Анна Мария Роу – Дожить до коронации (СИ) (страница 27)

— Без меня никак? — сразу же заныл придворный архимаг. — «Пологи молчания» можно амулетами поставить, а на маскараде сейчас конфеты с предсказаниями раздавать будут. Как же без меня-то?

— Но мои пирожные лучше конфет, — засюсюкала секретарь и, подобно волшебнице, поставила на стол новую партию корзиночек с кремом, не забыв злобно зыркнуть на начальство.

— Я боюсь, что дело у нас важное, а к вашим словам король всегда прислушивается. — Артлейн спрятал револьвер, издевательским жестом предложил лорду Паусу, белобрысому эльфу и леди Сесилии располагаться со всеми удобствами.

— Это произвол! — тонким фальцетом взвизгнул де Леруа.

Лорд Паус согласно закивал.

— Вот сейчас с этим и разберемся, — зловеще пообещал герцог. — Ваше высочество, — обратился он к кронпринцу, — вы можете вернуться к развлечениям. Не думаю, что здесь будет интересно.

— Почему же? — скривил губы Доминик и потрогал наливающийся синим цветом синяк под глазом. — Здесь, как я вижу, намного интереснее, чем на маскараде.

Ворон презрительно посмотрел на родственничка, прикидывая, как лучше его спровадить из кабинета, чтобы обошлось без обвинений в покушении на целостность наследника. Доминика и Ольгу никто не звал, но венценосная пара умудрилась оказаться в портале чуть ли не раньше всех остальных.

Глаза Авксентия на миг затуманились, и он выдал:

— Да не, с нашими серийными убийствами это никак не связано!

Леди Сесилия решила упасть в обморок, Ольга побледнела, лорд Паус затрясся мелкой дрожью.

— Ну, я не знал, как ты отреагируешь на такую новость, и решил предупредить кронпринца на всякий случай… — оправдываясь, развел руками архимаг, простой, как деревенский ребенок.

— И как же отреагировал наш кронпринц? — Голос Артлейна звучал ровно, но мне казалось, что он старательно сдерживает злость. Но выяснять отношения при посторонних Ворон не собирался и ровным голосом приказал секретарю: — Гертруда, приготовь дамам чай.

Я вздохнула с облегчением. Его отношения с кронпринцем меня не касаются. Особенно если они не связаны с безопасностью княжны, маньяком, шпионажем и прочими радостями дворцовой жизни. Как же я от всего устала!

Нас с Ольгой разместили у дальней стены, где я однажды уже была свидетельницей занимательных бесед. Первой под клятвой о неразглашении решили «опросить» пришедшую в себя леди Сесилию, чтобы «не нервировать благородную даму».

Когда архимаг установил «полог молчания», меня ждал приятный сюрприз: в отличие от Ольги, лорда Пауса и бледного эльфа, ждущих своей очереди тут же, в креслах, я могла слышать разговор. Авксентий словил мой удивленный взгляд и подмигнул лукавым фиолетовым глазом.

С нашей старшей фрейлиной все оказалось предельно просто. Она тайком подсмотрела, как Ольга нашла в моей сумочке и прочитала записку. А так как женщина она многогранная, обладающая большим количеством самых разнообразных талантов, то вытащить небольшой кусочек бумаги из ридикюля для нее не составило труда. Вывод о том, что княжна идет на тайное свидание, напросился сам собой. Подвергнуть такому удару репутацию невесты наследника престола верная слуга государева не могла. Поэтому решила сорвать рандеву любой ценой.

Правдивость ее слов подтвердил архимаг. Артлейн еще раз напомнил о клятве и приказал кому-то из своих людей провести леди Сесилию туда, куда она сама пожелает.

Бледная леди вышла.

Следующим был эльф. Шарль де Леруа первым же делом наябедничал на одну особу. Мол, я узнала один нелицеприятный секрет о его личной жизни и собиралась дискредитировать его в глазах княжны. А когда очень остроухий поэт услышал часть разговора господина Сидорчука и еще какого-то благородного лорда, что у леди Авроры с собой пленка с фотографиями и она готова ее отдать, то решил забрать пленку раньше. Ведь ничего другого, как компромата на его светлейшую персону, там быть не могло. Нет, лица того незнакомца эльф не рассмотрел, да и в каком костюме он был, тоже не помнит.

Авксентий с полузакрытыми глазами довольно кивнул. И этот не соврал. Поэтому и отправился восвояси, с клятвой о неразглашении конечно же. А еще ему приказали не покидать пределов столицы.

— Нужно вызвать на разговор нашего проныру Сидорчука… — задумчиво пробормотал Ворон, постукивая пальцами по столешнице.

— Э-э-э, — протянул архимаг. — Артлейнушка, боюсь, тут возникнут некоторые проблемы.

— То есть? — Кронпринц сложил руки на груди. — Никаких дипломатических проблем быть не должно. Это уж я улажу.

— Ну… Насколько мне известно, никто не умеет допрашивать мертвых, а Сидорчук недавно покинул мир живых. С руной сребролюбия в зубах.

