Анна Минаева – Седьмая ветвь (страница 5)

На сборы было потрачено не больше часа. Уже у выхода из дома их остановила лекарка.

– Я хочу ехать с вами, – упёрла руки в бока Люнэ.

– У нас свой лекарь есть, – буркнул Мартон. – На кой нам ты?

– Я ещё из лука стреляю неплохо, – не смутилась девушка.

– У нас свой лучник есть, – в том же тоне отозвался охотник из Гудраса.

– Люнэ, – лекарку окликнул Илис, спускающийся по лестнице, – нет. Это задание только для охотников. Я, вообще, собирался от него отказываться. Оно намного сложнее и опаснее, чем звучит. Аззатила была одна. А этих тварей много, и мы не знаем, как на них подействовала ночь, когда взорвалось небо. Пусть едут всемером. Проверят свои силы в реальном бою.

Люнэ не смела перечить командиру и, быстро чмокнув Драдера в щеку, вылетела на улицу.

Охотники переглянулись, но никто не проронил ни звука.

– Я думала вы завтра отправитесь, – вслед за мужем на шум спустилась Марей. На ней было лёгкое платье в пол и янтарное ожерелье. Женщина медленно подошла к Илису и стала чуть позади, как того требовал этикет.

– Этим летом каждый день на счету, – ответил ей маршал, не повернув головы. – У меня на столе в кабинете лежит ещё пятнадцать поручений на сегодня. Потому домой я, возможно, сегодня не вернусь.

– Тоже уходишь, – кивнула головой Марей. – В таком случае, пусть присмотрит за вами Сэлис. Я буду ей молиться, чтобы она очистила ваши пути от зла и опасностей.

Илис повернулся и поцеловал жену, затем снял с крючка дорожный плащ и вместе с охотниками вышел под проливной дождь.

– Лил!

Девушка обернулась к хозяйке дома, что стояла на пороге. Марей выскочила под дождь и обняла подругу за шею.

– Я чувствую беду. Будя аккуратнее, – зашептала она охотнице на ухо. Затем отстранилась, смущённо улыбнулась, отчего на щеках появилось две ямочки и вернулась в дом.

Лилиит повела плечами, будто стряхивая невидимую птицу, что впилась когтями в кожу.

Семеро всадников пустили лошадей галопом, стоило лишь миновать стены Нулбанара. Они ехали по широкому тракту на восток, дождь отбивал дробь по капюшонам плащей и лошадиным крупам. Ветер бил в лицо, будто намекал, что стоит повернуть назад. Они ехали молча, прижимались к лошадиным шеям.

К ночи прибыли в небольшую деревушку, состоящую из десяти дворов. Староста, сгорбленный старик, поклонился им в ноги:

– Охотники, будьте гостями в нашем доме.

– Как он узнал кто мы? – шепнул Томас на ухо Гилиаму.

Воин пожал плечами, а на вопрос ответил сам староста.

– Я хоть стар и слеп, но не глуп, юноша. И не глух.

– Приношу свои извинения, – согнулся в поясе сын алари.

– Наученные двором, а не жизнью, – пробормотал староста, ответит тем самым на действие Томаса.

Жители деревушки Пароба накормили и напоили путников, да сеновал предоставили. С полными животами охотники валялись в стогах, болтали о том, как прекрасно звёздное небо и строили гипотезы о том, как могли мутировать оуксюки.

Уже было давно за полночь. Небесный объект, который усилиями графа Солта прозвали Луной, скрылся за тонкой вуалью облаков, дождь прекратил, но в воздухе пахло свежестью и сыростью. Лилиит не спалось. Она села и медленно выбралась из стога сена, накинула куртку, купленную не так давно в «Стальном колпаке», и вышла на улицу. Ветер сразу же подхватил её волосы, формируя новую причёску. Охотница зажмурилась.

– Ночи теперь необычайно красивы, – сзади стоял Томас.

– В моём мире они всегда были такими, – глухо ответила девушка, надеясь, что друг не заметит.

Но он заметил:

– Рассказывай. Что случилось?

Она мотнула головой.

– Да ладно тебе, – Лил слышала, как он улыбнулся. – Значит, я вам тут рассказываю, что боюсь одиночества, а ты мне и слова не скажешь?

