Анна Лучок – Дракон возврату не подлежит (страница 2)

Я вся была бледная, как поганка. Пора с этим смириться и признать, что хорошие мужчины достаются только красавицам. А я такой не была. Серая мышь, почти без друзей. Очередной стук в дверь отвлёк от мыслей.

— Ирочка… прости меня.

— Бог простит, — прошипела я.

Чёрная сумка Миши нашлась быстро, я ходила по квартире и собирала его вещи. Швыряла их яростно, не складывая, пытаясь намеренно хотя бы немного помять. Пару маек, трусов, носков, которые были разложены вокруг кровати, будто свечи у алтаря. На губах застряла горькая усмешка, перекошенная. Я пыталась держаться и не реветь. Не из-за чего. Мусор вынес себя сам.

Собрав всё, что нашла, я двинулась к двери. Миша всё ещё скрёбся, будто провинившийся пёс, вот только такую тварь я не собиралась впускать обратно. Запасной комплект ключей, с брелком пчёлкой, который я так радостно вручала вчера Мише, мирно лежал на тумбочке. Тем лучше, хотя замки я всё равно сменю, на всякий случай.

Шагнула к двери и, задержав дыхание, посмотрела в глазок. Миша переминался с ноги на ногу, одной рукой держал сползающее с бёдер полотенце, а второй стучал в дверь. Мягко, но настойчиво. Такой жалобный, будто побитый щенок. Я вытерла слёзы, потянулась к замку, но, прежде чем успела щёлкнуть, на лестничную площадку выглянула Антонина Петровна.

Соседка и хорошая подруга моей бабушки. Местный кгбшник, как любили шутить местные. Антонина Петровна, вооружённая веником, сначала выглянула из-за двери, охнула и долго не думая, огрела Мишу со спины.

— Ай! Вы, что творите?!

Миша развернулся к соседке лицом, одной рукой продолжал держать сползающее полотенце, второй закрывался от веника как мог. Антонина Петровна, охая, била Мишу с особым остервенением, она будто пыталась стряхнуть его, как паутину из угла, или прогнать таракана.

— Извращенец! — выкрикнула соседка, — я сейчас полицию вызову! Убирайся отседова! Наркоман!

Миша пригибался, но увернутся, на узкой лестничной клетке, от веника правосудия не мог. Кое-как просочившись между Антониной Петровной и перилами, он спустился.

— Больная! — только и успел бросить, тут же пригнувшись от полетевшего в него веника.

Я рассмеялась, открыла дверь и крикнула ему вслед:

— Вещи свои с балкона лови, кобель!

Антонина Петровна с удивлением повернулась ко мне. А я продолжала смеяться. Хоть эта расправа даже рядом не стояла с болью, что лишь притихла в груди, но мне стало намного легче. Я повернулась к соседке:

— Извините, Антонина Петровна, я вам куплю новый веник, а этот выбросите, мало ли чем псина болела.

По дороге к балкону я включила колонку, скомандовала Алисе на телефоне играть что-то весёлое и под задорные громкие басы открыла окна. Миша только успел выбежать из подъезда. Он запрокинул голову, что-то кричал, но я не слышала. Доставала вещи по одной и швыряла, совершенно не заботясь, где они окажутся, на земле, ветке липы или берёзы, повиснут ли на маленьком заборчике или приземлятся на соседний балкон. Я избавлялась от следов Миши с удовольствием. Ставя жирную и такую приятную точку в нашем общении.

А он скакал под деревьями, собирая на себе любопытные взгляды. Лишь иногда его крики закрывали музыку и до меня долетали его ругательства, но я смеялась и отвечала:

— Прости милый, мы не можем быть вместе! Я всё осознала и отпускаю тебя. Лети!

И смеялась, как сумасшедшая. С каждой выкинутой шмоткой, мне становилось легче. Особенно когда я добралась до баночки дорогих духов, которая спокойно лежала на дне. Мои любимые, терпкие, с сандалом и специями, которые теперь больше походили на резкий дешёвый одеколон. Я вдохнула их в последний раз, чихнула и поморщилась, и швырнула с остатками злости, с восторгом, наблюдая, как она приземляется на асфальт, с треском и грохотом разбивается, растекается тёмным пятном.

— Сука! — кричал Миша.

— Будь счастлив, Мишенька! — махала я ему с балкона, — я обещаю, что не буду наводить на тебя порчу!

Я дождалась, когда Миша соберёт все свои вещи, прячась в кустах, попытается одеться. Выглядывала с балкона, стараясь остаться незамеченной. Миша был очень занят, а вот я по полной насладилась его унижением. Мамочки на площадке не оценили полуголых скачек, закрывали детям глаза, ругались вполголоса. И то ли Антонина Петровна сдержала слово, то ли кто-то ещё решил прекратить этот цирк, но Миша уехал из двора в полицейском бобике.

От того, как его кричащего, что он ни при чём, что ничего не нарушал, усаживали в машину, мне стало особенно весело. Строгие парни в форме сочувственно кивали и повторяли: «Разберёмся, проходите, гражданин». Я рассмеялась, потирая ручки, как карикатурный злодей. Так, ему и надо! Пусть пришьют эксгибиционизм, хулиганство и ещё что-нибудь позабористее!