Авксентий сцапал еще одно пирожное.

Я застыла. А как же покушение на Камиллу? И ее руна уныния? Отвод глаз? Или раз не вышло с одной жертвой, то переключились на другую? А если все убийства не случайны и связаны друг с другом? И кто-то ловкий (а точнее, очень быстрый: нападение и устранение помощника посла, как я понимаю, произошли в довольно сжатые сроки) устраняет тех, кто ему неудобен. Как злоумышленник перемещается по дворцу с такой скоростью? Амулеты телепортации может позволить себе далеко не каждый. У герцога, к примеру, такой есть, а вот у Доминика нет…

Кронпринц тихо выругался. Артлейн сжал кулаки, выдохнул и сказал:

— Сначала расспросим лорда Пауса, а потом я хочу попасть на место преступления. Кстати, почему меня не поставили в известность?

— Не успела, — покраснела Гертруда. Как-никак это был ее прямой недочет. — Вы были заняты делом леди Аусвайт, потом допрашивали неких подозрительных личностей… — Секретарь сделала вид, что не знает, кого вытащил из телепорта ее начальник.

— Хорошо, — прошипел в ответ эол и позвал к себе длинноусого испуганного мужчину.

Как только лорд Паус скрылся за «пологом молчания», Ольга отставила в сторону чашку с чаем, к которому она так и не притронулись. Я тоже. Интуиция подсказывала, что Гертруда тоже неплохо разбирается в разных травках и добавках.

— Аврора, — очень тихо начала княжна, — первым делом я хочу перед тобой извиниться.

Как же не вовремя!

Бывший помощник короля между тем плюхнулся в кресло и, словно удав на кролика, уставился на черноволосого Артлейна. Тот задал несколько общих вопросов. Паус старательно, как на экзамене, ответил. Точно: в чае была не только заварка! Да что б я еще раз в этом кабинете хоть что-нибудь выпила или съела!

Ольга между тем продолжала:

— Я долго думала, говорить тебе или нет. Все-таки Доминик мой будущий супруг, и ему я очень хочу доверять. Он хорошо ко мне относится, право слово! Но вынужден был выбрать такую тактику, чтобы защитить…

— Да неужели?! — Я скептически скривилась. Потребовать бы объяснений и подробностей, но Артлейн начал спрашивать у лорда Пауса про пленку. А это намного интереснее!

С удивлением обнаружила, что теперь мнение бывшей подруги уже не так важно для меня, как было… совсем недавно. Почему? Подумать об этом не успела.

— Доминик уже давно понял, что за покушениями на его невест стоят личные мотивы. Все было слишком эмоционально, а политические покушения обычно более продуманные. Если с Викторией он только догадывался, то после случая с Мари Эсте…

— Не хотел жениться на калеке, — фыркнула я рассеянно. — Вот и вся любовь!

— Какая разница, если это политический брак? Но я к чему: после гибели Виктории у него было несколько связей на стороне без обязательств и будущего. Надо ли говорить, что жизнь этих девушек оборвалась быстро и неожиданно?

— То есть покушения имеют личные мотивы?

— К сожалению, не все. В тех документах, что предоставили мне Доминик и господин Черкасский, четко прослеживается след Соуры. Так что стоит присмотреться к ифритам.

С этим я вынуждена была согласиться. А Ворон и посол Роокана, как мне стало известно, чаще всего играли по разные стороны доски.

Герцог дал знак, и Гертруда застрочила на компактной пишущей машинке. Скорее всего, он уже знал, откуда у Пауса эта пленка и какая на ней информация. Озвучить подробности для посторонних маленьких ушей он и не подумал.

— Аврора, ты меня слышишь?

— Да-да, — рассеянно ответила я и добавила, чтобы госпожа не подумала, что меня интересует что-то еще, кроме разговора с ней: — Но разве этим можно объяснить такое отношение к вам? Пренебрежение, безразличие, неуважение.

Лорд Паус тем временем старательно описывал того, кому он должен был продать копии чертежей новой паровой машины, способной преодолевать огромные расстояния по воздуху. Как обнаружил пропажу и был вынужден отсрочить передачу документов. Подозрения, касающиеся Лилии Фоншторн, он тоже озвучил, но потом пришел к выводу, что пленка с чертежами должна быть у кого-то из фрейлин.

— Милая, хорошая, наивная моя Аврора! — всплеснула руками княжна. — Тебе никогда не стать интриганкой или важной политической фигурой! Дело касается в первую очередь влияния Роокана в южном регионе.

— А ваше счастье?

Взгляд все время убегал в сторону. Туда, где мужчины разбирались со шпионскими страстями.

— Счастливой я стану в любом случае, — отмахнулась Ольга с грустной улыбкой и ушла от темы. — А вот как ты? Я так испугалась, когда прочитала записку.

— И?

Я даже нашла в себе силы преодолеть любопытство и внимательно посмотреть на девушку.

— Я попросила, чтобы Доминик выделил мне надежного человека, который смог бы защитить тебя в случае опасности. Но было слишком мало времени искать кого-то…