Анна Мишина – Притяжение. На острие чувств. (страница 7)

И как я могу такое обещать? Снова пытаюсь подобрать слова.

– Лен, не могу обещать, – она тут же вспыхивает. – И дело не в тебе. Дело во мне, понимаешь? Я не обещал тебе ничего серьезного. Да, мы спим. Нам удобно…

– Да пошел ты на хрен, – и с размаху влепила мне пощечину. – Удобно ему, козел. И не ходи за мной, – кричит.

Даже мысли не было.

Разворачивается и торопится прочь.

Потираю горящую щеку. Прекрасное начало дня.

– Что? – ловлю взгляд пса. – И не говори мне ничего, – предупреждаю его. – Пойдем лучше пройдемся.

Катя

Еду домой, испытываю какие-то странные чувства. Кажется, все, что было проделано и прожито за последние пару лет, все зря, все в топку. Как взять и вычеркнуть этот эпизод из жизни?

Въезжаю в свой двор, паркую машину. Я же сюда не заезжала практически, как съехались с Гришей. И не сдавала квартиру. Все руки не доходили. Вот и хорошо, как оказалось. А то думала бы сейчас, куда съехать.

Выхожу из машины, достаю чемодан и ставлю на колесики, поправляю плащ. День разогревается и становится жарковато в таком одеянии. Смотрю на часы.

– Черт, работу-то никто не отменял, – злюсь, когда вижу, как стрелки часов приближаются к девяти.

Тороплюсь попасть в квартиру. А по пути набираю Ксюшу.

– Да, – звучит голос коллеги в динамике.

– Ксю, я опоздаю, прикрой меня, – прошу я.

– Прикрыть? От кого? – не понимает.

– От начальства, – удивляюсь тугодумству девушки.

Подхожу к двери, достаю ключи из кармана плаща.

– От твоего дяди? – снова вопрос.

– Ксю, ты решила проверить мои нервы на прочность? Не стоит этого сейчас делать. Я попросила меня прикрыть. Как ты это делать будешь, мне все равно. Но Валерий Иванович не должен знать, что меня нет, – чеканю каждое слово, открываю дверь и вхожу в квартиру. Вкатываю чемодан, запинываю дверь и выдыхаю. Все, я дома.

– Я поняла, – наконец, доходит до этой блондинки.

– Спасибо, – и отбиваю звонок.

Пробегаю по квартире, прикидывая, в какие магазины нужно забежать и что купить после работы. Раскрываю чемодан, рассыпая вещи на кровати. Надеваю брючный костюм цвета бирюзы, предварительно отпарив складки и, подхватив сумочку, выбегаю из дома.

Рабочий день в целом как всегда. Все в темпе. Дела, бумаги и переговоры. Одно радует, что на этой неделе не предвидится ни одного совещания с иностранными партнерами. Я могу окопаться в своем кабинете, что и делаю. Переписываюсь с девочками в чате. Они все еще не верят в то, что я собираюсь все отменить. Мне жалко только одно, уж очень понравились те кексики…

До меня пытался дозвониться Гриша. Но все его звонки переадресовывались на автоответчик и в итоге я просто внесла его в черный список. А себе дала пару дней на передышку, освоение нового статуса “свободна” и приступить к отмене мероприятия пошагово, начиная с платья. А ведь оно мне нравилось.

Выходя из офиса после длинного дня, который не желал подходить к концу, я замечаю машину Гриши. Значит, все будет непросто. Делаю вид, что его не вижу, и направляюсь к своей машине.

Снимаю ее с сигналки, дергаю за ручку дверь.

– Катя, – голос мужчины. – Кать, – и я слышу приближающиеся шаги.

Оборачиваюсь, наблюдая, как он ко мне подходит. В костюме. Весь такой свеженький и чистенький. Он всегда одет с иголочки. Но без галстука, про себя подмечаю. Неужто Юля не умеет завязывать их? Так придется научиться.

– Ты что-то забыл? – спрашиваю первой.

– Давай поговорим, а? – останавливается рядом, обдав шлейфом духов. Их я теперь тоже ненавижу.

– Мы уже все обговорили.

– Кать, не смешно уже, – впивается в меня своим взглядом. – Давай перешагнем через это недоразумение и пойдем дальше.

– Перешагнули, Гриш. Вот прям вчера и перешагнули. А дальше наши пути разошлись. Прямо у развилки ног твоей секретарши, – отворачиваюсь и сажусь в машину.

