Анна Мишина – Его строптивое счастье (страница 48)

— Нет, спасибо, — качает головой.

А я беру его за руку и веду за собой. Впервые чувствую себя не в своей тарелке. Словно парня притащила к родителям знакомиться. Но сначала решила спрятать его в своей комнате.

Мы входим в спальню и я закрываю за нами дверь. Оборачиваюсь к мужчине. Он обнимает меня и притянув к себе, впивается в губы.

Как же мне его не хватало!

Максим

Она будто другая. Словно за эту ночь что-то произошло. Что-то определенно изменилось, но Яра не хочет мне рассказывать. Паника. Паника накрывает меня с головой. Я словно ее теряю. Даже стоя в моих объятиях я чувствую, что она отдаляется от меня. Боюсь себе признаться, что разочаровал ее.

— Где дети? — спрашивает она, чуть отстранившись от меня.

— К родителям отвез. В саду предупрежу, что пару дней они в отгуле будут. Да с тренировок сниму. Кажется, нам всем надо понять как дальше жить, — говорю я, хочу притянуть к себе девушку. Но она качает головой.

— Зря ты так, — после недолгого молчания заговаривает первой. — Они не виноваты.

— Лике нужно научиться принимать мое решение, — сжимаю челюсть.

После разговора с мамой я понимаю, что допустил ошибку. Огромную ошибку. Теперь нужно как-то выкарабкиваться.

— Я останусь? — не смотрю на Зарецкую.

Чувствую себя идиотом. Словно напрашиваюсь на то, чтобы приласкали, погладили. От самого себя противно. Тогда я психанул и уехал. Сейчас мозги вроде в голове и работают. Да и молодость уже где-то там.

Пожимает плечами. Это остужает пыл. Как ведро холодной воды. Не сильно мне и рады. И я ее понимаю. Зажмуриваюсь. Хочется открыть глаза и снова поймать ее влюбленный взгляд. Но нет, картинка не меняется. Яра по-прежнему на меня не смотрит.

Потираю заросший подбородок. Мои любимые женщины меня убьют.

— И все-таки я останусь, — прохожу до кровати и сажусь на ее край.

Если я сейчас уйду, то потеряю ее. А я не хочу этого.

— Перед твоими неудобно, но ничего поделать не могу. Я не доеду до дома, — будто оправдываюсь.

Снимаю брюки, футболку и забираюсь под одеяло. Закрываю глаза и притворяюсь спящим.

Слышу, как она прошлась по комнате. Как села на постель. Снова встала.

Кажется, она в растерянности.

Но выйдя из спальни, возвращается минут через двадцать, которые показались мне вечностью. Ложится рядом. Я разворачиваюсь к ней, накрываю одеялом и притягиваю к себе.

Влажные волосы. Она только из душа. Пахнет так, что мозг вот-вот потечет. Но я держусь. Не время и не место.

— Коварный план, — усмехается. Но все же не отстраняется от меня.

— Угу. Я коварный, — улыбаюсь и целую ее.

— Но ты все же зря оставил сегодня детей. Это лишь еще больше дает повода им злиться на меня, — говорит Яра.

Переворачиваюсь на спину, уставляюсь взглядом в потолок.

— Завтра же поедем к ним и скажем, что собираемся жениться, — пытаюсь выстроить цепочку действий. Они примут. Побесятся и примут.

— Жениться? — переспрашивает и приподнимается на локте, заглядывая в мои глаза. — Это неуместно. Это раз. И во-вторых, с чего ты взял, что я пойду за тебя замуж?

А вот такого поворота я не ожидал.

— Не пойдешь?

— Нет, — качает головой и складывает руки на груди. — Максим, это не шутки, не игрушки. Это дети.

— Кажется ты слишком возвышаешь детскую обиду над реальной жизнью, — выдаю я зло.

