Анна Летняя – Этюд в серых тонах для двоих (страница 69)

— Согласна, убийцы, воры и психопаты рождались всегда. Возможно, их просто назвали по-разному, но они точно были…

— Пси-хо-паты, слово-то какое чудное придумали. Они такие же грязные твари, как и безумные животные. Их уничтожать надобно на месте, где бы не достали, а не нарекать новыми словами, изучив.

— Жаль, что поймать наловчившегося к охоте такого урода не просто. Может быть и звери, но далеко не глупые они.

— А что так? Ты же призраками верховодишь, а они знают все, ну или почти все, — чуть склонив голову к плечу спросила ведьма, интересуясь явно не для галочки.

— Именно, что знают лишь то самое почти все, и только о нас, о живых. В этот раз все сложнее, потому как у нашего врага тоже есть подвластные ему призраки. Они его рабы, а не как у меня — добровольные помощники.

— Маг сумрака перешел на темную сторону? Быть такого не может! — возмутилась ведьма, посмотрев на меня серьезно. — Ни разу не видела, чтобы вы так низко падали в жизни и предавали Смерть, зная, как беспощадна она будет, встретившись с вами после последнего вздоха.

— Нет, он не такой, как я, — выглянув в коридор и не заметив никого способного нас услышать, я начертила руны защиты, прежде чем поделилась секретной информацией с еще одной посторонней.

Уж ведьма, что существует тут с незапамятных времен, точно не может быть связана с современным маньяком.

— Перестраховываешься? Неужели все так плохо? — уточнила призрак, чуть подвинувшись на своих нарах.

Похлопав рядом с собой, предложила и мне сесть.

— Сложно судить, не обладая всей информацией. Сейчас мы можем утверждать, что у него было восемь жертв, о которых мы знаем, а сколько еще может быть, и думать не хочется. Призраки в этот раз мне не помощники. Против своих же они не могут похвастаться скоростью или силой.

— Как он убивает, не скажешь?

— Не думаю, что метод вам знаком будет. Наукою доказано, что у каждого из психопатов он свой и повторяется крайне редко.

— Тогда зачем закрылась от внешнего мира, раз не доверяешь старой ведьме? — недовольно пробурчала она, поморщившись, словно я обидела ее и посмела усмехаться.

— Почему же не доверяю. Наоборот, хочу спросить о самом необычном способе контроля призраков, который он использует. И это при том, что является слабым некромантом и начертательным магом.

— Ловкач парень. Так что он делает?

— Я могу только догадываться, поэтому расскажу, как вижу ситуацию сама и мои коллеги. Мы думаем, что он покупает артефакты, которые контролируют сперва его жертв в живом состоянии, а потом привязывают их души. На шее у призраков после смерти висят черные цепи, сотканные из самой тьмы, рты он зашивает всем жертвам еще при жизни, значит, не разговаривает с ними и не кормит. Духам остается лишь один способ общения — писать ему все в своих отчетах. Но зачем это, я не понимаю. Полный контроль обычного подчинения должен распространяться и на речь призраков в том числе.

— Говоришь, цепи на шеях висят… Черные, — задумчиво проговорила ведьма, немного нахмурив брови.

— Вы что-то знаете о подобных артефактах?

— Нет. Артефакты не моя специальность, ты должна это знать, но кое-что похожее я когда-то встречала. Очень давно и в недобрые времена, — ушла от ответа она, покачав головой.

— Расскажите! Любые крохи информации должны нам помочь в нашем расследовании, — взмолилась я.

— Тогда приходи, как будет готов первый гримуар. Говорю же, знала когда-то, но память меня подводит. Вот сделаю книжку с осколком и дам тебе почитать. Приладишь ли ты мои знания к вашему делу или посчитаешь глупостью, тебе решать.

— Хорошо, большое спасибо, что решили помогать нам. Я этого никогда не забуду.

— Пустое это. Мне не сложно, девочка. Может, так я смогу загладить свою вину перед ведающими, что полагались на меня, как на младшую сестру.

Коротко кивнув головой, я не стала снова ее убеждать в обратном, вещая о важности той работы, за которую она сейчас берется. Я уже слышала все ее аргументы, проходить все заново сегодня настроения не было. Пусть занимается гримуарами, планируя, как и раньше, уйти на покой.

— Ваша решимость меня, как и раньше, просто восхищает, чем я еще могу помочь вам? — спросила, в тайне надеясь, что она откажется снова.

— Все, что я просила, ты уже сделала, — отмахнулся призрак, усмехнувшись. — Теперь мне тоже предстоит хорошо потрудиться. Пусть мальчики быстрей проверяют на всякое страшное мои короба, и я приступлю. Страсть как хочется снова ощутить себя могущественной ведьмой, а не жалкой тенью своего прошлого. Жизнь призраков не так уж и интересна, если у тебя нет цели для подобного существования.

