Анна Литвинова – Агаррат. Восхождение (страница 6)

– Я оракул. Мир, в котором ты родилась, исчерпан практически полностью. Может быть, вы еще не замечаете, но конец всего близок. Приходят первые вестники. Я создан для вашего рода, чтобы сохранить его. Мне не важно, погибнет мир или нет. Важно сохранить тебя. Ты ключ ко всему. Тогда, в любом случае, Крайна сможет возродиться.

Оракул потянулся ко мне, для чего ему пришлось встать на четвереньки, прикоснулся к моей щеке. Я даже не попыталась увернуться, хотя хотелось. И с его шепотом «до скорых встреч» опять погрузилась во тьму.

Но на этот раз полет длился пару мгновений, открыла глаза на той же кушетке, на которой засыпала. Иван на своем диване даже позы не поменял, кажется.

– И долго была в отключке? – морщась, просипела я.

– Часа полтора, не больше, – махнул рукой ученый, добавив: – Причем весьма плодотворно.

При этом он не прекращал раскладывать по местам кристаллы и провода.

– Как и предполагал, милочка, все дело в том, что вы после обращения не в состоянии поглотить всю ту Силу, которая образуется в момент сего акта. Мало того, очень тяжело дается и возбуждение процесса. Это можно сравнить с картонным водопроводом. Но если каналы можно укрепить, то вопрос с реализацией силы… это уже сложнее. У вас нет достаточного ресурса, чтобы нетравматично для организма удерживать столько энергии. Думаю, можно найти решение, уверен в этом. Постарайтесь не совмещать обращение и магическую нагрузку, связанную с операциями с большими объемами Силы. Будете чувствовать себя получше. А пока мы с Иваном подумаем, что тут можно сделать. Как раз и ему тема для курсовой.

В голове звенела пустота. Слишком много впечатлений. Я пыталась что-то ответить, но не могла найти ни слова, открывая беззвучно рот, словно выброшенная на берег рыбешка. Пульс явно ускорился, я почувствовала, как колотится сердце. Вокруг все поплыло.

– Дорогая, что же это я, по сути вас всю перелопатил, и заставляю еще что-то слушать, думать. Должна кружиться голова, слабость. Иван! – окликнул Аристотель, – проводи девушку, проследи, чтобы она легла отдыхать, лучше дай сонного зелья. До завтра толку от нее все равно никакого. Милая, – это снова мне, глядя в глаза, словно ища признаки сознания, – идите с Иваном, выспитесь, и забегайте ко мне на чай. Заодно я вам все расскажу, в подробностях. Может, с новыми идеями. Хорошо?

Меня хватило только на кивок, больше похожий на дрожь. И снова коридор, лестница. Улица оглушила, звуки, свет, щебетание птиц, смех студентов.

– Держись за меня, – это, кажется, Иван, да, я иду с ним, – скоро придем. Ай, к черту, – и мир закружился, земля ушла из-под ног, сознание окончательно оставило меня.

Глава 4 Повалили тигру на пол

*****

Как же завидую тем, кто, просыпаясь от солнечного света, ощущает счастье и заряд бодрости. Я испытываю только раздражение, проходя обычные для себя стадии. Сначала укрываюсь с головой, становится душно, раскрываюсь, морщусь от света, переворачиваюсь на живот, стараясь расположить одеяло так, чтобы и дышать можно было, и свет не мешал. Естественно, в процессе неизбежно просыпаюсь. И тут же организм требует внимания, ванна, попить воды, а там уже и куда-то пора. А ведь можно было бы поспать еще хотя бы полчасика. Вот именно поэтому я занавешиваю окна плотными, мало того, еще и лично мной заговоренными шторами. Откуда тогда, мать его разъетить, чертово солнышко?

– Хватит вертеться, вставай.

Иван? Что он тут делает? Я вообще не помню, как легла. Хорошо хоть дома.

– Закрой шторы! И встану! – И как только мягкий сумрак воцарился в спальне, я резко села на кровати. – А что ты тут делаешь?

– Мы вчера ходили к Аристотелю, помнишь? – уточнил он.

– К-ка-а-жется… с трудом… а потом, – я усиленно старалась сосредоточиться, но ничего, – я не помню.

– Он просмотрел твои каналы, провел пару тестов, ты пришла в себя, но не до конца, и я отнес тебя сюда, уложил спать. Сам спал в гостиной, кстати, у тебя очень удобный диван. Как-то побоялся тебя оставлять, мало ли что. Как себя чувствуешь? В состоянии идти на занятия? Сегодня у нас установочные бои. Дани? Ты тут? – он встал коленом на кровать и, наклонившись, заглянул в глаза. – Ты в порядке?

– Д-да, вроде да… просто я, честно, совсем ничего не помню.

– Ничего, это может быть просто побочным эффектом, давай помогу встать.

Он одним движением притянул меня к себе. Сон слетел окончательно. Какой он… ммм… притягательный. Сильный. И со словами «стоять сможешь?» опустил на пол. Стоять получилось прекрасно, и осознать, что я в одном белье, тоже, что придало двойное ускорение по пути в ванную. Как и тихий смешок вдогонку.

