Анна Мир – Мираж (страница 1)

Анна Мирò

Мираж

Предисловие

Стены больницы олицетворяли собой смесь отчаяния, холода и тоски. Анжела Монтойя находилась здесь уже два дня без передыха, как и ее мать Роза. Девушка не могла поверить в то, что находится у больничной койки, где лежал ее отец. Никто не знал о болезни, которая захватила Хавьера Монтойя, она вспыхнула внезапно, словно бомба замедленного действия.

– Нет, я не могу так! Почему они ничего не делают?! – Роза Монтойя была темпераментной и нетерпеливой. От этих черт характера устали даже ее коллеги врачи, которых она часто трясла, заставляя проверить состояние мужа повторно. В этот момент она встряхнула руками, и вышла из больничной палаты в поисках подмоги.

Анжела встала, собираясь пойти за ней, но ослабленная рука отца успела перехватить ее руку.

– Побудь со мной, доченька. Мне так мало времени отведено рядом с тобой. – Он закашлялся и прикрыл глаза, это маленькое движение и слова забрали слишком много сил Хавьера.

—– Папа, не говори так! Они вылечат тебя. – Анжела стерла слезы, текущие непрерывным потоком, и глубоко вздохнула, заставляя себя быть сильной.

– Сомневаюсь. Мое время уже вышло, пришло твое. Ты так молода, – он снова тяжело закашлялся, но через боль продолжал говорить, отчего его брови нахмурились. – Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Для счастья иногда нужно быть чуточку хитрее, только и всего.

Кашель непрерывным потоком стал прорезать воздух и пространство вокруг.

– Папа, папа! Кто-нибудь! – Крик Анжелы был до того сильным, что переходил на хрипоту. Она изо всех сил сжала руку отца, не желая отпускать его.

Вбежали врачи, и отодвинув Анжелу, стали проверять Хавьера Монтойя. Когда врач посмотрел на нее, она все поняла по лицу. Слез уже не осталось у молодой девушки, силы были на исходе, но оставалось важное дело – сказать обо всем матери.

Анжела вышла в коридор, ошарашенная произошедшим, и прислонившись к стене, стала медленно идти в неизвестном направлении. События последних дней глухо ударили по ней, и сейчас она почувствовала, что ей стало тяжело дышать. Поверить в то, что этот разговор с отцом был последний, было невозможно. Боль сжала ей сердце, а перед глазами всё поплыло.

Роза кричала на молодого интерна в регистратуре, умоляя помощи. “Хоть что-нибудь!”, подумала она. Но внезапно замолчала, проследив за его взглядом. Оглядев поникшую и безжизненную Анжелу, Роза мгновенно все поняла, но не могла признаться себе в этом.

Громкие всхлипы вырвались у нее из груди, подкосили ее, заставляя упасть на холодный пол. Анжела неуверенно подошла к ней и положила руку на плечо, сжимая его и молча надеясь, чтобы мама скорее успокоилась.

– Нет… нет…. нет….! – Всхлипывая, Роза закрыла лицо руками с красным маникюром. – Это.. это неправда!

Анжела опустилась на пол, прижимая мать к себе, и тихо шепча:

– Тише, тише. – Роза безутешно плакала, а Анжела гладила ее по волосам, желая хотя бы немного успокоить ее. И вдруг, впервые, она заметила седые пряди в волосах матери. Ее сковал страх. “Ведь я могу потерять и ее…”

Закрыв глаза, Анжела потрясла головой, словно прогоняя негативные мысли. Скорее почувствовав, чем увидев, что к ним подошла подруга и коллега матери, Анжела взглянула на нее:

– Роза, мне так жаль! – В ее голосе звучала скорбь, которая также отразилась на ее лице. – Мы сделали все что могли… но болезнь слишком быстро забрала его.

– Он был так молод! – Отец Анжелы был на пять лет старше сорокапятилетней Розы, но кто она такая, чтобы задавать порог молодости? Самой ей было всего около двадцати. Роза встала, опираясь на плечо дочери и обняла подругу, принимая ее соболезнования.

Вдвоем они отошли, оставляя Анжелу одну возле регистратуры. Смотря как они уходят, она сжала кулаки, а ее челюсть напряглась. “Возможно, если бы мы жили в более цивилизованном городе…. этого бы не случилось!”

Анжела взглянула на коридор, который вел к палате отца, но ноги словно потяжелели в разы. Она не могла туда пойти. Поэтому она села на жесткое кресло и, судорожно порывшись в кармане, взяла телефон. Позвонила единственному человеку, который мог утешить ее.

– Диего. – Она попыталась придать голосу не такой трагичный оттенок, не желая переносить тяжесть утраты на любимого. – Диего, его больше нет. Папа умер.

Шмыгнув носом, она потянулась рукой к волосам, убирая их со лба. Ее густые, светлые такие же, как у отца. Многие одноклассницы завидовали ее блонду и Анжела с гордостью отращивала локооны, отрастив уже до поясницы.

– Ох, – Диего опешил, но быстро взял себя в руки. – Я сейчас приеду, ты не одна?

– Нет. – Анжела осмотрела холл, но не увидела матери. Похоже ее увела подруга, чтобы дать успокоительное.