– Не глупи, – не дает закрыть дверь.

– Это ты не глупи и отменяй все, пока можно вернуть предоплату, – все же захлопываю дверь и завожу машину. Выезжаю с парковки, оставляя Гришу одного, провожающего меня взглядом. Вижу его в зеркале заднего вида.

Жалко ли мне его? Не знаю.

Не торопясь гуляю по магазинам. Скупаю все, что приглянется. Много всякой ерунды. Тарелочки, вазочки, свечи ароматизированные. А потом в продуктовый закупать сладости. Если меня разнесет, то в этом будет виноват Мишуков.

– Да, мам, – отвечаю, пока гуляю между полок в магазине.

– Как дела, Катюш? Не позвонишь, – интересуется родительница.

– Закрутилась, мам, прости, – извиняюсь, закидывая в корзину кое-что из фруктов. Запах сносит крышу. Не могу без запахов. Каждый ассоциируется у меня с определенным моментом в жизни. Кажется, запах персиков и спелой черешни будет напоминать мне начало новой жизни.

– Как идет подготовка? Тебе не нужна помощь?

– Нет, мам, помощь не нужна, – не готова я сейчас рассказать о случившемся.

– Справляетесь? Гриша молодец, – именно, Гриша молодец, по словам и мыслям мамы – он тот самый настоящий вымерший вид. А мне вот повезло. В кавычках.

– Как папа? – перевожу тему.

– Да все хорошо.

– Мам, я тебе перезвоню, в магазине просто. Отцу привет, – прошу передать.

– Все, больше не отвлекаю, – чмокает в трубку и отключается.

Мне предстоит серьезная миссия: выложить правду родителям. Они будут, мягко говоря, в шоке. Почему? Потому что в кои-то веки их непутевая дочь остепенилась и попала в руки настоящего мужика. Не он попал в мои заботливые ручки, а именно первый вариант. Будто этот Гриня таки снизошел до меня, такой-растакой. Будет сложно. Поэтому нужно набраться сил и поверить в себя и правильность своих мыслей и планов.

С пакетами наперевес еле вхожу в квартиру, буквально не вмещаясь в дверной проем. Изворачиваюсь и прохожу боком.

Вечер уходит на разбор пакетов. Потом добираюсь до вещей, которые убираю в шкаф. Меняю постельное. Стелю свежее. Готовлю салат на ужин, нарезаю фрукты и наливаю в бокал вина. Набираю ванну с пышной пеной и погружаюсь в воду.

Тишина и покой.

Когда вода остывать начала, выбираюсь из ванны, закутавшись в халат и убрав все, иду в постель. Засыпаю быстро, видимо, от переизбытка эмоций. Сначала меня будто швырнули на асфальт с безумной высоты, а потом прокатились на катке. Опустошена. Но надеюсь, не разрушена до основания.

Глава 5

Катерина

Утро субботы началось со звонка мобильника. Я уже заочно ненавижу того, кто решился прервать мой чуткий, но такой сладкий сон. Все еще с непривычки спать одной, обнимаю подушку. Засыпаю без нее, а просыпаюсь, нежно обнимая, подмяв ее под себя. Идиотизм. Нужно купить длинную подушку, чтобы можно было еще и ногу закинуть, как я любила это делать, когда… ладно, неважно.

Все же беру телефон в руки и отвечаю.

– Только не говори, что ты проспала, – заявляет мне с ходу Леся.

– Погоди, куда проспала? – нельзя так начинать разговор, потому что я впадаю в ступор и не могу сообразить, что происходит.

– Я шучу, – смеется подруга в трубку.

– Ха-ха, – вздыхаю и откидываюсь на подушку.

– Ладно, не дуйся, это просто проверка связи, – слышу на заднем фоне крик ребенка.

– Что там у тебя за хаос? Время-то сколько? Рано же еще, – пытаюсь настроить свое зрение и узреть, сколько же показывают настенные часы. Но, кажется, я вчера пересидела за ноутбуком, шляясь по просторам тырнета, что сегодня глаза тупо слезятся. Зараза!

– Дорогая, какая утра? – откровенно издевается надо мной подруга. – Время почти одиннадцать и мы собираемся выезжать уже. Ты когда к нам планируешь подтянуться? Суббота, трафик загружен, – сетует Леся. – Манюня, прекрати топать и кричать, – ворчит на дочь. – Весь день песни орет, – смеется Леся, вернувшись к разговору.

– Певицей станет, – улыбаюсь я, потирая глаза.