Анна Мичи – Смертельный турнир (страница 18)

Вчера после животновода я так вымоталась, что даже не осталась посмотреть, как там другие. И зря. Линия, соединяющаяся с моей, вела к тщательно выписанному имени — Висперина Халлер.

Я зло щелкнула языком. Оказывается, эта дрянь тоже выстояла три боя. Интересно, честным путем? Или тоже применяла какие-то хитрые заклинания, разве что осторожнее, чем болван Хаунд? Впрочем, сегодня я это выясню.

Предстоящей схватки не боялась. Пусть Висперина и ар-теранна, клановая, пусть целители сильные противники, но я слишком много тренировалась с Хеном, чтобы проиграть первокурснице. Тем более у меня есть Хранитель.

Предчувствие легкой победы горячило кровь. Я представляла себе злобную гримасу на мелком личике и чувствовала дрожь удовольствия внутри.

Висперина натравила на меня Хаунда, с легкой душой отдала приказ избить Вейна, пыталась и меня поймать целой командой. Небось, думает, что все сойдет ей с рук. Воображает, что я не знаю, кто за всем этим стоит? Она у меня попляшет!

Глянув на другую половину турнирной таблицы, с радостным удивлением отметила, что Вейн тоже продвигается вполне успешно. Этак мы с ним и в финале можем столкнуться, и это уже будет серьезный бой. Вейн не чета целительнице-неженке. Вспомнила, как проиграла ему в дуэли на луках. К счастью, сражаться я буду не луком, иначе шансов бы вообще не было.

— Сатьяна.

Обернулась и увидела Имсена. Он казался встревоженным. Поманил и, не дожидаясь меня, отошел в сторону. Когда я в недоумении приблизилась, протянул небольшой круглый медальон на цепочке. Золотой, с защитным знаком на крышечке и рубиново-алым камнем в центре знака.

— Что это? — Взвесила медальон в руке, он был легкий, но испускал довольно сильный шлейф магии.

— Просто подумал, что ты не прячешь свой меч, а ведь он не простая безделушка. Рано или поздно кто-нибудь обязательно заметит. Не нужно привлекать внимание. Артефакт поможет изменить облик меча, не меняя сути.

В первый миг, хотела сказать, что меня уже научили прятать настоящую форму Хранителя, но потом подумала, что маскировочный артефакт — это же очень удобно, смогу использовать меч полностью, со всей эффективностью, а не на три четверти. К тому же медальон был красивый и сразу пришелся мне по душе. Но, помедлив, вернула его, вздохнув.

— Спасибо, но я не возьму. Дорогой подарок.

Имсен покачал головой, накрыв мои пальцы ладонью, заставил сжать прохладный металл.

— Если хочешь, можем считать, что даю его взаймы. Как будущему члену команды.

Я еще некоторое время сомневалась, но от такой заботы на душе стало теплее. Я ведь пока не сказала твердо ни «да», ни «нет», а меня уже считают частью команды. И это не было навязыванием — выбор оставался за мной.

И я кивнула. Ладно, хотя бы испытаю артефакт, а потом его в любой момент можно будет вернуть.

К слову, сам Имсен выглядел так, что хотелось позаботиться как раз о нем: глаза лихорадочно блестели, под ними залегли синяки, словно он не спал всю ночь.

— Ты в порядке? Выглядишь не очень здоровым.

Парень вопросительно вскинул брови, потом кивнул:

— Да, всю ночь снилась какая-то ерунда. Ничего страшного. Я уже выпил укрепляющий настой.

Ну да, конечно, он же целитель. Если что, сам себя вылечит или попросит сокурсников. Я снова посмотрела на артефакт. Покачала, любуясь алым огнем в рубине.

— Как им пользоваться?

— Достаточно повесить на шею, он сам все сделает.

Варр аккуратно вынул из моих пальцев цепочку и через голову надел мне на шею. Поправил, потом, покачав головой, убрал под воротник куртки.

— Спасибо, — отозвалась я.

Медальон мгновенно согрелся и ощущался маленьким солнышком.

— Не стоит благодарности. — Имсен улыбнулся, глаза засияли теплым медово-карим светом.

— Сатьяна! — От резкого окрика вздрогнула, и тут же между мной и Варром вклинился парень.

Узнав Карина, я оторопела. Он-то что здесь делает?

Насмин мельком резанул целителя недобрым взглядом, схватил меня за руку и молча потащил за собой. Я пыталась вырваться, но он сжимал крепко, почти причиняя боль.

— Мне нужно поговорить с тобой.

— А мне с тобой — нет! — крикнула, мгновенно загораясь обидой.

Карин, не реагируя, вел меня вдоль забора стадиона. Когда мы достаточно удалились от входа, остановился.

— Ты твердо решила? Пойдешь на межакадемические?

Он все еще держал меня за запястье, и я дернула руку. На этот раз он отпустил, привалился спиной к забору и смотрел на меня — уже не зло и враждебно, а пристально, ожидая ответа.