– Я быстро!

Решимость Диего придала ей сил. Она ждала его, мечтая поскорее ощутить его объятия. Ссутулившись, она крутила телефон, размышляя, нужно ли еще кому-либо позвонить? Она была единственным ребенком, а у отца никого не было. Родственников мамы они обзвонят вместе. Анжела взглянула в зеркало, которое висело на противоположной стене. Ее светлая кожа сейчас казалась мертвенно бледной, а голубые глаза блестели от слез. Анжела всегда считала себя миловидной, но реалистично смотрела на вещи и знала, до моделей ей далеко.

Однако теперь, когда она потеряла отца, Анжела с особой теплотой смотрела на свои волосы и глаза, которые так походили на его. Ее губы дрогнули, а горло сжалось от подступающих слез.

– Я здесь. – Диего ворвался в помещение словно ураган, сел рядом, и прижал ее к себе. – Я принес тебе перекусить, ты наверняка не ела.

Диего Гонсалес любил Анжелу с юных лет, и когда она позвонила ему, не раздумывая приехал, в чем был: чёрные штаны в грязи от работы в саду и коричневая футболка с надписью “Прага” – родители привезли ее, когда его брат Ксавье решил устроить огромную свадьбу в городе пива.

Волосы Диего были благородного коричневого оттенка, но вот взлохмаченность говорила скорее об отсутствии такового.

Анжела уткнулась в его объятия, но плакать не могла, слез больше не осталось. Любовь – это оберегать своих близких от любой печали, и ей не хотелось тревожить его.

– Что теперь? – Он поджал губы и обеспокоенно взглянул на нее.

– Нужно будет устроить похороны. – Анжела тяжело вздохнула. Эти слова дались ей тяжело. – Ты же придешь?

Диего замялся, не зная, как правильно ответить. Проводить в последний путь ее отца? Он уважал его, но…

– Милая, я… – Он перевел взгляд с нее на колени, проводя рукой по затылку. – Это “не мой праздник”, понимаешь? Но я приеду после, как ты закончишь! И позабочусь о тебе.

Анжела кивнула, тугой узел завязался в ее груди, но она не могла понять, почему.

– Диего, ты здесь. Как хорошо, что ты приехал поддержать Анжелу. – Она улыбнулась ему доброй, но печальной улыбкой.

– Конечно, сеньора Монтойя. – Диего выпрямился, ощущая на себе ее оценочный взгляд. – Конечно, я рядом с ней.

– Ты не представляешь, как нам тяжело. – Роза всхлипнула, прижимая руку к носу. – Я прожила с Хавьером почти двадцать лет! Это была самая настоящая любовь.

Подруга сочувственно сжала ей на плечо.

– Анжела, позаботься о матери. Ей сейчас очень нелегко.

Она сжала губы, и грустно посмотрела на молодую девушку, которая потеряла отца, но видимо ее горе не считалось.

– Я отвезу вас домой. Я на машине.

Смотря на улицы родного Ситжеса, Анжела ощутила странное сочетание уюта и пустоты. Вот здесь они с отцом фотографировались всего несколько недель назад. А вот в это кафе заходили по воскресеньям. А здесь…

Анжела отмахнула от себя все эти мысли, чтобы не расплакаться, и закусила щеки изнутри.

– Мама ты хочешь чего-нибудь? – Девушка осторожно взяла маму за руку и слегка сжала.

– Мороженого. – Роза вжалась в кресло и закрыла глаза.

Анжеле было жаль маму, и видеть ее горе было тяжело. На секунду в ее голове пронеслась мысль: “По силам ли ей вынести все это?”. Отведя маму домой, она проводила ее до спальни, укрыла пледом и мягко пообещала:

– Я куплю тебе мороженого и скоро вернусь. – Поцеловав ее в лоб, она вышла из дома.

Диего ждал ее у крыльца. Дом был небольшим, но очень уютным, и смотря на него, Диего всегда представлял похожий дом для их с Анжелой будущего. Там тоже будет царить семейная атмосфера, свежие цветы будут придавать аромат жизни, а Анжела будет готовить для него вкусные блюда.

– Ну как она? – Он подошел к ней и приобнял за талию.

– Лучше, но… – Анжела вздохнула.

– Но.. не совсем. – Закончил за нее Диего и она кивнула. – Ну а как ты?

Её тронула его забота, но вместо ответа она просто обняла его. Убрав пряди ее волос за уши, он взял ее лицо в руки и оставил на губах нежный, но томный поцелуй. Она с радостью ответила, ища утешение в любви.

– Пойдем. Купим мороженого.

По пути в магазин телефон Анжелы разрывался. Ей писали и звонили родственники, соседи и друзья родителей – все хотели выразить соболезнования, многие предлагали приехать. Купив любимое мамино мороженое, они вернулись домой, возле которого уже было множество машин.

– Сколько людей пришли поддержать вас! – В голосе Диего звучала благодарность, но Анжела знала его слишком хорошо, чтобы не уловить нотки неловкости. Ему было некомфортно среди её родственников.

Зайдя за ворота, Анжела наткнулась на соседа. Он курил на их дорожке, что покоробило ее, но Анжела решила промолчать.