Анна Мичи – Чародейка Его светлости (страница 40)

— Я уже передала весть. Хайден всё знает.

Во взгляде Лина мне привиделось восхищение. Но в следующий миг он снова покачал головой:

— Даже если они знают, что мы можем противопоставить Маири-кассу сейчас, когда всё оружие вывезено из склада? Или ты знаешь, где оно хранится?

— Нет, не знаю. Но у меня есть одна мысль, и я уверена, что она сработает.

— Какая? — Лин нахмурился.

— Потом расскажу. Времени мало. Встань здесь, — я толкнула его к двери, так, чтобы открывая её, стражники не сразу его увидели. Активировала сигнальный амулет.

Лин намотал обрывки цепей на кулаки, но я помотала головой.

— Это не понадобится. Но постарайся перетерпеть... то, что тебе придётся почувствовать.

В его глазах появилось непонимание, но времени объяснять уже не было. В коридоре послышались шаги.

Я сосредоточилась.

Дверь отворилась, и я выпустила волну безумного, сбивающего с ног ужаса. Стражник пошатнулся, схватился за горло, захрипел. В воздухе разлился неприятный запах. Второй стражник, за спиной первого, закричал и пустился наутёк, падая и цепляясь за стенки.

Я очень старалась не задеть Лина, но когда обернулась, увидела, что он привалился к стене и прерывисто дышит. Рёбра его в бешеном ритме поднимались и опускались.

— Извини! Бежим, — я перехватила его за руку.

Слава богу, Лин тут же пришёл в себя. Помотал головой и помчался по коридору. Мы взобрались по лестнице, и с охраной у внешних дверей я расправилась точно так же, как с той, что внутри. Ещё немного безумного бега по коридорам, с распространяющейся вокруг аурой ужаса — чтобы никто не приближался, не смел даже попробовать нас схватить. Вылетев на внутренний балкон, тянущийся по периметру всего этажа, Лин остановился и кинул взгляд вокруг себя.

— Схватить! — раздался крик снизу.

Я послала туда волну, но их было слишком много. Похоже, вся дворцовая охрана была поднята на ноги. И у них была защита от магии. Топот множества ног заставил меня закусить губу.

Не сговариваясь, мы с Лином помчались по лестнице вверх.

Он, хоть и был в одной повязке, вспотел от бега, ручейки пота обливали спину и грудь. Я представила, как его израненной спине должно быть сейчас больно от солёного пота, и содрогнулась. Но времени останавливаться, искать ткань и обтирать раны не было. Мы мчались, как птицы, а дворец дрожал от топота преследователей.

Нам удалось немного затеряться в анфиладе комнат, но, оказавшись в очередной, мы поняли, что очутились в ловушке. В комнате не было другого выхода, кроме того, что мы вошли, и слегка приглушённо, но уже слышались голоса преследователей. Ещё несколько минут, и они будут здесь.

Зато в этой комнате был балкон.

Я испустила торжествующий вопль. На самом деле я хотела найти выход на крышу, но балкон — тоже отличный выход.

Закрыв дверь, попыталась придвинуть к ней диван — Лин помог. Схватив за руку, я потащила его на балкон. Здесь тоже — задвинуть занавеси, закрыть створки, чтобы хоть немного выиграть время, заставить их нас искать.

— Нас всё равно найдут, — сказал Лин.

— Знаю. Надо успеть. Слушай. Ты должен стать драконом.

Лин посмотрел на меня, как на безумную. Я изо всех сил сжала его руки:

— Ты сможешь! Ты потомок Великого Прародителя, в твоих жилах течёт его кровь! Если могли твои предки, можешь и ты!

Лин молчал, и я не могла понять, о чём он думает. Напрягла все силы, показывая ему то, что чувствую сама: жаркую веру в него, любовь, знание, что он справится. Воспоминание о том, как он ощутил в себе разум дракона.

— Ирри... — глухим голосом сказал Лин. — Я не могу. Даже если бы мог — а как же ты?

Я замотала головой:

— Со мной всё будет в порядке. У меня есть амулет Хайдена, помнишь? Я открою портал, как только ты улетишь. Поэтому обращайся быстрее, пожалуйста!

Он поверил. И я увидела, как полыхнула сильнее надежда — не просто полыхнула, а загорелась, как мощный факел, освещая его сердце, сжигая тревогу и страх. Лин кивнул. Выражение его лица изменилось: враз стало спокойнее и жёстче.

Он взглянул в небо, словно измеряя расстояние до него, глубоко вздохнул и закрыл глаза. Не отпуская его рук, я сосредоточилась, вливая энергию. Больше, ещё больше — всё, что я могла отдать, всё, чем дышала. Золотые и голубые линии вырывались из моих рук, формируя вокруг Лина огромный мощный костяк. Гигантская увенчанная рогами голова, пронзительный взгляд сапфировых глаз. Гребень высотой с трёхэтажный дом. Мощный хвост, удар которого сметёт отряд в двадцать человек. Кожистые крылья, что могут накрыть целый квартал.

Лин коротко поцеловал меня в губы, вскочил на перила и прыгнул в воздух. Вконец обессиленная, я упала на пол.

