Анна Михайлова – Княжий венец (страница 71)

Корчма в узеньком переулке оказалась небольшой, но уютной. Хозяйка сразу же вспомнила приметную гостью с фиалковыми глазами, что приходила с огневкой. Оттого и стол им нашла отдельный, у окна, и подавальщица вмиг принесла все самое лучшее, не успели они усесться.

- Ты здесь часто бываешь? – удивился Воят. – Эвон как тебя встречают.

- Нет. Это, наверное, из-за Леры. Ее все уважают, она же город от пожара спасла.

- Судя по накрытому столу – крепко уважают.

- Вот только мне теперь неудобно. Получается воспользовалась чужими заслугами.

- Не переживай, я заплачу за все. Расскажи лучше, что стряслось? Отчего у тебя глаза несчастные и потухшие? Может помочь чем смогу?

Тами невесело посмотрела в сочувствующие голубые глаза. Излучал он искренность, теплое, обволакивающее желание помочь, уберечь, заботиться. Как же вовремя он ей встретился. И так странно, что ему – малознакомому человеку, она готова выложить то, что гложет изнутри. Рука сама собой потянулась к мочке уха, привычно затеребив сережку.

- Смешно звучит, но все вокруг, как сговорились. Заставляют меня выйти замуж. За человека, которому, увы, я уже не нужна.

- Не понял? – нахмурился Воят, - это князь решил, что ты не нужна? Он же за тебя глотку готов был любому вырвать. Как это – не нужна? Быть такого не может!

- А вот и может! Сам мне это сказал, в глаза глядя. Как вспомню… - она зябко передернула плечами и отвернулась к окну. Никуда боль обиды не делась. Гложет изнутри, заставляя сердце обливаться кровью. Воят, глядя на нее, едва не взвыл. Боль ее острее собственной чувствовалась. А значит помочь ей надобно, пусть и ценой собственного разбитого сердца. Крепко помнил слова ее, что только от любви взаимной она жить будет. А значит – не бывать его надеждам, что вспыхнули от только что сказанного.

- Сейчас-то князь что говорит?

- Ничего, - она глядела в окно не поворачиваясь, - не говорила я с ним более. И так все понятно. Единожды предавший…

- Тами, - он все решился и взял ее руку в свои ладони, - мы все – люди. И все совершаем ошибки. Нас можно обмануть, ввести в заблуждение, запугать – все что угодно. Главное – уметь признавать свои ошибки.

- Вот в этом-то и загвоздка, Воят! – она резко повернулась и полыхнула на него глазами. - Он в своих, как ты говоришь «ошибках», не признался. Не по чину ему.

- А ты дала ему шанс? – мужчина хитро посмотрел на нее. Ох, и упрямцы оба! Словно по одному лекалу деланные.

- Ну знаешь ли! Еще выгораживать его начни, - вспыхнула валорка.

- Ты же знаешь, что я – последний, кто будет князя выгораживать. Давай так: хочешь проверить насколько ты ему безразлична?

- Это как? Что нужно делать?

- Нам – ничего. Сидим здесь и наслаждаемся едой.

- Не понимаю, - нахмурилась Тамирис.

- Ты – ешь. И нет-нет в окно поглядывай.

Глава 48.

- Что значит – пропала?! У меня хоромы или сарай дырявый? – взревел Велеслав, князь Миргородский, на весь рабочий кабинет. Страх потери любимой резанул изнутри, будто удар клинка.

- Я ее во дворе оставил, - насупился Джанибек, - она немного расстроилась и сказала, что хочет воздухом подышать.

- А стражу ты предупредить не мог?

- Моя сестра что – пленница в твоем дворце? – вспыхнул валорец.

- Скажи лучше – отчего она расстроена была?

- Не знаю, - пожал Джанибек плечами, - я просто сказал ей правду: что она должна будет выйти замуж. За тебя, между прочим! Иначе отец казнит нас обоих, ее и меня. Так что – скажи спасибо.

- Чего?!

- Так правда это, про казнь. По нашим правилам не должна ушедшая из дома невеста вернуться незамужней. Тем более – дочь кагана.

- Да как ты мог? После того, что я тогда наплел в сердцах, слова твои – ей нож в спину. Нельзя ее заставлять! Тем более – в таком серьезном деле. Естественно, она сбежала.

- Не могла сестра сбежать. Смерть моя на ее совести будет. Не допустит Мири этого. Может просто вышла прогуляться?

- Одна? Без денег и расстроенная? – скептически посмотрел на валорца.

