Анна Лерой – Красная книга магических животных (страница 8)

— Угу, — буркнула я и ответила, понадеявшись, что не облажаюсь: — Это эвкалипт.

— Мы называем его «нудия», — Дезмонд подошел к дереву и провел пальцем по стволу. — Голое дерево. Оно отлично впитывает влагу из заболоченных мест. Его привезли сюда не потому, что ему грозило исчезновение, а просто оно очень нам подошло. А что касается вас — наши коллеги давно хотят привезти нескольких яванских носорогов из вашего мира, пока их не истребили полностью, условия в том заповеднике отличные и носороги должны прижиться. Но телепорты не работают в пределах других миров, и тот сотрудник из-за каких-то обстоятельств на полтора года застрял где-то… недалеко от вашей страны, — Дезмонд нахмурился, пытаясь что-то припомнить. Возможно, название сопредельного государства. — Он услышал какую-то передачу, восхитился вашей смелостью… а потом случилось так, что китце оказался в ваших руках, все было решено. Китце не пойдет к кому попало в руки.

Я пошевелила ногой листья, которыми была усыпана земля.

— Судьба, — усмехнулась я. — Расскажите теперь про себя. Значит, вы организуете экспедиции за редкими животными?

— Можно сказать и так, — очень величественно кивнул Дезмонд. Иногда у него был вид, словно его случайно выдернули с заседания в какой-то Палате Лордов. — Продолжим экскурсию: смотрите, там вольеры, чуть дальше — склады. Если вам будут говорить, что они пустые и все пропало, не верьте, там всегда есть недельный запас. Дальше, прямо за ними, отсюда не видно, площадка молодняка…

— А можно я… — оживилась я, потому что что может быть милее, чем звериные дети, но тут Дезмонд замер, только рука его потянулась ко мне и легла на мое плечо.

— Пожалуйста, не двигайтесь, — прошептал он.

Я громко запыхтела. Это должно было выразить мое недовольство, а также растерянность, но я послушалась. Во-первых, рядом могла оказаться змея. Во-вторых, нас мог кто-то заметить и намереваться схарчить. Или я могла наступить на чье-то гнездо. Много вариантов, я привыкла возиться с животными все же домашними и практически не гуляла по лесу. В чужом краю лучше слушаться местных.

— Вас не затруднит подержать мое пальто?

— Нет, конечно, — откликнулась я, и Дезмонд, обрадованный, будто опасался отказа, начал ерзать плечами, так змея, наверное, сбрасывает шкуру, но снять как все нормальные люди он почему-то не мог. Я как можно медленнее и незаметнее протянула руки и поймала наконец пальто, прикидывая, можно мне шевелиться или еще нет. А Дезмонд плавно опустился на корточки, отбежал в такой позе куда-то в сторону метра на три, а затем и вовсе лег на землю и уже совсем по-змеиному пополз в кусты.

Отлично, сказала себе я. Я считала, что он британский джентльмен при камзоле, белоснежной рубашке и шейном платке, а у него вовсю крыша течет. «А кто это у нас тут — змейка или ящерка?» — «Я сисадмин, доктор, сеть вам тяну...» 

Меня разбирал смех и вместе с тем хотелось ударить себя по лбу. Я тут же нарисовала себе предстоящее собеседование уже в моем мире. «Мое последнее место работы — магический заповедник, платили мне там хорошо, вы столько не будете, но в моем подчинении были сплошь амбициозные психи...» Нет, не поверят, правду говорить легко и приятно, но при попытке трудоустроиться лучше соврать.

— Чвяк!

Я все еще помнила, что двигаться мне не советовали, поэтому просто скосила глаза. Благо мне было ясно, в каком направлении надо смотреть: туда, куда полз Дезмонд. Правда, зачем он полз, я так и не поняла, потому что «чвяк» издавала птичка и сидела она на дереве. 

Она была похожа на нашего воробья, только что перья были темнее и несколько смахивали на шерсть, я не знаю, как это возможно, но куры такими бывают. Длинные тонкие лапки, которыми птичка переступала по ветке, внимательные глазки, а вот клювик подкачал… скорее мордочка, чем стандартный клюв. И этой крошечной пастью она и издавала мелодичные звуки. 

