Анна Минаева – Академия Галэйн. В погоне за драконом (страница 24)

Заняло у меня это не больше пятнадцати минут. Выразительно зачитав о том, как главный герой признавался в любви какой-то герцогине, а потом они вместе принимали горячую ванну, я подняла взгляд на преподавателя, ожидая его оценки.

Но мужчина молчал, смотрел куда-то вдаль и, кажется, представлял себя на месте одного из героев. Я прождала ровно семь минут, прежде чем тактично напомнить о себе тихим кашлем.

Преподаватель дернулся и посмотрел на меня таким взглядом, будто бы до этого никогда не видел. А через мгновение выдохнул:

– Хорошо. Высший балл за чтение. Перейдем к письму.

Книга вернулась к его владельцу, и теперь мне пришлось под диктовку записывать сцену о том, как вернулся законный супруг главной героини и как схлестнулись они с ее любовником в смертельной схватке.

Я выводила символы один за другим и очень надеялась на то, что для экзамена по арифметике мне не придется листать книгу и считать, скажем, сцены с поцелуями. А потом искать сцены интимного характера и вычитывать их сумму из суммы первых.

Где-то за этими размышлениями я и поставила кляксу. А потом мысленно дала себе подзатыльника и, стараясь не отвлекаться, дописала последнее предложение, в котором любовник побеждает законного супруга, а героиня в слезах соглашается стать его на века.

Отдав блокнот преподавателю, я повернулась к окну, ожидая, что проверка займет по меньшей мере минут десять. Но колдун провел рукой над несколькими исписанными листами и вернул мне тетрадь.

– Высший балл. Перейдем к арифметике.

В какой-то степени мне повезло, примеры не были связаны с книгой. Но с другой стороны, умение складывать, вычитать, делить и умножать преподаватель проверял тщательнее, чем умение читать.

Было такое чувство, что все математики из всех миров договорились и теперь считают, что именно этот предмет важнее всех остальных.

Задвинув всплывшие воспоминания с Земли, где мне довелось несколько лет отзаниматься в школе, а потом в университете, я вывела последний символ и передала блокнот мужчине.

– Хорошо, – спустя секунду отозвался он. – Вы сдали три экзамена, студентка Айрин. – Можете вычеркнуть их из списка обязательных предметов. Поздравляю.

– Спасибо, – я широко улыбнулась и загнала пробку в чернильницу. – Не подскажете, к кому стоит подойти, чтобы сдать экзамены по вэадонскому и монскому языкам? А то в списке преподавателей стоит прочерк, и аудитория тоже не указана.

– Я вам лучше нарисую, как туда пройти, – отчего-то вздрогнул колдун. – Но мой вам совет, студентка Айрин, не будите его до обеда. А лучше и вовсе придите глубокой ночью.

Нахмурившись, я наблюдала, как мужчина выводит на небольшом клочке бумаги какую-то схему, рисует на ней стрелочки с пояснениями, а потом проводит рукой над чернилами, чтобы те поскорее высохли.

– Вот, – он передал мне карту. – Вам туда, где стоит жирная клякса. На самом деле я поставил ее случайно, но разве пристало в таком признаваться преподавателям?

Я усмехнулась:

– Спасибо вам большое.

– Не за что, – отмахнулся мужчина, и от этого движения темный парик слегка съехал в сторону. – Скажите только, откуда у вас все эти знания? Ведь насколько я понимаю…

Он замолчал, стараясь как можно аккуратнее указать на мое происхождение.

– Я из обнищавшего рода, – мягко улыбнулась я, придумывая на ходу очередную правдивую ложь. – Потому воспитание я получила, а вот поступить сюда смогла только как простолюдинка.

– Прошу прощения, – колдун в то же мгновение посерьёзнел. – Надеюсь, что не нанес вам оскорбления, студентка Айрин.

– Вовсе нет, – я продолжала улыбаться, ужа сама понимая, насколько это фальшиво выглядит. – Еще раз спасибо.

Распрощавшись с преподавателем, я выдохнула и прислонилась к стене в коридоре.

С каких это пор мне стало так сложно лгать, глядя в глаза собеседнику? Раньше никогда не замечала за собой подобных реакций организма. Меня хоть магией проверяй – никто бы не сказал, что я где-то что-то утаила.

Сверившись с картой и той схемой, которую выдал мне сердобольный маг, вспомнила о его наставлениях и решила, что перед очередным экзаменом стоит вначале подкрепиться.

Столовая находилась на верхнем этаже жилого крыла, и отсюда идти до него было прилично. Но, следуя наставлениям колдуна, который мне только что поставил три «отлично», спешить к преподавателю иностранных языков не стоило.

Петляя по длинным коридорам, я добралась до восьмого этажа спустя полчаса. К этому моменту пустой желудок уже свернулся в маленький клубочек и ненавязчиво урчал, напоминая о себе.