Душ, попрохладнее, дышать ровно. Значит, раздел. С другой стороны, не в штанах же ему было меня укладывать. Ну полюбовался на исподнее, и что тут страшного? На основах целительства мы и не такое видели, никто не умер. Но мысль о том, что он меня раздевал, конечно, волновала. Еще как.

– Есть будешь? – Иван уже сидел за столом в гостиной и намазывал на булку поверх масла варенье.

– Нет, тошнит, но чаю выпью, – я села на стул, поджав под себя ноги, и оперлась локтями на стол.

– Тебе с медом? Да конечно с ним, о чем я, – он уже размешивал в чашке напиток, – а вообще, иди сюда, – и поманил меня пальцем.

– Зачем? – я недоверчиво покосилась на мага.

– Не спрашивай, а подойди, полечу немного, – хотя нотки раздражения в голосе проскользнули явно, на выражении лица это не отразилось, – дай посмотрю, что с тобой, ну!

Я никогда еще так неловко себя не чувствовала. Обычно это я всех лечила, спасала, помогала. А тут роли сменились. Пришлось идти. Он так и остался сидеть на стуле и мягко притянул поближе. И мы как раз оказались лицом к лицу. Теплые пальцы на моих висках в момент стали обжигающе ледяными.

– Не дергайся, – пробурчал Иван, – и так трудно. Ну и покопался он в тебе, вот что за отношение, – он скривился и фыркнул.

– Знаешь, – маг отстранился, но руки не убрал, – я считаю, без степени по целительству к исследованиям и экспериментам на живых допускать никого нельзя. Лучше тебе? – И, дождавшись кивка, продолжил: – тогда садись, вот твой чай, – он подвинул чашку ко мне. – И быстро ешь, ничего уже больше не тошнит. – Иван смягчился: – Прости, просто зол на Аристотеля, правда, поешь хорошо, на тебя смотреть страшно. Ты вообще как еще ходишь? Я вот вижу только много-много-много вливаний силы для поддержания тела и все.

– Хожу, и даже бегаю, – мрачно буркнула я, ибо про вливания он оказался слишком прав, но иначе бесконечная тошнота, слабость, головокружение. Да и только так мне удавалось удержать ну хоть немного плоти на своих костях. Еда тут была бессильна, да и не нравился мне этот процесс. Слишком часто не удавалось удержать ее в желудке.

– На неделю тебе хватит без вливаний, попробуй восстановиться хоть немного физически. И еще булку, мясо бери, чудом нашел у тебя на кухне и это, думал, не повезет уже…

– Да я как-то в последнее время не сильно налегала, не до того было.

– А оно по тебе видно. Невооруженным глазом. Костлявая – кошмар, – рассмеялся он.

– Да как ты смеешь! У меня просто деликатное телосложение!

– Теловычитание у тебя, жуй! – ловко поймал булку, летевшую в лицо, и вернул отправителю, мне то есть.

Молча дожевала ценный, ввиду его редкости в этом доме, продукт, и ушла собираться. И правда, опаздывать к Учителю не хотелось совершенно. Если наказание в качестве дополнительных отжиманий для кого-то было просто неприятностью, я расценивала это как катастрофу. Да и… не хотелось выставлять себя перед ним безответственной девчонкой. Он и так ко мне относится скорее с юмором.

*****

Сегодня погода откровенно подкачала. Мрачно, хмарь, изредка накрапывающий мелкий дождик. Зато нет сильного ветра, и на том спасибо. Да и сражаться легче, чем на палящем солнце. Мы пришли на полигон рано, что давало возможность посмотреть на наших возможных партнеров по спаррингу. Я по привычке коснулась амулета, планируя обеспечить себе нормальную форму. Такое совершенно не порицалось, наоборот. Каждый качал себя как мог. Просто мало кто реально мог. Гораздо проще бегать, приседать и отжиматься, чем выворачивать наизнанку человеческий мизерный резерв ради слабого КПД. У меня же другая ситуация.

– Дани, – положил руку на мое предплечье Иван, – не надо, серьезно. Доверься мне, ты сейчас как обычный полноценный человек физически. Хотя для тебя это болезненное состояние все равно. Но подпиткой тут уже, по крайней мере, так топорно, не поможешь.

– Если я на установочном спарринге проиграю кому-то, кроме выпускника…

– Не проиграешь, – перебил меня Иван, просто старайся не рассчитывать на поразительную точность и силу своих ударов и бросков, бей магией, тогда все будет хорошо. А остальное не откажет. Это я тебе гарантирую. И вообще, говорят, ты тут один из самых серьезных противников.

– Кто это, интересно? – где он успел нахвататься слухов? Вроде же новичок.

– Да много тех, кто после тренировок с одной юной тигрицей валялся у целителей и от скуки рассказывал всякое. Так что тайной твою боевую мощь сделать сложно.

Да он издевается надо мной! Еще и положил руку мне на талию. Наглец. Но ответить я ничего не успела – прозвучал сигнал к началу занятия. Учитель вышел на полигон, в самый центр, усилил голос магией, обвел нас всех глазами.