Анна Мария Роу – Когда мертвые говорят (СИ) (страница 44)
Тело затекло от неудобного положения. Спать в одежде никогда не стоит. И не отдохнешь, и видок будет далеко не аристократический.
Но не это главное.
Оливии рядом не было. Исчезла, словно ночное сновидение.
Настроение резко упало. Он чем-либо ее обидел? Опять что-нибудь себе надумает? Найти и поговорить.
К тому же бабушка, как она? Сигнальные артефакты молчали, значит, с ней все в порядке. Иначе могла бы и «позвать». Флоренс? Несостоявшаяся преступница также «спала» в сине-зеленых магических оковах в соседней гостевой спальне, запечатанной от всяких неожиданных гостей.
Побив все рекорды времени по приведению себя в приличный вид, колдун вышел из комнаты и в коридоре наткнулся на леди Стивенсон. Капитанская вдова окинула его презрительным взглядом. И проще было искоренить пиратство в восточных морях, чем обойти эту женщину-гору.
— Вот ты где! Идем чай пить!
— Мне нужно…
— Леди Милли уже там. — Маргарет умела не слышать собеседника. — Любезничает с Рэймондом. Пошли быстрее. А то испортит ему настроение, весь день спасу не будет!
Она схватила мага за руку и потащила в столовую, по дороге бурча про погоду, что буря стихает и к вечеру, а может, даже и к полудню уже можно будет добраться до городка. А железнодорожные пути чистят регулярно и быстро.
Им навстречу попались Элиф и Эмилия.
— Да брось ты эту гадость, — хныкала светловолосая. На ее кукольном личике читалась усталость, раздражение и какая-то вселенская покорность тому, кто сильнее и готов принимать решения. — Мы всю ночь вокруг да около ходим и даже до двери не дотронулись.
— Это магия, детка, — отмахнулась ее кузина. — А на любое колдовство можно найти управу.
— Ну, Эми… — не переставала канючить Элиф.
— Последний раз попробуем, и все! И — на завтрак, как и полагается приличным юным, что б их, леди!
Завидев Маргарет и мага, девушки спешно свернули в какую-то маленькую гостиную, притворившись, что их там ждут неотложные дела.
В столовой големы раздвинули шторы, поменяли скатерти и теперь споро сервировали завтрак. За огромными арочными окнами все так же мела метель. За серо-белой завесой угадывались очертания старых деревьев парка.
Во главе длинного стола сидел Элингтон, недовольный, небритый, в вечернем смокинге. Видно, спать он ночью не ложился. И утро добрым не считал. На противоположном конце сидела леди Миллисент, перед ней стояла огромная чашка чая и тарелка с незамысловатыми бутербродами. Киану удовлетворенно хмыкнул. Брошка, пять колец, три цепочки и семь подвесок. Еще браслеты, а в ридикюле наверняка лежат ручки, блокноты, закладки и все остальное. На скромный семейный завтрак сивилла надела все защитные артефакты, что у нее были с собой.
— Счастливого Рождества! — брякнул колдун и тотчас понял, что сказал глупость.
— Не в этом доме! — спасла его рыжую голову от расправы леди Маргарет, потащив к столу поближе к бабушке.
Оливия вошла под руку с Моро. Рядом летел насупившийся Эд, размахивая карманными часами на длинной цепочке. Привидение было чем-то недовольно, но молчало. Такое поведение неупокоенного духа уже само по себе можно считать подарком!
В первый миг у Киану отлегло от сердца. Она просто ушла переодеться. Привести себя в порядок. Ему ведь пришлось разрезать корсет, да и платье то, вечернее, выглядело бы неуместным и слишком помятым. Ничего она себе не надумала, не сбежала, просто не решилась его разбудить. Вот же она здесь. Прекрасная и свежая, как весеннее утро. С легким румянцем. С непослушной прядкой, выбившейся из простой прически. В платье ч
Он видел такое в модном журнале. Когда сопровождал бабушку и ее потенциальную преемницу к модистке. Они задержались, и телохранителю пришлось рассматривать газеты и журналы. Вот уж не догадывался колдун, что быть красивой — это целая хитроумная наука.
Но Моро… От ревности хотелось рычать.
А еще маг четко стал понимать разницу между вожделением, с которым его братию учили иметь дело, и тем, что может перерасти во что-то большое и светлое. Когда доверяют.
Рыжий отошел от бабушки, приблизился к Оливии, пробормотал что-то милое, взял руку девушки как для поцелуя. Склонился, не отрывая взгляд от огромных темных и немного смущенных глаз любимой. Спросил едва слышно:
— Позволишь?
Та робко кивнула.
Покраснеть уже не успела.
Киану притянул ее к себе. Пробежался пальцами по бархатистой щеке, подцепил подбородок и поцеловал. Легко и нежно. Но чтобы никто не сомневался, что поцелуй совсем не братский и намерения далеко не дружеские.
— О tempora, о mores…[1] — пробурчал Моро, усаживаясь рядом с леди Мак-Грегор и расправляя белоснежную льняную салфетку. Из куска ткани вылетела моль. Темный брезгливо отмахнулся от насекомого.
