Анна Летняя – Два наших взгляда. Книга 2 (страница 6)

— Спасибо за такой ответ. Раз более вы ничего мне не ответите, я, пожалуй, пойду.

Поднявшись, Эмиль отставил бокал и проводил меня до двери. Он продолжал странно смотреть на меня.

— Что вы хотите спросить? Если это не тайна, я отвечу.

— Не спросить. Скорее, попросить. Если что-нибудь случится из ряда вон выходящее, подумайте, прежде чем действовать, несколько раз. И только потом действуйте. Иногда спешка убивает.

— Вы слишком любите говорить загадками, Эмиль желтый, но я услышал вас. До свидания.

Странный разговор со слишком странным сутенером меня совсем не успокоил. Скорее, он указал мне, что я чего-то не знаю. И мне вдвойне жаль, что нельзя узнать у желтого дракона правду и не убить его этим. И все-таки, зачем Эльза взяла с него клятву? Что такого особенного он знает, и о чем я еще не догадываюсь?

Глава 3

Отсчитывать часы до момента, когда я вновь увижу мою девочку, вошло в привычку за неделю. И это был единственный стабилизирующий фактор в моей опостылевшей реальности.

Расследование, откуда взялась Элоизь, двигалось со скрипом. По крови выходило, что ее отец и мать на самом деле ее кровные тетушка и дядюшка. Но, вот загвоздка — не было у них родных братьев и сестер по прямой ветви. Тогда как кровь указывала на очень близкое родство. Двоюродные и прочие родные такой степени родства не показывают.

За более подробным расследованием нужно было ехать в провинцию, где проживала семья Киль до переезда в столицу, и начинать рыться в их архивах. Только в приходских книгах я бы смог найти нужную информацию, так как чувствовал, что не просто так имена не упоминаются в главном архиве государства. Еще большой вопрос, как они оттуда исчезли, ведь проверяющие должны подробно дублировать все сведения. Еще одним способом развеять сомнения, было увидеть их фамильное древо. Не факт, конечно, что и из него не были выжжены неугодные родичи. Но я хотя бы мог увидеть ответвления. И по ним понять, кто их родители. Не бывает так, что артефакт не реагирует на рождение ребенка и не отмечает его самостоятельно на своих ветвях.

В нашем фамильном особняке было подобное, и все имена признанных потомков можно было проследить с первого дракона, взявшего себе имя Соринь, а это без малого семнадцать поколений. Каждая веточка на раскидистом древе имела имя, соединялась с другой веткой, и от их переплетения появлялась новая ветвь. И так было с каждым, кто выжил и завел семью. Если кто-то переходил в другой род или брал иное имя, его ветвь выделялась цветом и становилась не столь яркой, как основные, но не пропадала. Проследить такую ветвь можно было не далее пяти поколений, и подобного считалось достаточно.

Само древо подпитывалось силами главы семьи, и нарушить его работу, вмешавшись в нее, просто невозможно. Подобный вечный артефакт не мог не указать на появление ребенка или скрыть его рождение.

Первые древо создали друиды, желая отслеживать тщательно своих потомков. Мало ли, переспит с кем-нибудь родственничек, и от этой связи появится незапланированный ребенок, который потом потребует себе полагающееся наследство. И ладно, если ребенок будет родным по крови, а если обманщик? Если мошенник, решивший поживиться и развести на деньги гулящего барона? Как тогда быть? Кто спасет честь семьи? Лишь неподкупное древо.

Наше древо располагалось у всех на виду. Нам не было смысла его прятать, и перемещать из главной гостиной мы его не планировали. В доме Эльзы я подобного древа не видел, но думаю, оно хранится у герцогини, как главной женщины рода. Не думаю, что ее семье есть что скрывать. А вот более распущенные аристократы нередко переносили артефакт куда-нибудь, где его не увидит посторонний.

Бывало, что мертвых веточек текущих наследников на древах было куда больше, чем живых. А означало подобное, что господа сами убивали своих нежелательных потомков, расчищая путь детям, рожденным в браке.

Сейчас я бы многое отдал за возможность увидеть древо семьи Киль, но, увы.

В сам особняк меня провела моя «невеста», пожелавшая, чтобы основные инструкции о моем поведении я услышал от ее папочки. Вот только дальше кабинета без пригляда и трех охранников пройти мне не удалось.

Сами инструкции мне зачитывались с наглой ухмылкой и крайне вольным тоном. Да и Светило с ним! Как будто я буду их исполнять! Нашли дракона-подкаблучника. Мне легче отправить их всем скопом в пыточные и вызнать все секреты разом! Это все добренький Ульрос мечтает получить ответы без пролитых рек крови. А я уже не уверен, что моего терпения на подобное хватит.