— Дурак ты, Туманов. Я же не хочу стать причиной вашей ссоры. Лика так захотела. Я не буду вклиниваться и говорить, что она не права. Ты сам должен найти к ней ключики. Или она сама должна что-то понять. Как же ты не понимаешь? — всхлипывает.

— Да ты что? Ты что? — тянусь к ней и притягиваю к себе. — Не смей реветь. Разберемся. Обязательно.

— Я просто смотрю на нее и вижу себя. Только я была чуть старше. Когда не стало мамы, когда у отца появилась женщина. Я и не такие скандалы закатывала. А теперь понимаю, что оказалась на месте тех самых несчастных женщин. В этой чертовой шкуре из которой хочется лезть на стену. Они не знали, как ко мне найти подход. Теперь не знаю я. И кажется из этой ситуации нет выхода. Это мне за то, что я творила.

Глажу ее по волосам. Сердце у самого рвется из груди. Хреново так, что не знаешь, что делать, что говорить.

Так и засыпаем. В обнимку, со слезами. Яра то и дело всхлипывает. А я что-то говорю успокаивающее, глажу ее по спине, волосам. Целую. И сам забываюсь.

Утром просыпаемся по будильнику Ярославы.

— Ты сразу в офис? — спрашивает меня за завтраком.

Зарецкий уже уехал. А Лариса приготовив завтрак ушла с кухни, оставив нас одних.

— Мне бы переодеться. Наверное, тебя отвезу, а сам вернусь чуть позже, — отвечаю.

Так и поступаем.

Вернувшись в офис уже после того как переоделся первым делом заскочил к Ярославе. Но дальше приемной не прошел. Секретарь не пустила. Совещание у моей деловой женщины. Вернулся к своим обязанностям.

К концу рабочего дня зашел к ней и так и завис в дверном проеме. Невозможно оторвать взгляд, когда она сосредоточенно работает. Красивая, сил нет.

Мне как собственнику по характеру хочется спрятать эту красоту у себя в берлоге. Чтобы любила меня, смотрела только на меня, улыбалась только мне.

— И долго ты будешь на меня пялиться? — слышу ее голос.

— Любуюсь, — прохожу в кабинет. — Когда домой поедем? — спрашиваю и сажусь в кресло у ее стола.

— Домой? — выгибает бровь. — Максим, — закусывает губу и опускает взгляд. — Меня отвезешь к родителям.

— Почему? — не понимаю.

— Потому что пока не вижу смысла мучить ни тебя, ни себя, ни твоих детей. Поживем раздельно. Так нужно. Лике нужно.

— Твою… — ругаюсь, закидывая голову на подголовник и закрываю глаза. Я думал все будет хорошо. Но Яра решила по-своему.

— Я не отказываюсь от тебя, от нас, — продолжает говорить. — Просто нужно время.

Слышу, как она поднимается со своего места и подходит ко мне, со спины. Укладывает руки мне на плечи и склонившись, целует в губы. Легко, почти невесомо.

— Я понял, — открываю глаза встречаясь с ее взглядом. — Хорошо. Давай попробуем. Но мне чертовски без тебя будет хреново, — говорю то, что действительно сейчас думаю.

— И мне, Максим.

Глава 24

Ярослава

День перетекает в неделю. Время появиться на УЗИ. Но мне нужно скинуть Макса. А он за мной по пятам. Везде. Ни минуты одиночества, кроме ночи. И то, мы переписываемся как подростки.

Ему плохо. Я вижу. Замечаю, что появились темные круги под глазами. На вопросы как он спит, отвечает хорошо.

Разговор с Ликой ничего не дал. Я прошу его дать ей время. Надеюсь, что что-то изменится. Но до конца не верю, что это произойдет быстро.

А завтра у детей выпускной. Максим волнуется. А для меня наконец появится возможность съездить в больницу.

— Не забудь, нужно, чтобы ее кто-то заплел. Мы планировали красивую прическу, — напоминаю ему накануне.

— Я помню, ты всю неделю мне об этом напоминаешь, — фыркает он.

— Костюм отгладить, — продолжаю я.