- Что у вас происходит? – Драгомир вошел без стука, - орете так, что слуга за мной в Логово прибежал, урок сорвал.

- Тами сбежала, - князь устало опустился в кресло, - после разговора вот с этим дипломатом современности.

- На себя посмотри! Из-за одного кривого слова бросил любимую женщину.

- Ты…

- Ну-ка, успокоились оба, - холодно осадил обоих Драгомир, - где ты ее оставил?

- Во дворе, у крыльца. Мы там беседовали.

- Это там где подвода с Болот разгружалась? – поинтересовался волхв.

- Что?! – подскочил князь, недобро прищурив глаза. - Вот же охотничек! Голова, видать, шею натирает. На Болотах за Тами увивался, теперь сюда притащился, гаденыш. Убью! Стража! – рявкнул к двери – закрыть город. Никого не выпускать! Дружина, вся – по коням! Если он ее хоть пальцем…

- Подожди, Леслав, с тобой поеду, - волхв сразу понял, что озверевшего друга одного отпускать опасно, - вслепую искать долго. Я раскину поисковые заклятья, узнаем район. Так легче будет найти пропажу.

- Если она раньше за другого замуж не выйдет. Кому-то назло, - ехидно заметил Джанибек, получив убийственный взгляд синих глаз.

- Это мы еще посмотрим! А с тобой я еще не закончил. Что промеж тобой и Смиренкой произошло – ты так и не сказал.

- И не скажу. Наше это дело. Сами разберемся, - отрезал тот, - поехали, я с вами. Если сестра разозлится, я постараюсь ее остановить. Ну, или посмотрю, как ты с ней справляться будешь. Ни у кого ранее не получалось.

Воят в таверне развлекал ее неспешной беседой о селянах и своем путешествии в Миргород. Но отчего-то терзало беспокойство, заставляя нервно ерзать на стуле. Что задумал охотник? Поглядывала в окно, но там ничего особенного не происходило. Туда-сюда сновали люди. Болтали, смеялись, жизнь текла своим чередом. Из странного был только случайно подслушанный разговор. Практически у их окна встретились какие-то мужчины, по-видимому купцы. Разводили руками и горестно вздыхали:

- Нешто и вторые ворота тоже?

- Говорят – все до единого. На замок. И стража встала с бердышами.

- А почему закрыли, не слыхал?

- Да я почем знаю? Но сказали никому хода не будет. Деньгу даже не предлагать – едва в морду не схлопотал. Нешто беда какая стряслась?

Тамирис вновь вопросительно посмотрела на охотника. Тот, как ни в чем не бывало орудовал ложкой, поглядывая на нее с хитринкой.

- Все же не пойму, что ты задумал.

- Погодь маленько, скоро самое интересное начнется, - спрятал он улыбку в короткую бороду.

- А ну-тка, поберегись! – крикнули зычно за окном. Мимо процокали всадники в красных плащах старшей дружины. Плечистые, нахмуренные. Видать по важному делу. А спустя несколько минут прогарцевала целая кавалькада. И глупое сердце невольно дрогнуло. На крупном боевом коне, в синем плаще-корзно с красным подбоем ехал ОН. Такое одеяние только ему, правителю, дозволено носить. Густые брови нахмурены, твердые губы сложены в упрямую суровую линию. А ведь она не раз наблюдала, как эти губы складывались в умопомрачительную улыбку. Как упоительно целовали… Там, в прошлой жизни… Сейчас же Велеслав был все также захватывающе красив, но суров, как неотвратимое возмездие.

Мимо проехал, не заметив ее, полускрытую занавеской.

- Княже, - крикнул едущий на пол корпуса позади волхв, - я же не собака-ищейка. Район определил, а далее уже самим искать надо.

- Значит – обойдем все дома до единого. Если кто двери не откроет – ломайте. Оцепить квартал! – в низком будоражащем голосе звенел металл. А у нее дрожь по телу. И ведь не страх, предвкушение это!

Тамирис перевела напряженный взгляд на Воята. Тот безмятежно откинулся на спинку стула и заговорщицки хмыкнул.

- Ну и как тебе? Князь, который ну ни капельки в тебя не влюблен, самолично ищет пропажу?

- Он не хочет политического скандала, - насупилась Тами и повторила его позу, скрестив руки на груди.

- Ой, ли? Тогда он мог послать за тобой дружину, советников, того же Ведающего. А поехал искать тебя сам.

- Это ничего не значит. Зря ты это затеял. Может тебе лучше уйти, пока не поздно? Вы же Болотах враждовали. А сейчас его ничто не удержит.