— Тогда, если вы не возражаете, я пойду, — отступив на шаг, предложила я.

— Свиданка у тебя, я права? — поиграла едва заметными бровями ведьма, отменно отыгрывая свою роль злого создания. — Так принарядилась ты явно не из-за меня или местных молодчиков.

— Нет, что вы! У меня не свидание, а просто встреча с леди старшего поколения в общественном месте.

— Значит, это все только чтобы какую-то благородную старушку уважить? — разочарованно уточнила ведающая, скривившись, как от кислятины. — Даже интересно, как ты вырядишься, если будешь парня приглянувшегося обхаживать. На тебе хоть что-то из вещей останется в таком случае?

— Вот не можете вы без шуточек обойтись. Пусть сейчас мы одеваемся не как было принято в ваше время, нормы приличия существуют без исключений. Мое платье достаточно скромное…

— Да красивое у тебя платье. В самый раз, чтобы на тебя смотрели все и слюни пускали. Иди уже, охранники вот-вот отопрут последнюю решетку, — прервала мое разъяснение ведьма, отсылая меня еще и жестом повелевающей руки.

Как есть ведьма, ведь стоило мне выйти из ее камеры, старуха прокричала вслед с явной издевкой:

— Не объедайся сладким или живот вылезет и тогда все очарование красавицы в миг исчезнет. По пузатым вздыхают далеко не все мужики.

Скрипнув зубами, я не стала ничего отвечать, потому как уже слышала шум шагов. Не хотелось прослыть для охраны той, у кого явно не все дома, если она спорит с призраком и не старается вести себя, как нормальная.

— Майор Йорго, вы закончили? — спросил лейтенант, несший первую часть коробок.

— Да, сегодня все оказалось менее затратно по времени. Видимо, госпоже ведающей не терпится приступить к созданию гримуаров, а не общаться с гостями из верхнего мира.

— А почему, собственно, нет? Ведь столько лет она не покидает свою камеру и ничего не делает. Кто угодно заскучает существовать без дела, — поддержал охранник, пропуская меня к лестнице, а сам вышел из безопасной зоны. — Подождите меня здесь. Я мигом оставлю коробки, где вы сказали, и тут же вернусь к вам.

— Будьте так любезны.

Отступив, я осталась наблюдать за тем, как сильно напрягшийся мужчина идет к камере, отведенной под склад для ведающей. С каждым шагом он замедлялся. Выглядела его спина не так, как у охранника, что должен защищать нас от побега преступников. Даже странно, что охранник тюрьмы боится призрака ведьмы, о которой всегда старался говорить с большим уважением.

Я понимала, что его одолевает банальный страх к тому, что увидеть он не может в силу отсутствия предрасположенности к серой магии, и приятного в подобном было мало. Вру, ни одной приятной черты я не смогла отыскать, сколько не пыталась думать над подобным.

Если уж он трясется сейчас от подобной мелочи, всего лишь предполагая, что за ним наблюдает призрак, не желающий навредить, то что будет с обычными людьми, которые составляют большую часть жителей нашего мира. Не сочтут ли они меня проклятой за мои способности и привычки вести дружбу с призраком? Как вообще при подобном раскладе я могу надеяться, что меня примет любимый, если он окажется простым магом, а не некромантом или таким же как я?

— Призраки… — вдруг произнес вернувшийся лейтенант, смотрящий на меня выжидающе и с капелькой пренебрежения.

— Что?

— Призраки. Вы всегда относились к призракам так легко?

Его слова все больше путали меня. Без уточнения я никак не могла ответить на его вопрос.

— Как именно отношусь? Что вы имеете ввиду?

— Вы их не боитесь и относитесь как к равным. Так было всегда? Или что-то в вас изменилось, когда Смерть пробудила вашу силу целиком?

Тяжко вздохнув, я пошла вперед, рассчитывая, что он наконец закроет ту первую решетку и нагнав меня, откроет следующую. Пусть и откровенничая, но мы будем подниматься, а значит, я смогу уйти из этого места чуточку раньше.

— Наверное, — пожала плечами. — Я уже и не помню точно, прошло слишком много времени. Но с первого момента, как я увидела призраков, страх был не таким, как его описывают другие. Не всепоглощающим. В тот конкретный момент у меня была веская причина бояться живых гораздо больше, чем духов, что могли защитить. Когда есть вероятность испытать боль, ты на голых инстинктах начинаешь защищаться.

— Все дело в том способе, как появляетесь вы, серые маги с поцелуем Смерти? — уточнил лейтенант, отпирая очередную решетку и пропуская меня вперед.

Вдаваться в подробности я не желала. Тем более, что объяснять придется долго, называя имена, что все еще на слуху.

— Да.

Говорить о чем-то еще я не горела желанием. Жаль, что спутник оказался порядком любопытным, хоть и понятливым. Ему хватило такта сменить тему на менее личную.