Анна Минаева – Слово охотника (страница 24)
Эфрикс склонилась над ним и вчитывалась в выведенные женской рукой надписи.
«
Выше по стволу значилось.
«
Эфрикс усмехнулась. Она не жалела о том, что взялась обучать дочку Хельмунда. Знал бы он кем станет его дочь, не жалел бы о том, что Фрида родила ему не сына.
Дальнейшее было записано со слов самой ведуньи. Девушка оставила свободное место для того, чтобы позже вписать свои мысли и чувства.
«
Чуть ниже приписка уже мыслей самой Лилиит.
«
Дальнейшее девушка переиначивала и записывала по-своему. Читая символы, Эфрикс хмурилась, иногда совершенно не понимая значение написанного.
«
Ведунья скривилась, ведь своими глазами видела подобные трюки.
Далее, древо разделялось на шесть ветвей. Лилиит ещё не успела заполнить их. Только подписала.
«
– Есть ещё одна ветвь, – усмехнулась Эфрикс. – Но о ней ты узнаешь позже, охотница.
Вот только Лилиит не слышала её слов. Она давно спала.
Всадница на огненно-рыжем коне отбыла, когда землю припорошило первым снегом. Ведунье так и не удалось уговорить охотницу провести зиму в Роще. Рвалась девушка в мир, переживала о друзьях. Сколько бы ни взывала она к Эштусу, не слышал её бог. Эфрикс рассмеялась и сказала, что Случай не любит её владений и не явится ни за какие коврижки.
Роща осталась за спиной высоким чёрно-белым частоколом. Объехав стороной пепелище, которое так и не убрали, Лилиит направила Огонька на юго-запад. Так ей велела интуиция.
Ещё несколько дней бог-случай не приходил на её зов. На третьи сутки явился.
Лилиит как раз расседлала коня и стреножила. Ветки с неохотой занимались пламенем, шипя и выкидывая искры.
– Охотница обрела силы. Сэлис была бы довольна.
Девушка услышала этот немой вопрос. Поглаживая пальцами правой руки левое запястье с широкой фиолетовой лентой, она заговорила:
– Аназема. Она выпила отвар из аназемы, взращённой на трупе силой бога. Знаешь, что от этого бывает?
Случай охнул, но по его глазам девушке ничего не удалось прочитать.
– Говори.
– Я бы сдох, как говорят, у вас на Земле. А сестра…не знаю. Ты утверждаешь, что она жива. Но зачем такие меры?
Лилиит повесила над пламенем небольшой котелок, подаренный ведуньей из Рощи, залила туда воды из реки.
– Охотница, моё время заканчивается. Я не бог мира этого. Не могу я долго тут быть.
– Из-за меня. Ведь некто выше по рангу запретил ей пользоваться тем, что она присвоила себе.
– Эннэ, – зашипел Случай, сжимая в руках чёрные игральные кости с красными точками.
– Кто это? Впервые слышу, – встрепенулась Лил.
Она подняла глаза на бога, который кровожадно усмехался.
– Ты ответишь мне?
– Создатель мира. Демиург. Может ли он предать?
– О чём ты?
Мужчина мотнул головой и растворился в воздухе.
– Вот и поговорили, – буркнула девушка, возвращаясь к костру. – Хоть бы подсказал в какую сторону мне ехать.
Сзади послышалось недовольное фырканье Огонька.
Дни сменялись днями. Лилиит продолжала ехать в сторону Нулбанара. Она руководствовалась тем что, если весь юг оцеплен, значит Гилиам повёл бы людей на север. Но так как он королевич, хоть и без права на трон, то все его связи сосредоточены в столице. Осталось только найти охотников. Девушка не верила, что они погибли или попали в лапы Ордена. Но проведя часть лета и всю осень в седле и доме Первородной, Лилиит не знала совершенно ничего. Нужна была информация.
Равнины и долины остались позади. Земля начала бугриться, обрастая холмами. Охотница старалась ехать вдоль основного тракта, но не по нём. Ветер с трудом пробивался через деревья и холмы, потому она, наконец, смогла распрямить спину и не пригибаться так близко к лошадиной шее только для того, чтобы согреться.
На пути к Нулбанару располагался небольшой городок, разросшаяся деревенька, носящая название Ламук. Ходили слухи, что бургомистры сего городка меняются каждую весну.
Выбора у Лилиит не было. Одежда протёрлась и почти не согревала, меч затупился, подковы на лошадиных копытах превратились в труху. Взвесив в руке увесистый кошель с деньгами, охотница приняла решение заехать в Ламук.
Стен, которые должны были защищать горожан от врагов и зверей не было. Даже частокол, которым зачастую обносили селения, отсутствовал. Первые щупальца беспокойства обхватили глотку, но отказаться от своей задумки Лилиит не желала.
Тонкие улочки города привели девушку к центру на рыночную площадь. Палатки, которые видела девушка только на ярмарках, занимали всё свободное пространство. Пахло жареным мясом и хлебом. Зазывалы перекрикивали друг друга, смешиваясь в ужасную какофонию звуков.
Первым делом охотница нашла мастерскую кузнеца. На пороге посетительницу встретил молодой парнишка с лихо зачёсанными назад маслянистыми волосами, он окинул Лилиит взглядом, будто оценивая платёжеспособность.
– Коваль у вас есть?
Паренёк не ответил, а лишь подбирал челюсть глядя на молабу, которого вела девушка под уздцы.
– П-подковы поменять? – откашлявшись, заговорил он.
Лилиит не успела ответить, а изнутри уже гаркнули:
– Окар, ну сколько можно жар выпускать! Что там?
Юноша выскочил на улицу, затворив за собой дверь.
– Следующая мастерская коваля, – ответил Окар. – А к нам ли не желаете зайти, госпожа?
– Желаю. Но лошадь важнее.
Недослушав лепета, что нёс подмастерье кузнеца, охотница прошла вверх по улице и постучала в соседнюю дверь. Долго ей не открывали, а потом в узкую образовавшуюся щель просунулась голова седого мужчины с белой длинной бородой.
– Чаво надобно, девица?
– Коня подковать.
Коваль, как и мальчишка отвесил челюсть до пола.
– М-молабу. Настоящий молабу, – мужчина вышел на порог в одном фартуке.
– Сколько?
Но коваль её, казалось, не слушал. Он тряс бородой и бормотал себе под нос:
– За всю жизнь одни быки, ослы и кашлатки. Какой красивый конь, натренированный. Кто вы, девица?
– Это имеет значение? – Лилиит уже переминалась с ноги на ногу от холода.