Анна Минаева – Седьмая ветвь (страница 16)
Перед ступенями стояла небольшая карета чёрного цвета с золотистой отделкой. На козлах сидел скрючившийся кучер. Гилиам распахнул дверь, откинул ступеньку и помог охотнице залезть в карету. Следующим в транспорт ступил граф, за ним Леоф и Драдер. Королевич был последним, он вернул ступеньку на место, захлопнул за собой дверь и втиснулся на широкое сидение между Дехасти и Солтом.
Карета, запряжённая четвёркой лошадей, выехала в сторону столицы.
Ехали долго. Лилиит скучала и то и дело поглядывала в окно, придерживая плотную шторку.
Остановились всего раз, когда небо потемнело до такой степени, что лошади начали спотыкаться. Возница зажёг два фонарика по бокам кареты и вновь вернулся на козлы.
– Мы успеем добраться? – решил нарушить тишину Леоф. В последнее время он начал всё больше говорить и всё меньше ворчать.
– Не сомневайтесь в моём кучере, юноша, – усмехнулся граф. – Он доставит нас ко двору минута в минуту.
Эдвас нисколько не преувеличил. Копыта четвёрки лошадей застучали по камням и затормозили, когда луна только взошла в небе. Один из лакеев подскочил к карете и, распахнув дверь, помог гостям выбраться.
Все окна замка были освещены тысячами свечей и факелов. По коридорам сновали слуги, пугая крыс и пауков.
Лилиит даже на секунду забыла о том, что они приехали сюда не развлекаться. Граф улыбался и неустанно сыпал шутками, вызывая на лице девушки улыбку.
Это было прикрытие.
А три тёмные фигуры маячили за их спинами, как тени.
Зал на втором этаже был освещён несколькими огромными люстрами и, вдетыми в крюки на стенах, канделябрами. Вдоль стен стояли длинные, накрытые скатертями, столы. Они ломились от блюд и графинов.
Между людьми скользили пажи с серебрянными подносами. Эдвас остановил одного и взял с его подноса два бокала с искристым вином, подал высокий фужер своей спутнице. Лилиит пригубила напиток, оставляя на стекле карминовый след от помады.
Макияж, нанесённый служанками графа, был несколько неудобен. Помада пачкалась, белена с лица иногда осыпались, а завитые и подкрашенные ресницы цеплялись за разрезы маски.
Людей в зале становилось все больше, музыка становилась всё громче. Лилиит сколько ни крутила головой, музыкантов увидеть не смогла.
– Что-то не так?
– А музыкантов иллюзией спрятали или я ослепла от краски для ресниц?
Солт усмехнулся и подставил девушке локоть. Они медленно двигались мимо накрытых столов.
– Ни то, ни другое. Этот зал построен одним очень известным архитектором, который не любил присутствие музыкантов на праздниках. Честно признаться, он был скупердяем и его раздражало, что гости время от времени кидали в тех монетами. Потому он спроектировал стену, которая не будет заглушать исходящий звук, а, наоборот, усиливать. Да и акустика в данном зале просто великолепная. В итоге гости не отвлекаются на музыкантов, а те не мешаются под ногами у важных особ.
– Вы не голодны, граф?
Эдвас кивнул в знак согласия и пара остановилась.
Лилиит оставила пустой бокал на столе и потянулась щипчиками к морским устрицам с лимоном. Графу не суждено было перекусить к нему тут же подошла дама в чёрном с высокой маской из перьев и чёрными волосами, которые были распущены и захвачены над ушами.
– Великолепная маска, – первой, не по этикету, начала диалог графиня Бурхе.
Но Солт не смутился, он прикоснулся губами к руке Аусиен и предложил той вина.
– О, а вы не познакомите меня с вашей дамой?
«Дама» только отложила щипчики для еды и выхватила с подноса, пролетающего мимо пажа, бокал с тёмным вином.
– Моя далёкая родственница, – начал Эдвас, понимая, что они не придумали имя, которое можно было бы говорить окружающим.
– Амэл, – Лилиит склонилась в глубоком реверансе, при высокородной. Этим жестом она указала на то, что её ранг в обществе многим ниже.
– Аусиен, – представилась графиня, слегка склонив голову, из чистого уважения к Солту и лёгкого любопытства.
Музыка начала постепенно затихать, гомон от разговоров заглушил её и тогда на возвышении в конце зала показался тот, в чью честь устраивали бал.
Косбан Йосфрин Рэвард нарочно медленно вышел вперёд, позволяя всем новым подданным рассмотреть его. Были тут также посолы из Фарлонда и Тэйгейта, молодому королю нельзя было ударить лицом в грязь.
