Анна Мичи – Чародейка Его светлости (страница 33)

Золотые ленты спеленали лишь тело, черноволосая голова была бессильно откинута. Даже без сознания Лин оставался в состоянии полутрансформации: за приоткрытыми губами виднелся ряд острых клыков, а кожу покрывала чешуя.

— Уйдём отсюда, — сказал Хайден, транспортируя Лина и сам шагая к выходу. — Поговорим снаружи.

— А как же инициация?

Хайден покачал головой:

— Боюсь, ты её провалила. Не по своей вине, но всё же. У тебя было, похоже, слишком много гостей, чтобы ты смогла по-настоящему почувствовать единение с природой.

Я прижала ладони к щекам:

— И что же теперь?

— Теперь? Теперь остаётся лишь ехать в Маири-касс. Но об этом поговорим, когда он придёт в себя.

Я отметила короткое «он» вместо обычного «его светлость». То ли Хайдену было не до церемоний, то ли он не мог до конца назвать своим герцогом существо, которое вряд ли можно было считать человеком.

Выход оказался неожиданно близко. Благодаря про себя свою предусмотрительность, я вытащила из рюкзака запасную одежду и, отойдя за кустики неподалёку, переоделась. Царапины, которые оставил Лин, уже подживали — невероятно быстро, как будто им было уже дня три.

Вспомнив те огромные острые когти, я передёрнулась. И одновременно с лёгким, изумившим меня саму сожалением подумала, что Хайден появился чересчур рано.

Господи, Ира. Сумасшедшая. Появление Хайдена спасло твоё будущее, а ты жалеешь, что секс не состоялся.

Но внутренняя отповедь не имела успеха. Ладно уж, можно не врать самой себе — я хотела Лина. Безумно. Помнила про обучение магии скорее по инерции.

Но опять же — это, наверное, всего лишь влияние пещеры. То самое, что обостряет чувства, зацикливает человека на одной и той же мысли. Не появись Лин, я бы медитировала себе спокойно, даже не вспоминая ни о чём подобном.

Когда я вернулась, в центре полянки уже горел знак огня, а Хайден сидел у головы Лина и что-то напевал себе под нос, водя руками.

Я села рядом. С облегчением увидела, что грудная клетка Лина медленно, но размеренно приподнимается. Жив.

— Я могу как-то помочь? — спросила я у Хайдена.

— Сиди уж, — он махнул рукой и снова принялся колдовать над Лином.

Я смотрела на его лицо с закрытыми глазами, ещё покрытое чешуйками, и сердце сжималось от тревоги. Что если он не придёт в себя? Или уже не сможет стать прежним?

— Что с ним случилось?

Вместо ответа Хайден задал мне встречный вопрос:

— Что ты знаешь о Великом Прародителе?

Мне вспомнился чёрный силуэт дракона на фоне тёмно-синего неба. Глаза, пылающие сапфировой синевой, прямо как глаза Лина там, в пещере. Встопорщенный чёрный гребень — как те штуки, что торчали из его спины.

— Предок Лина? Дракон?.. — я не верила сама тому, что говорила. — Я думала, это символ. Иносказание.

Хайден покачал головой. Начал рассказывать, напевно, как старую легенду:

— Много веков назад Великий Прародитель спустился с небес и увидел красивую женщину. Полюбил её всем сердцем, и она полюбила его. Но они были слишком разными, чтобы быть вместе. И тогда Великий Прародитель взмолился богам, чтобы они даровали ему возможность быть с ней. И они снизошли, подарив ему способность принимать человеческий облик.

— Ты хочешь сказать, что это случилось по-настоящему. Дракон стал человеком, — глухо сказала я.

Хайден пожал плечами:

— Так или иначе, но род его светлости прямой потомок Великого Прародителя. Все дети Аэлин в той или иной степени происходят от Великого Прародителя, но в семье его светлости кровь первого предка сильнее всего. В этом есть и хорошие, и плохие стороны. Долголетие, крепкое здоровье, умение вести за собой народ, ум. И, с другой стороны — натура зверя, которая берёт верх в некоторых случаях.

Я поёжилась.

— Великий Прародитель мог менять облик, становясь то человеком, то драконом. — продолжал Хайден. — И я слышал, что его сыновья и внуки, в минуты сильных душевных переживаний, тоже могли принимать облик дракона. Я имею в виду — настоящего дракона, как того, чья статуя установлена над замком. Но через столько поколений... — он посмотрел на Лина. — Кровь должна быть сильно разбавлена. Я удивлён даже такой частичной трансформации.

— Он может... снова стать нормальным?

— Думаю, да. Это чудо, что в нём проснулась древняя кровь. Думаю, влияние Пещеры Жажды. Здесь он должен прийти в норму.