Когда полицейский бобик скрылся со двора, я выдохнула и присела на подоконник. В груди, вместо злости, осталась пульсирующая пустота. Не гнев, не обида — а тишина. Такая, что звенит в ушах, будто мир притворился, что его нет, закрыв глаза, как ребёнок.

Слёзы опять покатились по щекам сами, без команды. Я не рыдала, не тряслась, они просто текли, и всё. Я даже не могла понять, что теперь чувствую, злость, как по методичкам психологов испарилась за пару минут, а вот грусть давила горло, щекотало нос от слёз. И обида, будто выжигала изнутри.

Взгляд поднялся на маленькую спальню, на кровать, где ещё час назад эта сволочь кувыркалась с брюнеткой. Меня перекосило. Я подорвалась, быстро сняла постельное, запихнула его в мусорный мешок. Спать на этом мне будет до одури противно! Тем более я давно хотела обновить постельное, вот и повод сходить на шопинг. Развеяться, чтобы не думать.

Глупо, наверное, вот так, утилизировать эмоции через ткань. Но я даже не хотела думать, просто двигаться. Если сейчас остановлюсь, сяду, заплачу и уже не встану. А если найду новое постельное — может, и проснусь завтра в другой жизни. Главное — не думать. От самого мало-мальского воспоминания к горлу подступала тошнота.

Пока я добиралась до мусорных баков, быстро достала телефон и стала листать онлайн-магазин, в последнее время набиравший популярность. Вернее, это был не совсем магазин, маркетплейс, с интересным названием: «Пегас Маркет». Пункты выдачи открывались с бешеной скоростью.

Не глядя швырнула пакет с постельным в мусорный бак и нажала в телефоне на кнопку «заказать». Простенький, одноцветный комплект стоил неприлично дёшево, так что я выбрала два. Гулять так гулять. Ещё и доставить обещали уже завтра. Ближайший пункт выдачи значился прямо в соседнем подъезде.

Сунула телефон в карман и огляделась. Жизнь вокруг продолжалась. Мамочки гуляли с детьми, местные бабули сидели в тени на лавочке, щёлкали семечки, сосед с первого этажа выгуливал свою сумасшедшую чихуашку, что истерично облаивала летающий пакет. Только в этой бурлящей жизни я чувствовала себя ужасно.

Шмыгнула носом, с трудом сглотнула подступивший ком к горлу. Раз уж ужину при свечах не суждено состояться, так побалую себя чем-то вкусным.

Быстро добралась до небольшого местного магазинчика, в корзинку сунула пачку чипсов, орешки в посыпке и ещё много всякой сладко-солёной гадости. А на кассе захватила несколько баночек, чтобы на завтра утром точно проснуться опухшей и потолстевшей на пару килограмм.

По пути домой листала приложение и решалась, хочу ли я заказать к своему набору пиццу или лучше суши? Застыла, смотря на экран телефона с укором, будто он виноват в моей нерешительности. Вздохнула и оторвалась всего на секунду. Ноги вместо привычного подъезда привели меня чуть дальше, к соседнему. А там, прямо напротив, красовалась вывеска, она призывно сверкнула.

Я нахмурилась. Пункт выдачи выглядел ещё недостроенным, но в приложении я точно помню, что указывала именно его, чтобы забрать своё новое постельное. Открыла приложение ещё раз. Ну точно. Неужели они завтра откроются? Окна были плотно завешены белой тканью с золотистой эмблемой пегаса. А на двери значилась вывеска:

«Скоро открытие! Нам требуются администраторы на полную и частичную занятость. Вся информация по телефону: +7…»

Внутри всё чесалось от мысли, что я осталась одна и отгонять её уже не получалось. Нет, даже не так это меня оставили. Променяли.

Но я не собиралась об этом думать. Ни сейчас, ни завтра. Быстро сфотографировала объявление и развернулась домой. В прихожей даже не разуваясь, набрала номер с фото. На том конце провода ответил бодрый мужской голос.

— Здравствуйте, когда вы открываетесь? Я хочу у вас работать, как можно скорее.

Глава 2

— Ну вот, пикаешь кьюар-код клиента, тебе озвучивают номер полки, дальше забираешь заказ и обязательно проговариваешь, чтобы проверяли всё на стойке.

Мой новый коллега показывал мне приложение и уже около часа объяснял все тонкости работы администратора пункта выдачи. Собеседование с новым начальником мы провели быстро. Моя решительность по телефону его несколько смутила, но я объяснилась. Дескать, хочу на частичную занятость, могу работать с половины шестого в будние и по выходным, нужны деньги на покупку машины. Его это полностью устроило. И уже на следующий день к часу дня я пришла в пункт выдачи.

Начальник позвонил мне сразу, как я вошла, я вздрогнула, не ожидав услышать рингтон. Он уже знал, что я внутри, и быстро объяснил, что сегодня со мной работают двое человек из соседнего пункта выдачи, они-то и научат меня всему необходимому. И если всё понравится, я могу уже завтра оформляться.