Анна Мезенцева – Дело о чудовище с четвёртого этажа (страница 13)

– Видишь того типа? – Василиса ткнула в неопрятного мужика, приложившегося к бочкообразной кружке.

Одинцов посмотрел в указанную сторону. Сначала ему показалось, что широченный тип с ног до головы зарос свалявшимся мехом. Приглядевшись, он сообразил, что мех принадлежал косматой долгополой шубе, поверх которой мужик выпустил всклокоченную бороду схожей расцветки. Среди нечёсаных прядей свисали древесные сучки с ошмётками грязи, птичьи перья, засохшие листья и гроздья рябины. Вместо шапки на голове фолька красовалось что-то вроде гнезда из веток и мха.

– Это Леший, – прошептала Василиса в самое ухо. Жемчужная подвеска задела плечо. Дыхание, близкое и горячее, подействовало как стопка водки: обожгло и принесло ощущение слегка ускользающей действительности. Егор отстранился, чтобы не отвлекаться. Леший, между тем, в три глотка опустошил кружку, вытер усы и громко срыгнул.

– Организовывает пешие туры по тайге. Если потеряется кто из грибников, собирает поисковые отряды. У него дар – чует заблудившегося человека за десятки километров. А ещё умеет разговаривать с птицами.

– А в сказках с детьми контактирует? – поинтересовался Егор. – Похищает, пугает?

– Нет, вовсе нет. Может новичков запутать и по кругу поводить, но потом всегда отпускает. А с детишками дружит, показывает им земляничные поляны.

Егор почесал подбородок, на котором успела проклюнуться щетина. Сказки те давненько писались. Фольки переменили образ жизни. Любовь к детишкам могла повернуть в какую угодно сторону. А борода у Лешего подходящая: длинная, тёмная, с утончавшимся к низу замызганным кончиком. Но тут мимо прошла компания, заставившая забыть о любителе пеших прогулок.

Возглавлял компанию монстр. Уродливый, рогатый, с когтистыми лапами и торчащими из вытянутой пасти загнутыми клыками. Но наибольшее отвращение вызывал не зверообразный вид и даже не шлейф трупной вони, а то, что глаза существа закрывали невероятно деформированные веки: морщинистые, покрытые синими прожилками сосудов, обвисшие едва ли не до земли. Урод наловчился шагать, не наступая на путающиеся в ногах куски кожи, но в клубной давке ему приходилось несладко. Сзади и по бокам монстра сопровождали костлявые создания с вилами в руках, помогавшие товарищу проталкиваться через толпу.

– Вий, – с раздражением прошептала Василиса. – Нормальный фольк, но дико рассеянный. Постоянно забывает, что поражает взглядом.

– Фига се… – пробормотал Егор, поворачивая голову вслед чудовищу. – А кем он устроился в Верхне-Волчанске?

– В колл-центре работает, у интернет-провайдера. Помни об этом, когда в следующий раз захочешь поскандалить на горячей линии. Как считаешь, может он?

– Вряд ли, – подумав, с сожалением констатировал участковый. – На рисунке монстр изображался с открытыми глазами, без всей этой бодяги. А это кто?

– Где?

– Вон там, на диване.

Напротив ринга располагалась вип-зона из нескольких полукруглых ниш. В двух крайних портьеры были задёрнуты. В центральной оставался просвет, где виднелся неподвижный, очень худой и бледный человек. Лицо неизвестного выглядело до того измождённым, что больше напоминало обтянутый кожей череп. Но блёклые, глубоко запавшие глаза внимательно изучали происходящее. Возле жилистой руки с выпирающими суставами стояла стопка чего-то золотисто-коричневого, рядом лежал портсигар. Над коротко стриженой головой парила чёрная корона с острыми зубцами. Портьера тяжело колыхнулась от сквозняка. Егор успел разглядеть, что одет незнакомец был в нечто среднее между старинным камзолом и доспехами со стальными пластинами, загнутыми на плечах.

– Это Кощей, один из негласных лидеров нашей общины, – пояснила Василиса. В голосе прозвучало неподдельное уважение. – В сказках он повелевает царством смерти, а в миру создал сеть крематориев и похоронных бюро. Умный, опасный, ничего не забывает.

Последнюю ремарку Василиса могла не добавлять. Одинцов и сам был не дурак, да и за время работы в полиции научился разбираться в людях.

В нишу зашла женщина. Поздоровалась, троекратно облобызала впалые щёки повелителя смерти. Выглядела незнакомка даже примечательней Кощея: холёная, с гладкими медными волосами, разделёнными надвое полосой пробора. Каждый жест наполняла ленивая грация, обнажённые плечи укутывали меха. Голову украшал хищно изогнутый венец с одним, но очень крупным камнем по середине.