Все-то я делаю неправильно, если послушать мерзкую семейку. Не продвигаю их интересы, не балую девочку подарками, не защищаю ее честное имя, поддерживая слух о приворотном зелье. Не выгуливаю ее по паркам дворца, не познакомил с моим другом Ульросом. И это только часть высказанных мне претензий.

Там было еще много укоров про нашу якобы семейную бедность. Ведь малышка Элоизь очень выгодная невеста с приданым, а у меня нет даже захудалой мануфактуры в личном пользовании. Да, нет, и не будет! Я не делец! Не мое это — торговать. Продавать и выискивать клиентов, миленько улыбаясь и разбрасываясь красивыми, но пустыми словами.

Я полковник и умею громко рычать и приказывать. Строить гарнизоны, вырабатывать тактики вторжения по захвату и убивать. Мне неуютно находиться на званых вечерах, среди любителей расшаркиваться на паркете. Если им нужен половичок у камина, придверный коврик, то стоило поискать жертву в других родах, менее агрессивных, чем темные драконы. Наш зверь не умеет полностью подчиняться. Даже своим родителям мы оказываем почтение лишь из уважения, и никак иначе.

И, конечно, я промолчал.

Выдал несколько сжатых отказов на самые абсурдные требования, но, по сути, проглотил обиду и свою ненависть. Не время сейчас показывать собственную гордость. Пусть думают, что все идет по их плану. Что я сдался. Так будет мой удар более неожиданным. От такого укрыться сложнее, а значит, и подстраховаться никак нельзя.

В прошлый раз меня старались подмаслить, засыпали приторными комплиментами всем семейством, пробуя добиться принятия в семью Соринь на каких-то правах. Пусть и выбить место шантажом, но остаться в терпимых взаимоотношениях. А вот сейчас я был в их власти, и теперь со мной можно было обходиться, как со слугой. Никуда я не денусь. И в этот факт меня пихали носом, как нашкодившего котенка.

Одно хорошо — я заметил в доме Киль старую женщину с явными следами удушения. Такие появлялись, если кто-то собирался открыть кому-то подробности, сохраняемые клятвой, но ему не хватило силы решиться. А если она была все еще жива, то на ней, в отличие от остальных, клятва не со смертельным условием, а тем, которое можно обойти, если очень постараться.

Окрыленный подобным знанием, я два дня выяснял личность служанки по составленному мной фотороботу. Спрашивать напрямую у Элоизь было бы слишком глупо. А так, обходными путями, засылая своих доверенных ребят, переодетых в одежду слуг, я смогу выяснить, кто эта несчастная. И случайно устроить ей попадание в больницу к нашим верным целителям. Дальше лишь дело техники: уговорить предать, обойти слова запрета. И мы окажемся у цели, со своим собственным шпионом во вражеском стане.

Покончив на сегодня с работой сразу после обеда, я собрался тайно встретиться с Эльзой. Слежку за мной, и правда, поставили круглосуточную. Но я не простой обыватель, и знаю, как обойти любые условия.

Я подстраховался, оставляя в штабе все знаки отличия и вещи, вплоть до трусов, по которым ищейки Элоизь могли меня опознать. Нет возможности отслеживать объект, не цепляя к нему маячок. И хорошо еще, что все известные заклинания прилипали на предметы, а не живое тело.

Было немного странно надевать ношенные вещи Сальтора, но только так я смогу полностью запутать слежку. Не привести врагов на порог дома, прямо к моей любимой девочке.

Как я объяснял целителю, зачем подобное мне вообще нужно, звучало комично. Было достаточно неприятно просить у него помощи. Связываться с другими военными, которым я бы смог приказать, было опасно. Тогда как новый целитель точно не предатель короны, да и доверял я чутью Эльзы в подобных вопросах. Он может пожелать отомстить мне, но не своей подруге. И она точно не стала бы общаться с гнилым маркизом, не так их обучали..

— Я обескуражен, — проговорил Сальтор, облачаясь в свою запасную одежду. — Вы один из немногих не целителей, кто смог так качественно сбить меня с толку своей неожиданной просьбой.

— Я бы объяснил тебе все откровенно, но сейчас у меня нет на это времени. Нужно успеть добраться до дома Эльзы, пока меня не пасут и твой запах не сменился моим собственным. Это если они использую собак. Шанс, конечно, мизерный, но и на этот случай я лучше подстрахуюсь.

— Эльке что-то угрожает? — насторожился мужчина.

— Да, если кое-кто узнает, что я продолжаю с ней общаться, — признался я, не став отрицать, раз меня спрашивают напрямую.

— Это вы про семейку Киль, что вновь пытается вползти на ваших спинах в высший свет? — полу спрашивая, усмехнулся Нервер.

— Я так ограничен, что меня можешь прочитать даже ты, тот, кто знает меня не более трех месяцев?

— Нет. Я просто умею слушать, а окружающие считают подобную черту признаком сверх развитого любопытства. Так что с мелкой? Могу я чем-то помочь?