Анна Минаева – Окольцевать ведьму (СИ) (страница 45)

Рэвис так же молча кивнул и жестом указал на софу, предлагая присесть.

— Я была у короля, — заговорила я, устроившись на подлокотнике и разгладив складки на красной юбке. — Ему пришло письмо из Конклава. Им известно о том, что Тефри нет в живых. Лиамарта настойчиво приглашают в гости и требуют от него ответа, что стало с советником.

— И что ты хочешь от меня услышать? — спросил мужчина, откинувшись на спинку софы и заложив руки за голову.

— Я хочу услышать твое мнение.

— Иными словами, — на губах шпиона проступила привычная хитрая ухмылка, — вы с королем не знаете, что делать в этой ситуации, и решили попросить совета у простого колдуна в моем лице?

Я клацнула зубами, вызывая очередную улыбку у мага крови.

— Да, — спустя мгновение призналась я. — Только не «мы». Лиамарт не знает о том, что я сейчас тебе это рассказываю и спрашиваю мнения.

— А с чего такая честь, ведьмочка?

На какую-то долю секунды я даже пожалела о том, что начала этот разговор. И в самом деле, какого ляда я, бывшая чародейка Конклава и советница аронского князя, иду за мнением к изгнанному принцу империи Шатхел? Что может человек, не видавший власти и дворовых интриг, посоветовать?

А потом, взяв себя в руки, я мило улыбнулась и ответила:

— Ну как же. Мы сейчас стоим плечом к плечу перед надвигающейся проблемой. Тебе хочется отомстить Конклаву не меньше, чем нам. Почему бы не посчитаться и с мнением простого шпиона.

Я умолчала о том, о чем начинала догадываться. Конечно, ему хотелось отомстить Совету Чародеев, но это была не основная задача. Как мне казалось, Рэвис планирует преподнести победу над Конклавом своему отцу и тем самым доказать ему, что именно он наследник и никто другой не имеет права на трон империи Шатхел.

— Хорошо, — мужчина зачесал пятерней мокрые волосы назад. — Начнем с того, что если у Феникса был настроен с кем-то из Конклава ментальный канал, то скрыть его смерть и придумать то, что советника отослали по какому-то срочному заданию чуть ли не в Бездонный Обрыв, мы не можем. И да, я уверен, что у него была связь с Советом. Письма, пусть даже отправленные магией, не так надежны.

То, что говорил мужчина, было понятно и без того. Но я не перебивала. Если уж он не отделался от меня двумя короткими фразами, значит, что-то все же придумал.

Послушаем-с.

— Я бы не советовал Лиамарту ехать. Они только и ждут этого, надеются на то, что у короля нет другого выхода. Но он есть.

Маг крови замолчал и отвел взгляд. А мне неистово захотелось его придушить за эти паузы в рассуждениях. Какой смысл тянуть василиска за хвост, если знаешь, как его победить?

— И что ты предлагаешь? — поторопила я его, теряя последние капли терпения.

— Найти сильного союзника и ударить первыми.

Я аж воздухом подавилась от такого заявления. Но Рэвис был серьезен и, не моргая, смотрел мне в глаза.

— Только не говори, — протянула я, — что ты имеешь в виду империю Шатхел, шпион.

— Именно ее, — мужчина был все так же спокоен, а вот его татуировка медленно начинала движение, словно чувствовала мое враждебно настроенное состояние.

Поджав губы, я качнула головой.

— Не думала я, что ты после всего, что пережил, решишь вновь появиться на границе империи. Да тебя ни то что слушать не будут, в землю живьем закатают, как нарушителя и беженца. Да что я тебе объясняю! — я резко встала с софы. — Если ты надеешься, что отец тебя простит только из-за того, что ты придешь к нему с историей о заговоре и планом действий о том, как можно попробовать уничтожить Конклав, то ты глуп!

— Ведьмочка, не горячись, — он, конечно же, улыбался. — Если ты решила, что это я делаю для себя, то глуп отнюдь не я. Знаешь, сколько веков Шатхел мечтает уничтожить Магию? Знаешь, сколько готовился к этому дню?

— Допустим, знаю, — я перебила шпиона. — Но какой тебе с этого толк? Это они хотят уничтожить Магию, но не ты. Ты жаждешь получить власть, вернуть себе трон, стать следующим Императором! И если ты сейчас стравишь Шатхел с Конклавом, то лишишься момента неожиданности, не сможешь внезапно появиться на родине и, к примеру, прирезать братьев и отца, — я взмахнула рукой, понимая, что мои догадки были не совсем верны, но недалеко ушли от истины. — Может, у тебя и созрел план гуманнее, но это не отменяет того факта, что тебе никак не на руку то, что ты только что предложил.