— A posse ad esse non valet consequentia![2] — не осталась в долгу старушка. Она что? Плохо своего внука воспитала? Так сам бы и муштровал!
Моро отсалютовал ей чашкой с чаем.
— Ты сейчас собираешься есть? — не выдержал призрак.
— А что? — ответил ему Темный вслух, нимало не заботясь о реакции тех, кто Эда видеть был неспособен. — Я бы и тебе предложил, да ты как бы бесплотен.
— Вижу, — брезгливо процедил Элингтон, — вы времени зря не теряли. Надеюсь, теперь вы уберетесь отсюда?
— Если не ошибаюсь, — дерзко сказал Киану, глядя прямо в глаза хозяину поместья, — мне нужно было найти того, кого должны убить? А точнее, уже убили. Примерно лет так пять назад.
Эд закатил глаза и тихо выругался. Вроде он никого не пропустил.
— И что? Труп так и пролежал все пять лет, а мы так и не заметили? Допустим, допустим… — Элингтон подался вперед. — И кого же убили?
— Вас!
Элингтон захохотал.
Откинулся на спинку стула, запрокинул голову, давился смехом и вытирал слезы.
Киану сжал холодную ладошку Оливии, в своей правоте он привык быть уверенным. Мелочи, оговорки, нестыковки. Рэймонд Элингтон как-то неуловимо отличался от всех остальных. Только в его кабинете нормально работали часы. Только он мог позволить себе сидеть и задумчиво рассматривать огонь или пить алкоголь, словно на него не действовал спирт. Только он остро реагировал на поиски убийцы, пытался настоять на глупой детской игре и запрещал даже думать о том, чтобы пойти в храм на праздник или чтобы принять ряженых, распевающих веселые песенки или разыгрывающих представления в домах богатых горожан.
И артефакт. Киану немного его доработал. Всех проверить, кто призрак, а кто нет, не представлялось возможности. Но если чуть-чуть исправить плетение, то можно попробовать, всего один раз запустив «игрушку», понять, чья аура отличается от всех остальных. Чтобы не растрачивать зря силы артефакта, колдун исключил из списка себя и леди Миллисент. Слуг, Додсона с супругой и Моро тоже, тот приехал недавно. Что же касается остальных, то Элингтону ничего не стоило держать в подчинении не только свое семейство, но и несколько таких посредственных личностей, как его компаньон. И да, биополе его было другим.
Оливия дернулась, посмотрела на мага и нахмурилась.
— Ты ошибся, Киану.
ГЛАВА 22
Люди, которые играют в игры…
Если у вас ничего не болит, значит, вы умерли.
Если верить этому спорному утверждению, Додсон был еще живее всех живых. Потому что болело все. Голова, по которой стукнули… Нет, не чугунной сковородкой, но чем-то тоже увесистым. Руки и ноги затекли, и теперь в них неприятно покалывало, когда маг пытался шевелиться. Шею сдавливал модный платок, а у булавки потерялся колпачок, и теперь она время от времени больно колола кожу. И было холодно. Отопление забыли включить, что ли?
Судя по бледным кристаллам освещения и серому плотному воздуху вокруг, утро давно началось и плавно подбиралось к полудню. Странно, что его до сих пор не нашли. Но в этом доме и так хватало странностей, чтобы забивать голову еще одной.
Мужчина снова попробовал подвигать рукой. Пальцы слабо дернулись, послушались. Вот так-то, еще разок.
Где-то на грани слышимости раздалось тихое и фальшивое пение. Кто-то шел по коридору и желал доброго утра таким изощренным садистским способом. Судя по громкости, всю душу вкладывал, себя не жалел.
Додсон сосредоточился, отрешившись от гудения в висках и ломоты в костях, призвал на помощь магию, но она… она словно замерзла, затаилась и не спешила откликаться на приказы человека.
Песня, судя по словам, какая-то древняя рыцарская баллада, становилась все громче. Из-за поворота показался худосочный подросток, лохматый и с наглой физиономией. Сразу видно — пороли его мало. Отпрыск кого-то из слуг? Элингтон обязан был предупредить. Хотя какая разница.
— Эй, ты! — прохрипел маг. — Куда идешь! Помоги господину.
— Это ты мне? — Паренек от удивления даже петь перестал, запнулся на середине слова.
— А кому же еще?! — взбесился Додсон. — Помоги добраться до комнаты!
— Помогу, помогу, конечно, господин хороший, — залебезил шельмец и направился к магу. А тот похолодел.
Незнакомый невоспитанный мальчишка с самого первого взгляда казался странным, но что именно, маг понял только сейчас. Он шел не по полу, а в нескольких сантиметрах над полом. От него тянуло холодом. Но ладно, к призракам некромант привык. Они все-таки не такие поганые, как покойники. Но привидение привидению рознь. Одни бывают сумасшедшие. Другие буйные. Третьи так и норовят отомстить. Четвертые… Короче, с кем нельзя найти общий язык, всегда помогут амулеты. Рассеять, и демоны с ними.