Анна Маркова – Чёрт, я изменила мужу! Как полюбить себя, если не любят в отношениях (страница 2)

Меня не принимали ровесники, и во взрослой жизни моим главным страхом стал именно страх отвержения. Поэтому мне до сих пор сложно заводить новые знакомства и общаться в социуме, я по-прежнему боюсь быть тем самым отвергнутым ребёнком. Боюсь высказывать собственное мнение. Боюсь быть неинтересной очередному собеседнику, а ведь на любую тему у меня есть что рассказать, уж поверьте. Я не хвастаюсь, но у меня достаточно богатый внутренний мир. Отсутствие в детстве друзей всё-таки не прошло бесследно.

Сколько себя помню, я всегда вела дневники. Ведь больше рассказать свои мысли было некому. Отсюда и родилось пристрастие к письму. Лучшими друзьями для меня были пожилые люди, которым я всегда любила помогать. С ними мы как никто понимали друг друга. И именно от них я узнавала то, что не прочитаешь ни в одной книге, они же рассказывали мне, какой должна быть настоящая любовь.

Впервые со мной «согласился» дружить мальчик, когда мне было 11 лет. Почему я написала «согласился»? – да потому, что так оно и было. Старшая сестра моей одноклассницы сжалилась, видя, в какой непростой ситуации я оказалась, и попросила своего одноклассника дружить со мной. Вот он и согласился. Но было одно условие: наша дружба должна быть тайной!

Смешно ведь, правда?

Но ещё смешнее то, что в 22 года меня дёрнуло выйти замуж за этого мальчика и я родила от него дочку. То есть я вышла замуж и родила от человека, который скрывал дружбу со мной в школе и с которым к тому же у меня был секс по пьянке на выпускном. Этот парень решил начать отношения со мной после того, как я окончила институт, чтобы жениться на мне и с помощью меня решить все свои многочисленные финансовые проблемы. Но я забегаю вперёд. Хотя читатель наверняка догадался, что с самооценкой у меня были явные проблемы. Поэтому я всегда принимала внимание мужчин, которые хоть немного мной интересовались.

И мне было совершенно плевать, что мной пользуются, что этот фальшивый интерес кончится, как только мужчина возьмёт от меня то, что ему нужно. У меня тогда попросту не хватало мозгов, чтобы правильно оценить возможные последствия такого легкомысленного поведения. Единственное, что было для меня главным тогда, – это получить столь необходимый кусочек внимания, нежности и ласки. А какую цену с меня спросят, было неважно. Я решала вопросы по мере их поступления.

Ведь каждый понимал: прежде чем получить от меня желаемое, сначала нужно дать нечто, необходимое мне. А потом сделать так, чтобы я пришла за новой порцией и принесла то, что от меня хотят. В моей жизни были и мужчины, которые в открытую говорили, что я нужна для определённых целей, только не открывали мне секрета, для каких именно. Мной пользовались в открытую, и меня это устраивало, лишь бы избежать одиночества! Лишь бы не быть отвергнутой.

Со временем из-за травмы отвержения, как это называют психологи, у меня выработалась своя модель поведения. Я старалась всячески избегать конфликтов и всегда шла всем на уступки даже в ущерб себе, никогда не отстаивала своё мнение и до сих пор этого делать не умею. Я всегда соглашалась с чужим видением мира и делала это для того, чтобы угодить человеку. У меня часто занимали деньги, потому что знали: я не наберусь смелости спросить, когда мне вернут долг, а если спрошу, то моему общению с должником придёт конец! Не понимаю, почему я держалась за такое окружение!

Мне было крайне важно, чтобы у людей формировалось обо мне исключительно положительное мнение, чтобы они любили и принимали меня такой, какая я есть. Причём я тщательно скрывала это своё стремление и всегда твердила, что мне совершенно плевать на чужое мнение. Я всегда подстраивалась под конкретного человека, чтобы быть нужной и полезной; забывая про свои потребности, пыталась угодить абсолютно всем. Поэтому мне до сих пор в отношениях сложно быть собой настоящей. Мне кажется, что я так и не перестала играть чью-то роль и жить чей-то жизнью.

Я привыкла быть отверженной и понимала, что сама виновата в этом, раз позволяю так с собой поступать. Если с кем-то не удавалось найти взаимное понимание, договориться, я обязательно винила себя. Так появилась уверенность, что настоящую меня никто не сможет полюбить, поэтому всю сущность я спрятала глубоко внутрь себя и смогла показать её лишь одному человеку, о котором и пойдёт речь в этой книге.

Со временем ощущение, что я никому не нужна, стало привычным. Раз за разом проживая чужие жизни, я сливалась с людьми, которые не приносили мне ничего хорошего. Я становилась их отражением и полностью попадала в зависимость от отношений. Меня очень пугало одиночество, потому что, уверенная в своей несамостоятельности, я не чувствовала себя в безопасности, оставаясь одной. И никогда не путешествовала без компании, потому что боялась задать чужим людям элементарные вопросы – вдруг обо мне плохо подумают, сочтут меня тупой или просто наглой? Вот так дико меня пугала негативная оценка людей.

