Анна Лерой – Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона (страница 18)

— Где он? — растерянно и как-то даже испуганно пробормотал Ким, посматривая то в одну, то в другую сторону. — Куда он… делся?

— Кто? — я нахмурилась, Аттика тоже, так фирменно, как она это умела. Я от зависти от нее отвернулась. — Тут что, тоже дежурный стоит?

— Нет, — замотал головой Ким. — Но, может, поставить?.. Лейтенант, а осетр-то где?.. Мы же его сюда выбросили. Он же не мог уйти?..

Глава тринадцатая

А и правда. Где осетр? Если он, конечно, тут был, так-то я сама его на помойке своими глазами не видела. Выносили — да, было, а вот куда дели?.. Но судя по удивлению Кима — предположительно натуральному — осетра оставили куковать на свалке, а он оттуда ушел. Или уплыл.

Как бы то ни было, ситуация следующая: никаких следов. И если я еще могла допустить, что им мог кто-то поживиться, будь он свежий… ну хотя бы относительно, с легким душком, но сейчас-то местонахождение осетра можно вычислить по запаху! И осетр это не корюшка какая, а здоровенная такая рыбина.

— Потом разберемся с осетром, — придав голосу строгости, заметила я, потому что сама обалдела знатно. Главное, он же сколько времени лежал на складе, если оттуда таскают мясо, почему не стащить тогда еще пригодного к употреблению осетра? Кто тут с таким изысканным вкусом?

— Рядовой, — подергала я за рукав Кима, — у тебя яйца не пропадают? Ну, так, чтобы… — Ким встал как вкопанный и обиженно запыхтел, а я поспешно пояснила: — Не находил никогда… ну… закопанные в землю яйца? Несвежие?

По-моему, я это спросила зря. Даже Аттика взглянула на меня с подозрением. Да, китайская кухня тут несколько не в почете или местные китайцы что-то другое едят.

— Проехали, — вздохнула я, а впереди уже маячил какой-то технический вход… неровная площадка, караульный, телега с бронезавром, суровый дедок в соломенной шляпе и, соответственно, еда, прикрытая брезентом. Технический вход был защищен по последнему слову оборонной промышленности: зонтик в дырочку для караульного и натянутая в проломе в стене розовая веревочка. Ни один враг не пройдет.

— Лейтенант Аннет Гонзо, — представилась я. — Показывайте, и почему так поздно?

— Таки вот же ж, — залебезил дедок, — это ж как же ж: нам ехать, а Летиция, — он указал на бронезавра, вероятно, это была самка, — на кладку села же ж.

— То есть вы сознательно задержали поставку… — я покосилась на Кима.

— Еженедельную: мясо, рыба, яйца, овощи, — как-то грустно ответил он. Да и чему тут было радоваться. Поварам же приходилось выкручиваться, чем народ кормить.

— Так не сгонять же ж, госпожа лейтенант, это же ж яйца! А как же ж я положу еще же ж, если у меня бронезавра-то одна? А?

— Так, тихо, — махнула я рукой, и дедок оскорбленно перестал жужжать. — Открывайте, — велела я Киму и Аттике и снова обернулась к дедку: — Когда именно должны были доставить? И на сколько задержались? Сколько по времени доставляете?

— Ась?

— Тьфу. Сколько часов вы сейчас ехали от деревни?

— Та каких же ж часов, — замахал руками дедок, — Летиция, она же ж у меня нонче кормящая, она же ж пройдет, поспит, пройдет, поспит, поест, ей же ж силов набираться надо! Таки вот… — Он почесал голову. — Дня три ехали?

— Три дня? — я обалдела. То есть он на три дня опоздал, потом три дня вез! Шесть дней нас кормили чем попало?! Я тут же рванула смотреть, что было на телеге. Мяса не было, что нет мяса, может, и хорошо, что…

— А чавой не так?.. — хлопнул глазами дед.

— Стой! — крикнула я Киму. — Не-не, не в том смысле, что не трогай… Если они так долго едут… Скажи… вы по факту еду принимаете или по списку? — И я указала на его планшет.

Пока Ким переглядывался с Аттикой, я в ужасе старалась не заметаться и не заорать. Три дня, чтоб их! Три дня! Неудивительно, что еда пропадает!

— Дед, — сказала я, — ты скажи, только честно. Вот за эти три дня ты сколько всего с телеги выкинул? Что-то уже завоняло, да?

— Ну… так же ж… а куда? — дедок развел руками. — Оно же ж пахнет. Еще морлоки набегут. Ну таки да же ж, я его аккуратненько в кусты, у меня же ж бронезавра, ей же ж еще дитев кормить…

— Ким? — я сдвинула брови. Вышло не так внушительно, как у Аттики, и не настолько эффектно, но все равно впечатлило. — Ты все по количеству и весу принимаешь?

— Н… н-никак нет! — пролепетал он. — Так привозят же немного, поэтому по списку… У меня и весов-то нет, лейтенант, но…

— Что — но?

— Но так редко когда трое суток везут…

Редко, не редко, а часть пропавшей еды я отыскала. Ай да я! Вообще не напрягаясь! Допустим, четверть… пятая часть пропала. Самый скоропорт. Но этим все равно не объяснить, что жратва прямо со склада исчезает. Или все-таки объяснить?

