Анна Маслова – Я как в зеркала смотрюсь в других (страница 7)
– Ты? Позвонил извиниться? – с ходу начала она.
«Вот блин! Плохая идея была» – подумал Димка.
– Слушай, Насть, да, прости, не в форме был вчера, – изобразил он раскаяние.
– Не в форме? А ты хоть знаешь, как мне обидно было! Я так ждала этого, уговорила родителей на три дня раньше вернуться!
«Ну и чего она хочет от меня? Я ж извинился!» – Димка с раздражением прервал Настину речь:
– Да, понимаю. Прости, жаль, что так вышло. Слушай, тут это… Одно дело есть. Нужно адрес узнать Танин, передать кое-чего. Ее маме от моей.
– Чего? Передать от мамы? Ну, сам позвони ей. Или передай Виту, еще лучше!
Димка замялся.
– Не, лучше так. Слушай, в чем проблема, ты ж знаешь адрес!
– Знаю. Но не скажу! А сюрпризы ей пусть Вит устраивает, – заявила Королькова.
«Вот вредина!».
– Окей, пока. – Димка нажал «отбой». «Теперь она наверняка все разболтает Тане! Вот я тормоз!» – грыз он себя.
«Надо просто написать сообщение, и все! Причем сейчас» – ему было жаль письма, казалось банальным писать в мессенджере, но других вариантов он не находил.
Вытащил телефон и наизусть набрал слова, поскорее нажал «отправить».
Каждые пять минут он проверял телефон, но тот молчал. «Может она не успела прочитать, скорее всего занята, готовит…» – он представил, как Таня в белом фартуке лепит печенюшки. Или раскатывает вкусное тесто для пирога, а руки у нее в муке.
Наконец провибрировал долгожданный сигнал. Она? Да! Завтра? Встретиться и поговорить? Конечно, согласен.
Остаток дня он жил на автопилоте, в памяти то и дело вспыхивал ее ответ. Остальное шло фоном. К вечеру приехали трое его двоюродных братьев, две сестры – и дом наполнился шумом, смехом. Они все вместе уселись играть в любимую настольную «Или то». «Что бы вы предпочли: никогда в жизни не прочесть ни одной книги или никогда в жизни не посмотреть ни одного фильма?» – досталась Димке карточка, и все начали спорить, что лучше. В конце концов он отдал ее маме, которая заявила, что не читать для нее все равно что не дышать: не пообщаться через тексты со столькими людьми, не пережить все то, что описано в книге. И гораздо интереснее представлять самой, чем смотреть, как это сняли другие.
Достали игру «Доббль», и нужно было вытаскивать быстрее круглую карточку, где совпадает картинка. Димка сидел как в тумане и никак не мог найти, что же у него, а звонкая Кира кричала: «У меня дельфин!», хватая карту.
– Димка, ты чего выключенный такой? – заволновалась Дина, девятнадцатилетняя двоюродная сестра. Что он мог объяснить ей? Да, она бы поняла, но сейчас не время. Лучше просто ответить:
– Что-то устал очень, большой спектакль играли вчера. Ничего, каникулы уже – отосплюсь, отъемся, – успокоил он ее.
Наигравшись, все сели к столу, где уже стояли разные вкусности – запеченная курица с картошкой и сыром, хрустящие корзиночки с икрой, какие-то салаты, которые Димке не особенно нравились, и его любимый пирог с семгой. Фоном включили «Реальную любовь», что-то обсуждали, смеялись, а Димка, глядя на экран, подумал: «Что, если бы я пришел к Тане под дверь и на карточках написал ей все, как этот герой?» – и улыбнулся.
Без пяти минут полночь – по традиции – мама с бабушкой засуетились: скорее, открывайте шампанское, всем тихо, слушаем Путина. И Димка под звуки гимна смотрел на своих родных…
Утром первого января он проснулся раньше всех. Тихо прошел под елку, уселся с телефоном, написал Тане. «С Новым годом! Во сколько и где встретимся?». Наверняка еще спит, зачем тороплюсь?
«Спасибо, и тебя с наступившим! Давай в 15.30. у входа в парк, сможешь?» – надо же, быстро прилетел ответ. Видимо тоже ранняя пташка – улыбнулся Димка.
«Да, конечно. До встречи!». Надо что-нибудь подарить Тане – небольшое, особенное, именно для нее. Он вернулся в свою комнату, стараясь не разбудить братьев, тихо зашуршал свертками, которые вчера толком и не рассмотрел. Внезапно, развернув небольшой серебристый пакет, увидел и понял, что это будет.
Днем он вышел на улицу. Снег перестал падать, выглянуло солнце, мягко подсвечивая золотом одетые в шапки деревья. Наступающий год казался ему чистым листом. Что они с Таней напишут на нем? Почему-то он был уверен, Таня выбрала быть с ним, и при встрече это скажет. Он вспомнил ее взгляд, объятия на репетиции. Все это было искренне, невозможно так сыграть.