Толкнув полностью стеклянную дверь, я оказалась в огромном – занимающем весь последний этаж – помещении. Через прозрачные стены виднелся густой лиственный лес, среди зелени пробивалась голубизной одна из рек. Над головой плыли тяжелые серые облака, которые вот-вот готовы были разрыдаться монотонным осенним дождем.

Но от холодных порывов ветра и редких ледяных капелек спасал литой потолок из тонкого прозрачного стекла.

В первый раз, когда я сюда попала, у меня перехватило дыхание от того, что даже та стена, на которой виднелось слабое очертание двери, была прозрачной. Конечно, это было сделано с помощью мощнейшей иллюзии, но чувство, что ты стоишь на открытой площадке, никуда не исчезало.

Белоснежные каменные столы, расставленные в хаотичном порядке, занимали практически все место. А там, где их не было, стояли огромные вазоны с высокими зелеными растениями. Деревца распускали в своих кронах большие яркие цветы, плющи ползли вверх по прозрачным стенам, создавая очередную иллюзию нереальности, а небольшие шарообразные кустики отгораживали часть столовой с преподавательскими столами на одного-двух человек.

Обосновавшись в углу и откинувшись на высокую спинку стула из светлого дерева, я улыбнулась, явственно чувствуя позади себя огромную пропасть. В солнечную погоду тут, наверное, будет жарко. Но сейчас именно то, чего хочется после напряженного утра.

– Приятного аппетита, – тихо пожелал невидимый хранитель столовой, материализуя передо мной глубокую миску с тушёными овощами и картофельным пюре. Через мгновение рядом появился глиняный стакан с объемным цветком на боку.

– Спасибо.

Я только сейчас поняла, насколько проголодалась. Схватившись за серебряную ложку с ручкой, украшенной витиеватыми узорами, зачерпнула овощей и отправила в рот. Пряности ударили в нос, жар опалил нёбо, а на глаза невольно навернулись слезы.

Но просохли они настолько же быстро, как и появились. А все потому, что в пустой столовой появилась парочка, направляющаяся к столу, за которым сидела я.

Высокий светловолосый парень в зелено-коричневой форме выглядел еще больше, чем при нашей первой встрече. Зачесав волосы назад, он стал походить на высокородного: узкий нос, брови вразлет, тонкие губы. Единственное, что отличало Джамаса от «голубой крови», – загар.

Он подталкивал в спину сестру, одетую сегодня в узкие темно-алые брюки и легкую золотистую блузу с глубоким декольте.

Фриза упиралась, но под натиском брата шла вперед и, кажется, шипела проклятия.

– Доброе утро, – парень отодвинул один из стульев и подтолкнул к нему сестру, а когда та заупрямилась, надавил на плечо, заставляя сесть.

– Доброе, – коротко бросила я, стараясь показать, что не намерена вести долгие беседы о погоде.

Перед родственниками появились миски с обедом, но Джамас не спешил приступать к трапезе:

– Айрин, ты ведь уже сдала экзамены по каким-то из обязательных предметов?

– Да, – я потянулась за стаканом и сделала глоток.

Прохладный травяной чай с нотками ягод дополнял вкусный и сытный обед. Пожалуй, повара тут самые настоящие волшебники.

– А что сдала? – настаивал на своем парень. – А то Фриза-то тоже кое-чему научилась в детстве, какой смысл-то посещать эти занятия?

– Я ведь уже сказала, – буркнула девушка, сложив руки на груди и игнорируя исходящие паром овощи. – На эти занятия я похожу с тобой!

– Не маленький. В няньке не нуждаюсь. – А потом уже обратился ко мне: – Айрин, нарисуй мне, пожалуйста, как добраться до преподавателей по обязательным предметам.

– Ладно, – я потянулась за сумкой, лежащей на соседнем стуле, и вытащила блокнот.

Фриза все это время прожигала меня злобным взглядом, хотя было понятно, что ее эмоции направлены не на меня, а на старшего братца, который пытался отказаться от ее помощи.

– Держи, – я выдрала лист и передала Джамасу. – Правда имя его я не помню, в расписании надо посмотреть. И да, к преподавателю по языкам лучше в первой половине дня не ходить.

– Спасибо, – парень широко улыбнулся, отчего на щеках проступили ямочки.

– Не за что, – допив чай, я встала из-за стола, бросила взгляд назад и, вновь почувствовав, как перехватывает дыхание от чувства обрыва, направилась к выходу.

Если вчера в это время в столовой людей практически не было, то теперь кое-где за столами сидели студенты, одетые в цвета факультетов. От яркости рябило в глазах, и потому единственное черное пятно за столом, придвинутым одной из сторон к прозрачной стене, привлекло мое внимание.

Парень отставил глиняный стакан и, словно почувствовав мой взгляд, повернулся.

Серые. Холодные. Цепкие.

Я дернулась, разрывая зрительный контакт, и быстрым шагом направилась к двери. Уже на ходу, доставая из сумки схему, нарисованную преподавателем, который вел слишком много предметов для простолюдинов, я услышала за спиной шаги.