– Тебе подарили иллюзии, – отозвалась охотница. – Теперь ты не так одинок.

– Это лишь обман, – фыркнул Томас. – Ничто не заменит живого человека подле.

Лилиит вздрогнула, отогнала мысли о Рэйнере как можно дальше.

– Томас.

– Да?

– Что делать, если твой мир рушится?

– Бежать. Ты ведь так уже один раз сделала. Всегда есть другие миры, где тебя примут и будут любить.

Утром они покинули гостеприимную деревеньку, а уже в обед все десять домом всполохнула алым пламенем. Никто не выжил.

К землям графини Бурхе охотники прибыли, когда светило начало клониться к западу. Косые лучи играли огненными всполохами на гриве рыжего коня.

– Нам обязательно останавливаться в поместье? – Мартон был угрюм.

– Да. Этикет, – коротко ответил ему Осванд.

– Срал я на этикет!

Аусиен собственнолично встретила людей из «Щитовых мечей», ничем не высказала им призрения и даже поблагодарила за их визит. Покои им выделили на первом этаже, рядом со слугами. На ужин пригласили к столу, кормили рыбой, поили некрепким вином. Драдер крутился на стуле, чувствуя себя не в своей тарелке. Гилиам вёл непринуждённую беседу с хозяйкой, которая то и дело поправляла толстые чёрные косы, которые доходили ей до середины спины.

– Мне кажется, что целесообразней будет приступить к выполнению заказа этой ночью, – королевич подлил вина графине.

– А это не опасно? – поинтересовалась женщина из вежливости.

– Если наши сведенья не устарели, то твари, что докучают вам и вашим людям, менее активны в тёмное время суток.

– Не такое уж оно и тёмное, – вклинился в беседу Томас.

За окнами висела полная серебристая Луна.

Гилиам смутился:

– Нам не с руки ждать затмения. И так много людей уже погибло.

Графиня Бурхе не возражала. А через несколько часов охотники покинули поместье. Лошадей оставили в конюшне.

Гилиам всё время поправлял ремень, на котором за спиной висел его меч. Миновав деревню, разбившуюся у подножия высокого замка, который Аусиен ласково кликала поместьем, они ступили под сень деревьев. Дубы шумели листвой, под ногами хрустели опавшие жёлуди и сухие веточки. Лунный свет пока пробивался сквозь кроны и люди не взывали к силам, что даровали им боги.

Томас вёл их вперёд, до тех пор, пока Осванд не положил ему руку на плечо:

– Я чую. Их много. Слишком.

– Зови.

Рыжий кивнул и зажмурился. Охотник открыл сразу несколько сот пар глаз. Почуял их голод и жажду убивать. Эти создания стали хищниками. Виной всему была ночь, когда взорвалось небо.

Оуксюки выскочили из своих нор и дупл с той скоростью, которая ранее не была замечена за ними. Длинные, покрытые бурой жёсткой шерстью, тела укрыли землю. Перебирая шестью лапами, они кинулись в сторону нарушителя.

Леоф уже спустил первую стелу, она с визгом прочесала воздух и вонзилась в голову одному из первых. Закатив три пары глаз, оуксюк упал на спину, дёрнул лапками и затих.

– Они всегда были таких размеров? – ужаснулся Томас, врезаясь в толпу существ с двумя мечами.

– Да, – Лилиит рубила тушки, отступала.

Существо длиною в два локтя прыгнуло на Драдера. Он развернулся в бёдрах и сшиб копьём, которое совсем недавно купил, оуксюка на землю.

Гилиам стоял позади их всех, концентрировался. Вначале Мартон решил, что ему кажется, но меч королевича и в самом деле сиял голубым светом. Воин свистнул. Охотники кинулись в разные стороны, путая противника и освобождая место для удара. Гилиам отвёл меч в сторону и с размаху прочесал воздух перед собой. С лезвия сорвалось голубое пламя и ровной дугой врезалось в толпу буро-рыжих существ. Они визжали, кричали, носились по поляне, но уклонится от смертельного удара не удалось никому.

Гилиам всадил меч в землю и, опершись об крестовину, прерывисто дышал.