На мужчине был шикарный тёмно-синий камзол, длинные узкие штаны и высокие сапоги. Косбан делал акцент на удобство в одежде, но длинный подбитый соболиным мехом плащ на одном из плеч слегка смазывал это ощущение.
Но не на одежду смотрели придворные дамы, а на лицо, практически не скрытое тонкой маской.
Точёный нос и скулы, ярко-зелёные глаза и смоляные, унаследованные от отца, волосы. Принц, а ныне король, производил неизгладимое впечатление на дам от пятнадцати до сорока пяти лет. Каждая мечтала, чтобы именно он обратил на неё своё внимание и подарил хотя бы минутку счастья. А в идеале, сделал своей фавориткой и осчастливливал каждую ночь.
Но Косбан всё не делал решающий выбор, чем до безумия нервировал всю мужскую часть высшего света. Увы, теперь они в его сторону даже пискнуть не могли.
Король сделал шаг, громко стукнув подбитыми каблуками, все взгляды устремились на него. Всё внимание было сосредоточено на словах Косбана. Не слушала его только Лилиит. Она, пока поворачивалась в сторону правителя, увидела Фециллу Дехасти и Шагрода Алемина, которые с интересом прислушивались к словам новоиспечённого короля.
Охотница почувствовала злость, что разевала пасть, а потом поймала взгляд Леофа, который смотрел туда же куда и она. Младший Дехасти мотнул головой и из последних сил перевёл взгляд на Косбана. Лилиит сделала то же самое, и только она знала каких усилий ей это стоило.
Речь молодого короля была короткой и лаконичной. Когда девушка смогла сфокусировать взгляд на правителе он уже принимал поздравления, подарки и дарил их сам.
– Шагрод Алемин, глава Ордена Теневых в городе Кэймор, подойди.
Мужчина странно посмотрел на Фециллу, словно боялся впасть в немилость короля, но ослушаться не посмел. Двигался он медленно, несмотря на то, что гости расступались перед ним, припускали вперёд. Шагрод остановился у возвышения, на котором стоял Косбан Йосфрин Рэвард и стал на одно колено. Не будь он рыцарем, то пришлось бы стать на два, и эта привилегия радовала мужчину.
– За заслуги перед королевством, нарекаю тебя бароном и выделяю личные земли на юге Айвории.
Правитель недоговорил, к нему, спеша на всех порах, подбежал юноша, упал в ноги и что-то залепетал. Король улыбнулся той улыбкой, от которой млели женщины, но гонцу она показалась оскалом смерти.
– Говори.
Юноша встал и что-то быстро залепетал на ухо Косбану. Лицо короля было словно вытесано из гранита. Лишь под конец доклада он усмехнулся.
– Своевременная весть. Сегодня в своей постели скончался глава Ордена Теневых. Почтим его память.
Зал разразился смехом. Эта традиция вызывала у Лилиит мурашки, но она смеялась вместе со всеми. Аусиен Бурхе казалась напряжённой, но, как и все, выдавливала из себя смех.
– Достаточно. – Косбан вновь стоял над молчаливой толпой. – Барон Алемин, с этого мгновения вы становитесь главой Ордена Теневых.
По залу прокатился шёпот.
Лилиит могла поклясться, что графиня Бурхе только что съела горсть плодов атоки. Женщина ещё с мгновение боролась с эмоциями, а затем повернулась к графу и его спутнице:
– Эдвас, Амэл, прошу меня простить.
Графиня так быстро скрылась в толпе, что охотнице даже показалось, что она владеет умениями демонов-нунаби.
К Солту тихо подошёл Гилиам. Его маска скрывала глаза и рот, оставляя открытым лишь нос.
– Что только что произошло? – голос его звучал глухо.
Эдвас расслабленно улыбнулся, отпил из бокала:
– Насколько я понял, графиня Бурхе недовольна новой главой Ордена.
– Какое она имеет к этому отношение?
Но ответ или хотя бы рассуждение на свой вопрос ему было не суждено получить, заиграла музыка.
Граф подал руку своей спутнице и повёл к центру зала, где уже начали свой танец первые пары.
Лилиит старалась не наступать на ноги Эдвасу и его вопрос застал охотницу врасплох.
– Как вам убранство дворца, Амэл?
Только по обращению она поняла в чём дело, тут же скорчила умилённую мордашку и залепетала:
– Чудесно, граф, никогда прежде тут не бывала и уже жалею, что не побываю.
– О, моя дорогая, – Эдвас закрутил девушку в танце, – кто знает, может нам ещё будет суждено потанцевать на следующем балу.
Человек, которого приставили следить за Солтом так не думал.
А праздник набирал обороты, король раздаривал свои земли, получал вассальные клятвы и неустанно заигрывал с дамами. Гилиам мог поклясться, что видел среди приглашённых свою бывшую невесту и в который раз порадовался, что маска скрывает его лицо.