Отвечать не хотелось, я все еще пылала обидой. И за Имсена, на которого ни с того ни с сего окрысились, и за себя — я не кукла, чтобы таскать меня туда-сюда за руку. Да и отголосок недавнего не забылся, когда Карин сказал, что из меня не выйдет лидера команды.

И тут я услышала неожиданно мягкое и с щемящими сердце нотками вины:

— Извини. Я был не прав.

Изумленно выдохнула: ожидала всего на свете, но только не извинений.

— Не возражаешь против моего участия? — Он покачал головой. — И не считаешь, что я слаба? — Подозрительно сощурилась.

— Не считаю, — Карин слабо улыбнулся, — и никогда не считал. Прости, я просто разозлился. — Он протянул руку. — Мир?

Не торопясь ее пожать, внимательно вгляделась в прозрачные зеленые глаза и спросила:

— И что, никаких условий?

Карин на миг отвел взгляд, потом снова уставился на меня.

— Раз ты сама об этом заговорила… Когда межакадемические закончатся… поедешь со мной к нам? В клан? Познакомишься с моими родителями, другими родственниками.

Едва появившаяся улыбка сползла с моего лица. Закружило в водовороте паники. Домой к Карину? Я не готова. Мы ведь не настолько серьезно встречаемся. Вернее, не настолько долго, чтобы… и вообще это звучит как-то тяжело… Но ведь Карин извинился, пытается загладить размолвку. И не факт, что поездка к нему домой что-то значит. Не свадьба же, даже не помолвка. К тому же там будет Вейн. Это просто визит к друзьям, зачем сразу воспринимать как нечто значимое. А до лета далеко, многое может случиться.

И я кивнула.

Карин просиял. Поймал меня за руки, притянул к себе и, кажется, вознамерился поцеловать. Я оглянулась по сторонам, не желая, чтобы кто-нибудь нас видел, и напоролась на знакомый голубой взгляд. Ярен стоял у ворот и смотрел, как назло, в нашу сторону.

Отпрянула от Карина, как от грозящей поглотить меня пропасти, сама не понимая, почему так сильно колотится сердце.

— Извини, меня, похоже, зовут. Скоро мой выход, — затараторила, сама подалась вперед, легонько целуя Карина в щеку.

Он попытался удержать, но я выскользнула из его рук и со всей скоростью помчалась — нет, не к воротам, рядом с которыми уже не было Ярена, а к флигелю для участников.

На поле боя Висперина появилась в платье в пол. В роскошном, бежево-золотистом, словно собралась на бал, а не на турнир. Длинные светлые волосы поддерживал венец с крупным сапфиром надо лбом. Явно какой-то артефакт.

Оторопев от ее облика, глянула вниз, на ноги. Наверное, увидев туфли на каблуках, не сильно бы удивилась. Но нет, на ней были сапожки на плоской подошве. Правда, тоже изящные, перетянутые ремешками и украшенные меховой оторочкой.

Вот это нарядилась!

Понятно, что многие целители предпочитают сражаться на расстоянии, атакуя заклинаниями, ведь и в реальном бою чем дальше они от цели, тем меньше вероятность попасть под удар. Но наряд Висперины походил на вызов: мол, уделаю тебя, не подпустив ни на шаг. Обычно маги на турнир одевались просто и удобно, наверняка придется хорошо побегать и покрутиться. Неужели так сильно недооценивает меня? Даже обидно.

Дали сигнал, и я сорвалась с места, когда последние ноты еще не успели отзвучать. Однако сразу споткнулась: ноги переплели темно-зеленые лианы. Целительская магия. Не паникуя, ждала, пока она развеется. Нет смысла тратить заклинания, эти чары держатся недолго. Пока стояла спутанная, Висперина сплела атакующее заклятие, кинула в меня. Целительская магия не очень сильная, похожа на магию животноводов, так что я и ухом не повела. Только наблюдала за резервом, чтобы не обнаружить внезапно, что там уже на донышке. Едва «трава» истаяла, снова бросилась в атаку, но не успела и пары раз взмахнуть мечом, как снова запуталась в лианах, а Висперина, отбежав, читала заклинание.

Безрезультатные перетягивания каната продолжались с минуту. Я подбегала, наносила урон, с удовольствием наблюдая, как искажается от боли крысиное личико. Потом стояла в «траве», пока Висперина лихорадочно лечилась. Атаковать она практически не успевала, каждый мой удар сносил ее защиту полностью, и все что она могла — лечиться и ставить новые щиты.

Потом мне это надоело, я увеличила скорость и, не давая ей подлечиться, оказалась рядом. Она прошипела что-то сквозь зубы и вдруг улыбнулась. Это было так неожиданно, что я напряглась. Грядет какая-то подлость?

И когда Висперина подняла руку с явным намерением использовать какую-то мощную магию, я подгадала под этот момент одно из своих самых сильных защитных заклинаний. И ничего не произошло. Для Висперины это, похоже, стало сюрпризом. Голубые глаза расширились, рот приоткрылся от изумления. Она повторила жест — и снова без результата.

Опомнившись, я бросилась в атаку.

— Нет! Стой! — завизжала противница.

Ну да, конечно! Серебряное лезвие взмыло в воздух. Ударило. Потом еще и еще.