Крик потряс дворцовую площадь:

— А-аэ-эли-и-ин!

И в солнечных лучах над столицей Маири-касса взвился гигантский чёрный дракон. Он сделал круг над городом, словно насмехаясь, выпустил сокрушительный столб огня, мгновенно превративший белоснежный купол дворца в обугленную головешку. И устремился на северо-запад. В сторону Аэлина и неотвратимо приближавшейся к нему армии.

Деревянные створки за моей спиной разлетелись в этот самый миг. На балкон вылетел главный маг и стражники с мечами наголо. Я даже не смогла приподняться им навстречу.

— Ах ты маленькая тварь... — прошипел Румен, меряя меня полным злобы взглядом. — Взять её!

ГЛАВА 32.

Я никогда не была в темницах — в качестве заключённой. И не думала, что когда-то побываю. Слава богу, меня не били плетьми и не стали приковывать за руки к стене, как Лина, просто надели длинную цепь на лодыжку и оставили в одиночестве. Койки, как в Аэлине, тут тоже не было, зато было тонкое одеяло и пук соломы. Дрожа, я сидела на этой соломе, куталась в одеяло и думала, удалось ли Лину остановить армию.

В какой-то момент нервное перенапряжение сказалось настолько, что я начала видеть странные полубредовые сны. В них Лин в образе громадного чёрного дракона с сапфировыми глазами летел над дорогой, испуская огонь — и строй ломался, люди с криками кидались врассыпную, не слушая приказы командиров, пытаясь уйти от возможной гибели. Хайден сосредоточенно колдовал над хрустальным камнем не меньше метра в диаметре и, повинуясь ему, где-то далеко на юго-востоке, вставали волшебные туманы и мороки. Андирн заглядывал ему под руку, блестя любопытными глазами. Элле, сидя в моей комнате, вышивала, периодически выходила на балкон и тревожно всматривалась вдаль. Аэлин в моих снах встревоженно затих, ожидая нападения.

Не знаю, сколько времени я провела в темнице, но очнулась от того, что в коридоре послышались шаги и голоса. Узнав голос Румена, я подобралась и плотнее закуталась в одеяло.

Вот и настал мой черёд. Пытки? Или он удумает что-то ещё хуже?

Дверь заскрежетала, открываясь, и Румен, как и раньше, в длиннополой роскошной мантии, брезгливо морща нос, шагнул внутрь.

Я уже знала, что они что-то сделали с моей магией: то ли стены камеры имели защиту, то ли кандалы на лодыжке были сделаны из особого материала — но между мной и миром словно проложили глухую подушку. Я почти ничего не чувствовала и не могла воззвать к магии. Но даже без неё ощущалось глухое злобное торжество, с которым смотрел на меня Румен.

— Вот оно что, — сообщил он, возвышаясь надо мной. — А я-то думал, с чего залётной ивиканской пташке помогать аэлинцу.

Он наклонился и ловко схватил меня за волосы. Потянул вверх, приближая моё лицо к своему. Я постаралась не подать виду, что мне больно.

— А ты, значит, вовсе не ивиканка, так? Пригретая Аэлином змея, да? Он специально подсунул тебя мне? С-сука! — вместе с неожиданным ругательством он тряхнул меня и отбросил назад на солому.

Я ударилась плечом о каменный пол. Села, потирая ушибленное место. На Румена старалась не смотреть: было страшно. Без магии я стала отвратительно беззащитной.

— Боги! Из-за тебя всё пошло прахом! Но не думай, что мы не остановим это твоё чудовище. Мы сожжём его магией, нашпигуем стрелами. Разворотим пиками его брюхо, вытащим наружу вонючие кишки.

— Только попробуй подойти к нему и превратишься в горящий факел, — не выдержав, я оскалила зубы.

И получила наотмашь по лицу. Это было больно, я покатилась кубарем.

— Маленькая тварь слишком много разговаривает, — свысока заявил чародей, выпрямляясь. — Так и быть, расскажу тебе, что ждёт тебя. Твой дар мне нужен, поэтому я его из тебя вытяну. Смею уверить, тебе эта процедурка очень понравится. А потом я отдам тебя своим воинам. Если не придумаю кое-что получше! — он обернулся к охране. — Отведите её в зал жертвоприношений.

Отошёл к стене, наблюдая, как стражники грубо поднимают меня, снимают со стены цепь и пинками гонят к выходу.

Сердце дрожало в груди, как испуганный зайчонок, а ноги подкашивались от страха. Вытянуть дар... впервые слышу о таком. Учитывая то, что Имис, целитель из Скалистого Гнезда, неодобрительно отзывался даже о запечатании — скорее всего, вытягивание куда хуже. Но как бы я ни пыталась собрать крупицы магии, чтобы хоть как-то повлиять на стражу или на чародея — всё оставалось глухо.

Меня ввели в большой тускло освещённый подземный зал. В дальнем конце возвышался большой каменный стол... или нет, алтарь. Вокруг него горело множество свечей, сильно пахло воском. А ещё — древней, первобытной магией. Меня пробило даже сквозь заглушку.