Часто сравнивая себя с другими, я понимала, насколько ничтожно моё существование, насколько мало я приношу в эту жизнь, насколько бесполезна окружающим. Поэтому я видела себя в профессии, которая так или иначе нужна людям. Я старалась всем помогать, чтобы меня заметили и похвалили. Но просто похвалы мне было недостаточно, я всегда стремилась доказать людям, насколько значимое дело я для них делаю. Мне просто необходимо было чувствовать себя важной составляющей чьей-то жизни. Поэтому я постоянно кого-то спасала, кому-то помогала, но опять-таки люди благополучно использовали меня. Единственные существа, которые не пользовались моим рвением помогать, – это бездомные животные, которых я до сих пор с удовольствием кормлю на улице.

Для меня страшнее всего было не оправдать чьих-либо ожиданий. Скажу вам, с таким страхом крайне трудно жить. Я была вечно зажатой, боялась людей и опускала глаза, и у меня вырабатывалась куча комплексов, с которыми я жила буквально до недавнего времени.

Я принижала свои успехи, а, поверьте, даже на пике своей карьеры мало кто может похвастаться такими же достижениями. Даже когда приносила своему предприятию несколько десятков миллионов за одну сделку, я и тут умудрялась чувствовать себя бесполезной. Ведь не сделано ничего сверхъестественного, ничья жизнь не спасена, я всего лишь заработала деньги.

Более того, когда меня хвалил самый авторитетный человек в моей жизни, мой отец, я всячески старалась уйти от разговора, переключиться на другую тему. Вы не поверите, но и за его похвалу мне было стыдно. Я считала, что мои действия и достижения не заслуживают награды, они не стоят того, чтобы о них говорить.

Считая себя дефектным ребёнком, я пронесла комплексы во взрослую жизнь, они расцвели буйным цветом, тараканы умножились, и началось отвержение и обесценивание себя как личности.

Так вот, именно тогда, в детстве, в моей голове укоренилось одно равенство: «нет рядом мужчины = дефектная девушка». Это убеждение преследует меня на протяжении всей жизни. Оно как клеймо, от которого так трудно избавиться. И даже когда с моей внешностью всё стало более чем в порядке, я по-прежнему боялась остаться без мужчины, потому что не хотела испытывать стыд и опять считать себя дефектной.

Моя история научила меня принимать свою внешность, любить себя и свою уникальность. Ничто в нашей жизни не происходит просто так. Ни один человек не приходит в неё, не неся при этом определённой миссии. Кто-то приносит в нашу жизнь сказку, кто-то, наоборот, делает её невыносимой. Уверенность в собственной ценности не должна зависеть от того, что о нас думают окружающие.

Немного о родителях

Наверное, трудно быть отцом и жить в постоянном страхе, что однажды твоя дочь встретит парня своей мечты. Или, наоборот, никогда никого не полюбит.

Как я уже сказала, с самого детства единственным моим другом был дневник. Я фиксировала каждый прожитый день, пока мама не прочитала мои записи от корки до корки. То, что я тогда испытала, я не пожелала бы никогда и никому. Все мои мысли, все мои чувства я облекала в слова и прятала в том дневнике. А когда выяснилось, что всё это прочитала мама, я почувствовала себя голой перед всем миром. Меня вывернули наизнанку. Не осталось ничего сокровенного, что принадлежало бы только мне. Такого унижения я не испытывала, даже проходя мимо толпы мальчишек, которые вечно выкрикивали оскорбления мне вслед.

Я с детства не могла похвастаться доверительными отношениями с мамой, но после этого случая связь с ней была утрачена навсегда, и, к сожалению, мама до сих пор этого так и не поняла.

До сих пор между нами нет отношений, какие бывают между подругами. Мы не доверяем друг другу секреты, и мама сильно обижена на меня за это. Но как бы я ни старалась, как бы мне ни хотелось порой поделиться с ней самым сокровенным, я понимаю, что у этого человека не найду понимания, ведь мама никогда не поддерживала меня и по большей части осуждала. А если осуждала, значит, отвергала меня и мои действия.

Думаю, вряд ли кто-то из вас захочет открыться человеку, если будет уверен, что его осудят.

Она всегда была со мной холодна и редко говорила, что любит. Всю нежность я получала от папы, который тем не менее держал меня в «ежовых рукавицах». Он не доверял мне и всегда опасался, что я могу попасть в какую-то передрягу. Папе неинтересны были мои увлечения, он всегда считал, что лучше знает, что мне нужно, а что нет. Его чрезмерная опека не могла не наложить отпечаток на мою жизнь.