была безнадежна, границами подсознаниями ощущение чего-то большого возникало все чаще и ближе, но не так явно, как описывала Истер. Пару раз мы подходили к берегу пополнить запасы воды и провизии, а я спускалась на берег размять ноги. И вот в очередной раз из вороньего гнезда донесся крик «Земля!», и вскоре корабли вошли на территорию самого южного порта Ардамане ‒ Хэрас. И каково же было мое удивление, когда перед трапом я увидела самого Дуруб Аша.
‒ Приветствую Великого Ханана, ‒ присела я в реверансе. Тур довольно хмыкнул и склонил голову.
‒ Здравствуй, сестра отрады моего сердца, ‒ пророкотал Дуру и заключил меня в крепкие объятия. У названного братца отвисла челюсть.
‒ Я не ожидала тебя здесь увидеть, Дуру, ‒ решила добить новоявленного родственника до конца.
‒ А я не ожидал увидеть тебя одну, ‒ все же с этим мужчиной всегда было приятно общаться. ‒ Приглашаю вас провести несколько дней в своем «домике на море», обсудим планы.
‒ С превеликим удовольствием примем твое приглашение, ‒ ответила орку и мимолетно украдкой показала язык эльфу. Будет знать, как в любую мелочь меня этикетом тыкать. Вот правитель Раскинии не особо на эту тему заморачивается. Феарир отдал команды личному составу на борту и присоединился к нам в карету. Оказалось, он тоже был знаком с Хананом. Что же, меньше мороки.
Нас достаточно быстро доставили к огромному особняку, сделанному в колониальном стиле — орчанская гасиенда. Натуральный камень и дерево, балкончики, арки, патио — внутренний дворик, украшенный фонтаном и деревьями в кадках, кованая люстра в главной гостиной. Так все по-домашнему, в отличие от Дорхантровского дворца. Нам отвели соседствующие покои и дали время привести себя в порядок, смыть морскую соль и переодеться в чистое. Позже все встретились в столовой за небольшим и даже можно сказать дружеским обедом.
‒ Скажи мне, где Катерина?
‒ Дуру, я не могу, у нее свое задание и от его секретности зависит ее жизнь.
‒ Хотел отправить к ней на подмогу друзей.
‒ Каких еще друзей?
‒ Отряд Таркас Шамана Врогора. Когда было решено поддержать вас в войне, он настойчиво просился в первые ряды. Ваша пятерка покорила сердца его воинов.
‒ Это очень приятно, но все же, без разрешения отца я не могу тебе сказать. Ты же простишь и поймешь меня?
‒ Конечно, Свет. Это война. Пусть пока и не открытая. Но представители вашего народа уже погибают. Орки не очень любят открытое море, поэтому с вами отправиться всего три каравеллы. Остальные соберутся на границе со свободными землями и разделятся по двум направлениям: На Северный Кайласан и на Амауреалие.
‒ Спасибо тебе за поддержку, — мы все по очереди крепко пожали ему руку. Здесь не принято так было делать, но мы с Катей от нечего делать в какой-то момент научили этому мужчин. Им понравилось.
Талаэр
Город постепенно превращался в размываемую ветром точку. Стоя на шканцах, держал любимую за руку, но думал не о ней, а о словах отца: «Я не хочу тебя терять во второй раз. И даже, если ты потом будешь жить на другом конце материка или света, но ты будешь живым и счастливым, а родителю больше и не нужно». Столько лет не возвращался домой, считая, что родные меня не простили за побег, столько лет потерял зря, находясь вдали от них, дурак. Рыжая ободряюще сжала ладонь, заглянув мне в глаза. При невесте таким мыслям лучше не предаваться, все же менталист она хороший и моих щитов для нее как будто вовсе не существует. Как же тепло с ней рядом. Перед отъездом, Света, когда я поблагодарил ее за то, что не дала все испортить, продекламировала мне стих из своего мира, и теперь, он бесконечно крутился в моей голове, если Истер находилась рядом:
Я притянул ее к себе, обнял и поцеловал в рыжую макушку.
‒ Спасибо тебе, что ты есть и рядом.
‒ Я не думаю, что у меня был выбор, ‒ она растянулась в улыбке. — Слишком упорно меня тянуло на материк. Дракон точно знает, где его вторая половина. Я улетела бы к тебе, даже если бы отец не дал разрешения.
К нам подошел младший адмирал. Лицо его было напряжено: губы сжались в нитку, брови сошлись к переносице.
‒ Что-то случилось, Финголан?
‒ Княжич, капитан сильный воздушник, говорит, что чует шторм, уж больно ветра нехорошие тянуться.
‒ Я не смыслю в морском деле, вице-адмирал, делайте все, что считаете нужным, единственное, мы не будем пережидать бурю у берега, плыть дальше в любом случае придется.
‒ Не стал бы даже предлагать переждать бурю, берега здесь неподходящие, много подводных скал, без кораблей и в штиль остаться можно. Время есть, укрепим мачты, задраим бортовые иллюминаторы и клюзы якорных цепей, пока плывем под всеми парусами, как поймем, что достигли возможного предела, поменяем стаксель на штормовой. Постараемся не сходить с курса, дотянуть бы до мыса Динел, за ним течение другое и у северян там безопасная бухта.
Корабли неслись на полном ходу и день, и ночь, солдаты не тренировались, те, что имели водную и воздушную стихии помогали армаде преодолевать большее расстояние, а остальные магически подлечивали уставших товарищей. Но через два дня пришел ураган, ветер смешал воду с небом, паруса мгновенно исчезли, а команда разбежалась по «штормовым местам». Нас же капитан засунул в мою каюту, мотивировав «Смоет еще, а мне отвечай, все равно на палубе от вас проку не будет». И как я не сопротивлялся, получил прямой приказ: «Береги свою невесту, это первый дракон, которого увидели мои ребята». Поэтому, пришлось болтаться по каюте, слушать оттуда немного приглушенные звуки бури: стук волн, скрип такелажа, крики матросов и завывание ветра. После пары неудачных приземлений корабля с волны на волну, я схватил Истер и пристегнул нас ремнями к своей кровати. Она удивленно посмотрела на меня.
‒ Делать все равно нечего, мы наверху бесполезны, а так хоть тепло и шишек не набьем. Тебе разве неприятно?
‒ Почему же, очень даже наоборот. Просто странно пока ощущать настолько рядом. Я пока не готова к такой близости.
‒ Милая, даже если нам очень хотелось, той близости, что ты имеешь ввиду бы не вышло бы, ‒ засмеялся я, а она покраснела до кончиков ушей. — Уж больно качка сильная.