Я выдохнула. Расслабила руки, только сейчас заметив, что слишком сильно их сжимала, до боли. Снова взглянула на Лина, взяла его ладонь, переплела наши пальцы. Когти ещё оставались, но истончались на глазах. Наши руки были совсем разными: моя тонкая белая, какая-то непрочная, слишком нежная, и Линова смуглая, крупная, с красивыми сильными пальцами... оканчивающимися чёрными когтями.

— Неужели он мог стать настоящим драконом? — я представила дракона с горы над замком в той маленькой пещерке и содрогнулась.

— Нет-нет, что ты, — Хайден чуть не перекрестился. — Это невозможно. Говорю же, удивлён даже такой трансформации. Думаю, это влияние Пещеры Жажды, она снимает барьеры разума, а иногда может вызвать к жизни совсем потаённое.

Мы помолчали. Не знаю, о чём думал Хайден, а я думала о том, что произошло в пещере. Я бы солгала, если бы сказала, что мне не было страшно — но было что-то сильнее страха. Притяжение? Уверенность, что Лин не сделает мне ничего плохого?

Хайден вдруг заговорил:

— Рад, что ты в порядке.

Я невольно зарделась. Намёк на то, что, опоздай он на пару минут, и было бы поздно? Но Лин не собирался убить меня, он... собирался сделать кое-что другое.

— Вот только я уже не уверен, что не зря решил тебя обучать, — он кивнул на следы на моих плечах, оставленные когтями Лина. — Судя по тому, что я увидел... Мне начинает казаться, что я ошибся.

Я молчала, ожидая продолжения. Хайден взглянул на Лина:

— Обычно если они выбирают жену, то это навсегда. Собственно, это ещё одна причина, по которой я бы не хотел, чтобы вы торопились.

— Вдруг бы Лин женился на мне, а потом встретил бы настоящую любовь?..

Хайден уставился в пространство. Сумерки давно сгустились, и в полумраке его лицо было освещено только с одной стороны. Усмешка показалась мне горьковатой, когда он продолжил:

— Драконова кровь позволяет жить долго. Дед его светлости встретил супругу в довольно позднем возрасте... он уже был женат к тому времени. Чтобы жениться на своей избраннице, ему пришлось отправить герцогиню в монастырь... а сыновей от неё — убить.

— О боже, почему? Чем бы они ему повредили?

— Во-первых, он во что бы то ни стало хотел, чтобы престол унаследовал его сын от любимой. Во-вторых — это иррациональное, воистину звериное желание уберечь потомство. Потому что дракон считает своими только детей от своей избранницы.

— Звучит ужасно... почему же он женился, если не любил первую жену? И неужели нет способа определить, настоящие чувства или нет, до того, как жениться?

Хайден развёл руками:

— Может, сёстры Духа и ведают такой способ, но мне он неизвестен. А что касается причины... правителям очень часто приходится жениться не по любви.

Я помолчала. Значит, Хайден раньше думал, что у Лина только временная страсть ко мне, а теперь склоняется к мнению, что я на самом деле его избранница.

— И что же делать? Я не смогу учиться? — против воли я расстроилась.

Нет, мысль о том, чтобы выйти за Лина, уже не казалась мне безумной, но ведь всё равно пока ничего не изменилось. А что если я не его истинная любовь?

— Ну почему же нет... просто боюсь, вы не выдержите долго, вот и всё. Но пусть пока всё идёт своим чередом. Тебе придётся поехать в Маири, в столицу Маири-касса. Если первая инициация не удалась, вторую можно провести только там.

— Это королевство, которое воюет с Лином...

— Да, но тебя не должны заподозрить. Вот только тебе придётся ехать туда одной. Мы не можем дать тебе людей Аэлин в сопровождение, это будет равносильно тому, что мы встанем на главной площади Маири и закричим в голос: она из Аэлин!

— Хорошо, — я постаралась не показать неуверенности.

И тут послышался охрипший голос:

— Ирри не поедет в Маири-касс.

ГЛАВА 27.

Тело пса подо мной напряглось, чёрные уши навострились. Он прибавил шагу, словно почуяв конец пути. Совершенно верно — но для меня это было только началом.

Воины Аэлин во главе с Варреном сопровождали меня до пограничного пункта, по совместительству места перемещения. Дорога до столицы Маири-касса далека, несколько дней даже на самых быстрых собаках, поэтому решено было воспользоваться «воротами» — внутримировым порталом. «Ворота» соединяли небольшую деревушку на юго-востоке Аэлин — и примерно такой же небольшой город, но уже в Маири-кассе. Прибыв туда, я пересяду в местный почтовый экипаж, и уже на нём доберусь до Маири.

Лина мы убедили. Не скажу, что без труда и попыток шантажа, но убедили. Мне позволили провести инициацию в Маири, под строгой клятвой вернуться как можно быстрее и вести себя тише воды ниже травы.

Я согласилась и постаралась не выдавать тоску при мысли о разлуке с Лином. Это было какое-то безумие, всё моё существо требовало, чтобы я осталась, выбросила из головы бредни о чародействе, послушно вышла бы за Лина замуж.