На земле виднелись блестки и конфетти от вчерашних фейерверков. Димка заботливо нащупал сверток в кармане, ускорил шаг. У входа в парк увидел фигурку Тани в коричневом пуховике. Она смотрела на дорогу. «Сейчас она бросится ко мне, как Леонсия, и обнимет». Но нет, Таня спокойно стояла на месте.
– Привет, – она чуть улыбнулась.
– Привет! – Димка не знал, улыбаться или нет. Он вдруг смутился. С чего начать?
– Дим… – проговорила Таня своим мягким голосом, отводя взгляд. – Слушай, не буду тянуть. Вчера я получила твое сообщение, попыталась ответить, но не смогла. Решила, лучше при встрече.
Она остановилась, видимо подбирала слова.
– Знаешь, для меня важно, правда, то, что ты написал. Ты для меня как… – она запнулась. – Ну, мне нравится общаться с тобой, а еще… у меня нет старшего брата, а я всегда хотела, чтобы был. Вот такой, как ты.
Она говорила медленно, будто взвешивая и заворачивая в оберточную бумагу каждое слово, чтобы оно не слишком кололось.
«Нравится общаться…» – повторил он про себя, примеряя. «Как старший брат».
– Ты очень хороший, честный, похож на героя из книги. Иногда мне кажется, что и я тоже. И, Дим… я бы хотела быть с тобой друзьями. Так это глупо звучит, но правда. А еще – чтоб вы с Витом тоже оставались друзьями…
«Да что ты? Друзьями, говоришь? – закипело внутри у Димки. – И за Вита успела побеспокоиться? Значит, с ним ты будешь встречаться, а со мной, таким хорошим, честным и надежным, дружить? Или ты просто боишься меня обидеть, поэтому так расхваливаешь, а на самом деле выбрала Вита? Но почему, чем он лучше?»
Мысли Димки стучались, просились высказать их. Но он решил не говорить лишнего.
– Да… – помолчал, вздохнул. – Ну, что ж. Боюсь, я не смогу стать просто другом, потому что… ну, я написал. Но если вдруг понадобится моя помощь – обращайся.
Как будто кто-то посторонний аккуратно произносит слова. Сам бы он схватил ее, сжал в объятиях, крикнул: «Почему?!! Скажи, что все это неправда!!!», докричался бы до настоящей Тани. Зачем она вечно такая правильная, мягкая, никого не хочет задеть и обидеть?
Таня тепло и грустно взглянула на него.
– Димка… Спасибо тебе. И за то, что тогда врезал Рыбкину – тоже, я так и не сказала. И прости… – она посмотрела под ноги, потом – прямо ему в глаза.
«Прости». Он почувствовал себя участником какой-то тупой мелодрамы. Сейчас надо ответить с печальным взглядом: «Да, конечно, я понимаю…». Но он не понимал, не собирался это понимать и с трудом сдерживал себя, чтобы не заорать. Что-то удерживало не рубить ту ниточку между ними, которая еще была. Была ли? Он засунул сжатый кулак в карман и уперся во что-то. Вытащил сверток – чуть не забыл ведь.
– Ну, держи, друг, – горько усмехнулся он. – С Новым годом.
– Ой, зачем, – Таня виновато улыбнулась. Замялась, но все же протянула руку в белой варежке.
Из всех своих подарков он выбрал маленький блокнот в коричневой коже, украшенный какими-то древними буквами. Леонсии он бы очень подошел. Неважно, пусть делает с ним, что хочет.
Он скорее попрощался и побрел вниз, среди серых домов, по знакомым улицам к набережной – на простор, где гуляет ветер. В груди было пусто, как будто там зияла дыра – большая, ничем не заполненная. Он представил, как сквозь эту дыру свистит ветер, и кто-то может увидеть через нее дорогу, машины. А сам он не чувствует в этом месте ничего. Вот бы так и жить – спокойно, пусто. Он машинально двигался, как сквозь вату. Наконец вышел к Оке, широкая заснеженная гладь лежала перед ним. Пробрался по сугробам, уселся на берегу, поглядел на солнце, медленно заходящее за горизонт, на проталины у берега – никак не замерзнет по-настоящему река. Последний луч моргнул и скрылся за темной каемкой холмов и города на той стороне. Димка не двигался, будто прирос к снежному берегу, и не чувствовал холода.
Таня Иванькова
– Вот блин, – проворчала Таня. Она замучилась с этими волосами – уже минут пятнадцать стоит перед зеркалом и пытается то заплести их, то заколоть. Такими темпами она опоздает на первый урок, и что скажет? «Простите, Ирина Львовна, мне просто хотелось сделать красивую прическу, чтобы Вите Смирнову…» – она фыркнула. Что Вите Смирнову – понравиться еще больше? Глупость!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.