– Марья Моревна. Владеет охранной компанией из бывших силовиков. Кощей и Марья – вот с кем надо поговорить.

Пожалуй, что так. Окружившие вип-зону охранники преградили путь, но не успел Егор помахать удостовереньем, как Кощей велел пропустить гостей. Поднялся навстречу, первым протянул узкую белую ладонь. Рукопожатие оказалось крепким. После представления и обмена любезностями участковый вкратце объяснил суть дела. Марья Моревна, слушавшая с обманчиво-рассеянным видом, взяла протянутый листок. Кощей подал знак, и официантка в венке из кувшинок бесшумно подплыла к столику, поставив перед Егором чашечку кофе. Участковый подумал, не попросить ли бутерброд, но решил, что это несолидно.

– Слишком абстра-актно, – заметила Марья Моревна, утрируя гласные в жеманной манере. Передала рисунок Кощею, неопределенно помахала длинными пальцами. На безымянном переливался всеми оттенками ночи перстень из незнакомого металла. – Существо-о могло быть и не чёрным, и не красногла-азым. Ребёнок испуга-ался и воплотил свои страхи в наборе архетипичных черт.

Кощей повертел листок в руках и тоже не выказал признаков узнавания.

– К сожалению, не могу облегчить вашу задачу, товарищ сержант. Но, если потребуется, готов оказать всяческую поддержку. Подчёркиваю: всяческую. Выродок, убивший семью, должен понести наказание.

Участковый задумался, что имел в виду Кощей, напирая на слово «всяческую»? Интуиция подсказывала, что ответ предназначался не официальному лицу, стражу законности и порядка, а лично ему, Егору.

– А слово «метасказка» вам о чём-нибудь говорит?

Кощей и Марья Моревна переглянулись. Женщина пожала роскошными плечами, Кощей свёл к переносице бесцветные брови.

– Слышал краем уха. Вроде бы это сказка, чей сюжет можно собрать из отрывков других сказок. Не представляю, зачем кому-то этим заниматься. Сказок и так слишком много, со своими бы разобраться. – Он невесело улыбнулся. – Прошу прощения, начинаются бои.

Егор и сам понял, что разговор окончен. Большая часть зала погрузилась в темноту, свет прожекторов скрестился на ринге. Один луч, поменьше и потусклей, достался трибуне с микрофоном, куда для неясных целей положили баскетбольный мяч. Внезапно тот шевельнулся, подкатился ближе к краю и распахнул несоразмерно большой рот. Егора передёрнуло. А ведь был уверен, что после Вия его ничем не пронять.

– Это Колобок. – Покинув нишу вслед за участковым, Василиса начала протискиваться к рингу. – Пойдём, посмотрим.

Шар на трибуне басовито прокашлялся, размял губы и громким, хорошо поставленным голосом обратился к публике:

– Судари и сударыни! Дамы и господа! Рад приветствовать вас на ежегодных богатырских боях без правил!

В ответ раздались крики и хлопки. Стоявший неподалёку Леший потряс поленом над головой. Вий вполголоса упрашивал спутников поднять ему веки («Братцы… не видно ж ни хрена!»), но те вежливо отнекивались. Не желая рисковать, стоявшие напротив Вия фольки подались влево и вправо, образовав коридор.

– В правом углу, – начал Колобок, – действующий чемпион мира в тяжёлом весе, одержавший сорок одну победу нокаутом, самый перспективный богатырь года по версии журнала «Эпос» И-и-илья Муромец!

Зал взорвался аплодисментами. На ринг, приподняв цепи, шагнул раздетый до пояса здоровяк с курчавой бородой. Поиграл мышцами, издал зверообразный рык. Сударыни представление оценили, разбавив мужской гомон восторженным визгом. Голову Муромца облегал сверкающий шлем, по форме напоминавший репку. В руках богатырь сжимал огромную, усеянную шипами дубину.

– В левом углу – чемпион Сибири в первом тяжёлом весе, регулярный победитель богатырских боёв без правил, любимец женщин, А-а-алёша Попович!

К Муромцу присоединился светловолосый гигант с золотистой порослью на груди и шестопёром в руках. На голове богатыря сверкал такой же шлем луковкой, только с кольчужной сеткой, защищавшей шею, щёки и подбородок.

Сам бой показался Егору скучноватым. Богатыри, словно ожившие ветряные мельницы, по очереди замахивались и наносили друг другу сокрушительные удары. Череп обычного человека давно бы разлетелся даже не на куски, а на брызги киселя, но богатыри лишь утробно ухали и пыхтели. После особенно сильного удара Муромца пол на ринге треснул, Алёша Попович по щиколотку провалился в образовавшуюся щель. Толпа взревела, засвистела в два пальца. Видимо, это был один из кульминационных моментов боя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.