— Ты так мила, когда злишься и не можешь разобраться в творящемся вокруг, — Рэвис встал с софы. — Хочешь знать, чем я руководствуюсь в принятии подобного решения и выдвижении его в качестве выхода из сложившейся задницы?

— Нет!

Да, я сейчас лгала. Мне были интересны помыслы этого колдуна. Но злость и сожаление о том, что я вообще затронула с ним этот разговор, пересилили.

— И что теперь? — он скривился. — Отправишь своего короля на аудиенцию к Главе Конклава Чародеев? Думаешь, он вернется живым?

Меня резанули всего две фразы: «своего короля» и «вернется живым».

Ничего не ответив на этот выпад, я вылетела из комнаты шпиона, громко хлопнув дверью. Сыпать проклятиями на его голову перестала только тогда, когда налетела на Сару, поворачивающую из-за угла и несущую в руках стопку чистого белья.

— Себиатр!

Крутанув кистями, я успела поймать и девушку, и разлетевшиеся простыни у самого пола.

— Спасибо, госпожа, — она вновь обхватила объемную стопку белья, что зависла в воздухе, и постаралась мне улыбнуться.

— Что не так? — я уже не сдерживалась, заметив в эмоциях ученицы смущение и неловкость.

Сара вздохнула, но лгать не стала:

— Мне стыдно за то, что происходило сегодня в лаборатории. Я знаю, что вы видели. Хотела попросить у вас прощения. Обещаю, что больше не посмею смотреть на вашего… гостя.

Вот и наступила последняя ступень той лестницы, что звалась терпением. Почему сегодня все намекают мне на то, что я состою с кем-то в каких-то особых связях?

Вначале Лиамарт говорил странными словами. Я списала это на собственную бурную фантазию. Потом шпик с его «своего короля», а теперь ещё и Сара, которая надумала не пойми что.

Себиатр!

— Я тебя отпускаю, — проговорила я настолько спокойно, насколько смогла. — Я хочу, чтобы сегодня ты посетила мать и братьев. Провела с ними время до утра, а потом вернулась.

— Вы, — девушка всхлипнула, — прогоняете меня?

Сжав кулаки, все так же спокойно пояснила:

— Нет. В ближайшие дни у нас с тобой будет очень много занятий и тренировок, ты просто физически не сможешь навестить родных. Потому сегодня я даю тебе свободный вечер и ночь для этого. Поспеши, скоро уже закат.

— Д-да, — слезы в больших темных глазах просохли. — Хорошо, я вас поняла, госпожа.

— Абат уже ушла?

— Не знаю, я еще не дошла до кухни, — проговорила моя ученица, готовясь получить еще одно поручение. И не прогадала.

— Тогда первым делом отправься туда и передай ей, чтобы как можно быстрее завершала свои дела и отправлялась домой.

— Госпожа, можно я задам вам вопрос?

— Нет! Выполняй приказы!

Я все же сорвалась. От Сары пахнуло обжигающей обидой и болью, но виду она не подала. Лишь коротко кивнув, девушка резко развернулась и, сорвавшись с места, побежала в сторону кухни.

Себиатр!

Демонов день!

Пора принимать успокоительный отвар вместо бодрящего. Докатилась, ведьма.

Вздохнув, я прислонилась спиной к стене и спрятала лицо в ладонях. Нужно успокоиться. Еще немного, и я докачусь до истерики, как какая-нибудь придворная барышня, которой отказал в танце завидный кавалер.

— Нет, Мелис, — прошептала я, говоря самой себе, — сейчас тебе нужна холодная голова, как никогда до этого.

Но сказать было проще, чем сделать. Да и времени почти не оставалось. До момента, когда Лиамарт спросит мое мнение и захочет услышать ответ, остался вечер и ночь.

Рэвис предложил такое безумие, на которое ни я, ни король не пойдем. Но у меня еще оставался запасной план, к которому, если честно, я прибегать совершенно не хотела.

Но выбора не оставалось.

Немного успокоившись, я отвела ладони от лица, выпрямилась и возобновила свой путь, который лежал в лабораторию.

Абат уже покинула поместье, так же как и Сара, о чем мне любезно «сообщили» защитные заклинания.

В имении Мелиссы Аларад осталось всего два человека. Мы со шпионом не должны подпасть под влияние того, кого я сейчас собиралась просить о помощи.

Я не знала, какую цену мне придется заплатить Духу за выполнение желания, но оставлять мир в таком подвешенном на нитках состоянии было больше нельзя.

Кукловод покинул Конклав, но оставил там свои нити, за которые продолжали дергать другие колдуны.