Анна Мишина – Прости меня (страница 11)

Руки трясутся. В голове хаос.

Возвращаюсь в спальню и бужу мужа.

– Дима, Дима, у нас проблемы, кажется, – пытаюсь до него достучаться.

– Какие еще проблемы? – зевает, но глаза не хочет открывать.

– Звонили из полиции. Лёву задержали. Я не понимаю, что на него хотят повесить. Нужно ехать.

– Едь, кто тебе не дает? – прищуривается. – Мне на работу. Потом снова до ночи пахать. Совесть имейте, – фыркает.

– Ты сейчас меня слышал, Дим? Сын в полиции!

– Если что-то серьезное – позвонишь мне. А так, больше чем уверен, мелкое хулиганство. Заберешь его и все. Мне по кой черт с вами мотаться?

– Ну, если угон машины – это мелкое хулиганство, то да. Сама справлюсь, – бросаю ему зло и выхожу из комнаты, прихватив свои вещи.

– Твою мать, – доносится в спину.

В отделение едем молча. Я злюсь на мужа. Он – на сына. Если сейчас зацепимся языками, будет скандал. А у меня нет сил и желания ругаться. Пока я не знаю, что натворил сын, даже разговаривать с Димой не хочу.

Припарковав машину у отделения, выхожу и тороплюсь к крыльцу. Муж – за мной.

Нам указывают на нужный кабинет. Открыв дверь которого, я сразу же натыкаюсь взглядом на Льва.

– Здравствуйте, – здороваюсь с мужчиной, который сидит за столом.

Напротив сын на стуле. Не смотрит на нас с Димой.

Внутри все ухает куда-то вниз.

Значит, действительно виноват.

– Здравствуйте-здравствуйте. Ваш? – кивает на парня.

– Наш.

– Тогда проходите, будем общаться.

Капитан Тимофеев все детально рассказывает. Я смотрю на сына и не верю.

– Визуально машина не пострадала. Но там еще предстоит экспертиза, если пожелает владелец, – продолжает.

– А я говорил, что ты с ним слишком нянчишься, сюсюкаешься. Довели до угона! – возмущается Дима.

– Может, можно как-то решить этот вопрос помягче? – пытаюсь понять, что нас ждет.

– Сейчас подъедет владелец машины, с ним и договаривайтесь, – отвечают холодно.

Владелец… я даже боюсь представить, кто он. Машина, судя по тому, как присвистнул муж, услышав название марки автомобиля, дорогая.

– Жигули бы угонял, – хмыкает Дима.

Но тут же замолкает, когда ловит строгий взгляд капитана полиции.

– Я все же не верю, что он был один, – пытаюсь докопаться до истины.

– Мам, – подает голос сын, – был один. Захотел прокатиться. Все.

– Прокатиться захотел он. Я тебе дома покажу, как хотеть кататься на чужих тачках, – рычит муж.

Но замолкает, когда в кабинет открывается дверь, и на пороге появляется Горецкий. Это его машину угнал мой сын?

Влад

Удивлен? Это мягко сказано. Я просто в а..е, когда вижу в кабинете следока Климовых.

– Доброе утро, – выдавливаю, разглядывая друзей.

Или все же бывших друзей?

Дима, Яна… а ведь было время. И хорошее, как по мне. До поры.

– Удивительно это слышать от человека, у которого угнали машину, – с усмешкой говорит капитан.

Не реагирую на замечание. Я, если честно, с машиной попрощался. Не думал, что здесь ее найдут быстро, да еще и целой. Я ведь только с ментами связался, а мне и говорят о том, что тачку мою тормознули ранним утром.

А теперь вижу что? Что мою машину угнал сын Климовых!

Это что? Усмешка судьбы? Или как это еще можно назвать? Пинок?

– Никогда не думал, что вы умеете работать на опережение, – цепляю мента. Зря, наверное, но настроение такое. – А этот молодой человек, – киваю на парня, который даже не смотрит в мою сторону, сложив руки на груди, – угонщик, видимо?

– Он самый. Климов Лев Дмитриевич, пятнадцать лет, ученик девятого класса, седьмой школы.

Седьмой… нашей школы.

– А ты чего не уехал? – не здороваясь, спрашивает Дима.

– Не успел, – скольжу взглядом по присутствующим. – Транспорта лишился.

Кто бы мог подумать, что случится такая ситуация. Расскажи нам ее кто-нибудь лет семнадцать назад, не поверили и дружно бы рассмеялись.

Только не смешно.

Сейчас.

Вообще.

Смотрю на них и не знаю, что ощущаю, что чувствую. Херня какая-то. Пора бы уже свалить из этого города. Хватит ворошить прошлое. Гребанные эти воспоминания, которые ни черта никому не нужны.

Никому.

Жил спокойно все эти годы, так какого черта поперся сюда? Отец спокойно мог и сам с недвижимостью разобраться.

Но что-то меня толкнуло предложить свою помощь.

Зря, мать его, очень зря.

Что я хотел тут увидеть? Еще это приглашение на встречу бывших одноклассников. Решил таким способом потешить свое самолюбие.

Но что теперь говорить? Дело сделано. Кого хотел увидеть, увидел.

Ловлю взгляд Яны, цепляюсь за него, хочу удержать. И понять. А что, сам не знаю. Будто ищу чертовы ответы на свои немые вопросы. Но Чижова быстро отводит свой в сторону.

– Вы знакомы? – догадывается Тимофеев.

– К сожалению, – выдает Климов.

Сказать, что меня удивил его ответ? Нет, не скажу.

Возможно, будь мы не знакомы, было бы проще сейчас, да и тогда тоже.

И снова смотрю на Яну.

Она закусывает губу.