— Провиант принять по количеству и качеству! Заказать весы, поставить здесь. Караульному оборудовать будку, прореху в заборе закрыть нормальными воротами, площадку выровнять, пункт приема еды и транспортировку до кухни оборудовать и наладить. Рядовой Роно! Ответственная за строительные работы! Рядовой Стрего! Ответственный за кухню, весы и деда! Деду сделать внушение по поводу сроков доставки. Пусть хоть сам на яйцах сидит. Касательно материалов и работы — возьмите средства у местного казначея. Выполнять!

А еще бы штраф впаять этому деду! Или, точнее, тому, кто этой доставкой руководит, штраф, выговор и всякие другие санкции. Сто процентов же нарушение договора! Запрос-то был на совершенно другое количество еды.

И, кстати, хорошо людьми командовать, подумала я. Все, указания раздала, теперь только…

— Срок исполнения — трое суток. По готовности доложить. Мне, а не маршалу! Логистика — это боеспособность армии! Все поняли? Выполнять!

Как раз подоспели остальные не занятые на кухне бойцы, работа по приемке провианта закипела, а я оттащила деда в сторону.

— Слушай, старый ты проныра, где у меня гарантии, что ты еду на сторону не продал? А? — Я нахмурилась, но, наверное, не настолько грозно. Нет, все-таки надо взять у Аттики пару уроков бровей. — Ты вот говоришь — выкинул. А если не выкинул? А если я найду?

— Так же ж, мож, что еще и найдете, — развел руками дед. — Так же ж не все, что солдатики-то едят, зверь же ж ест. Опять же ж, вот рыба! Она же ж стухла совсем, а зверь что, зверь же ж ее не ест! Так, почитай, и воняет вдоль обочины. Только пошто вам тухлая-то рыба, госпожа лейтенант?

— А почему у тебя вообще еда тухнет?

Судя по выражению лица дедка, я спросила что-то вроде «почему слоны не летают» и «почему в пассажирских самолетах парашюты не выдают». У него аж губы задрожали, причем не от обиды, а от возмущения. Мол, ты чего городишь, девка неразумная, а еще офицер, а еще образованная.

— Таки же ж… таки мне же ж маг нужен! А где же ж нам его взять? — дед в который раз развел руки — просто регулярные упражнения! — подумал, картинно приложил ладони к физиономии и покачал головой. — Ну, таки наш сельский дохтур чой-та поколдует, как могет, таки же ж рази его колдунства хватит? От нас доседова, почитай, и так часов пять-шесть, таки ежели бронезавр резвый да покладистый. А таки нет, какие шесть часов, брешут, госпожа лейтенант, как есть брешут, часов десять — не меньше! От таки вот…

Десять часов. М-да. Отменно. Я подошла к телеге, посмотрела, что там и как, и быстро пришла к выводу, что попахивает и правда знатно. Нет, не все испортилось, но вон и клубни уже пятнышками помеченные, и яблоки слегка помятые, есть можно, конечно, но… реализацию еды на сторону и обратно деревенским можно исключить? Еда испортится окончательно. Ладно еще зимой или в холодное время года, но чтобы сейчас?

— А морлоки, выходит, рыбу не едят? — спросила я у сосредоточенно пересчитывающей корзинки Аттики.

— Испорченную никто не ест, лейтенант!

Да что же ты так все время орешь?.. Хотя, может, и к лучшему, переспрашивать не надо. И да, осетра-то кто-то все-таки сожрал.

— Пыль, — напомнила я, понизив голос. Конечно, я дневальному на кошку указала, но мало ли. — Вернешься с Кимом на кухню — вспомни, что у нас — у меня, но это неважно — маленькая голодная кошечка. А я пойду пока… дела у меня есть.

Дела у меня — как сажа бела. Подумать — так и не знаешь, за что хвататься, но начинать надо с главного. С казармы, например, решила я, потому что пока можно палаточный городок разбить: еще тепло и дождей вроде бы не предвидится. Надо быстро накидать план работ и пойти докопаться до маршала, пусть я три дня себе выбила, но тут безотлагательно.

Я как раз проходила мимо ямы, и мысли мои вернулись к осетру. Если морлоки не едят испорченную рыбу, то кто ест испорченную рыбу? Маршал, ха-ха? Ну, мало ли, может быть, он китаец в душе. Может быть, это он продукты ворует и закапывает в землю, а поутру не помнит ничего. Оборотень он в погонах, местная версия.

Деликатесы, типа «непонятно что в вакуумной упаковке», я в свое время отведала. Хорошо, что тренер прибежал и изо рта вытащил, потому что вся команда давилась, но с деревянными лицами приобщалась к высокой кухне. Что бы было, сожри мы чуть больше, чем успели понадкусывать, никому не известно. И стоило ведь копейки, и кто первый начал, я уже и не помнила, а потом, было дело, кто-то еще дуриан купил… И как только достал?

Итак. Вернуться к себе, накидать план ремонта, план тренировок, обсудить все это с маршалом… не все, а только чтобы деньги дали, снарядить обоз за стройматериалами, заодно и проверить, нет ли в деревне следов нашей еды. Мало ли что, всякое может быть. Ах да, вспомнила я, увидев на плацу слоняющийся личный состав, я же им приказала явиться!