— Чвяк.

Птичка встряхнулась, как после дождя, и перепорхнула на ветку ниже. Дезмонд показался из ближайшего к дереву куста аки ниндзя.

— Вы ее хотите поймать? — тихо спросила я, все так же не двигаясь. — А зачем?

Дезмонд мне не ответил. Я решила не торопить события, вон котика я уже помыла, и чем все кончилось. Зоо-ниндзя тем временем не спеша добрался до дерева и с ловкостью заправского акробата взлетел на нижнюю ветку, а потом словно бы слился со стволом и осторожно начал протягивать руку вверх.

Если бы я не видела Дезмонда несколько раз до того, решила бы две вещи: что он либо скорбный на всю кукушку, либо он опытный ловец животных. Как раз из тех, кто их привозит в заповедники. Даррелла я читала, мне все это еще с детства интересно было. И, кстати, может, с тех самых пор у меня и проснулась любовь к животным? Но мне и в голову не могло прийти, что процесс выглядит вот таким странным образом. Подобраться к зверю так близко, да еще акробатничая при этом, и весь свой джентльменский лоск Дезмонд сразу же растерял. Он уже не вежливая снулая рыба, а безбашенный приключенец. Глаза горят, губы сжаты, на лице восторг и восхищение. С таким лицом герои любовных романов смотрят на своих жертв... ой, то есть возлюбленных.

Птичка чвякнула еще пару раз, приглядываясь, что там происходит внизу, а потом, не успела я даже вдохнуть, замахала крылышками и в один миг перелетела мне на голову.

— Ой, — сказала я. Когти там были ого-го, и я это вмиг почувствовала. Даже взмолилась, чтобы птичка не выдрала мне волосы или чего покруче. Вон у сов такие когтищи, что дырки легко могут оставить в человеческом теле. Эта птичка с виду невеличка, а мало ли...

— Пожалуйста, только не двигайтесь! — прошелестел Дезмонд — как ему это удалось? — Я сейчас попытаюсь ее поймать!

— Побыстрее, пожалуйста, — попросила я, — пока она не сняла с меня скальп! Что это такое?

— Я не знаю! — Он отклеился от ствола и начал очень медленно двигаться в мою сторону. — Она эндемик Павистрии, мы очень хотели ее заполучить, и вот… — Еще пара шагов, птичка тоже переступила лапками, я закусила губу. — В последний день нам ее принес местный житель. К сожалению… — Еще шаг, Дезмонд вытянул руку. — ...Этот местный житель ни слова не знал на нашем языке. Она вылетела из клетки уже в заповеднике. Их исчезающе мало. Мне жизненно важно ее поймать. Пожалуйста, только не двигайтесь.

Откровенно говоря, я решила, что если пошевельнусь, то эта милота просто оторвет мне голову. Птичка была не больше воробья, но вот лапки ого-го и сильные не по размеру. Я чувствовала, как у меня уже лысина образовывается. А я помочь ничем не могла, с птицами мне дел иметь никогда не приходилось, какие птицы, когда у нас был полный приют кошек! Поэтому я во все глаза смотрела на Дезмонда. Рубашка в грязи и расстегнута на пару пуговиц, брюки мокрые и запачканные, на физиономии очаровательная полоска свежей глины, и при этом — куда делся весь тот сдержанный господин? Да о чем я, он вряд ли старше меня, скорее всего, мой ровесник, молодой еще парень, не больше тридцати лет! И, черт возьми, когда в его взгляде пылает такой восторг, то делает его настоящим красавцем! Как там говорили модные психологи — красота это харизма? Да, это было о нем, а не обо мне и сейчас.

Подумать над всей этой ерундой я не успела. Птичка зацепила лапками резинки на маске, испуганно чвякнула, Дезмонд совершил прыжок, птичка затрепыхалась, я, согласно законам физики, полетела на землю, птичка вверх, маска — тоже, Дезмонд — на меня. 

Земля была мокрой и влажной, Дезмонд — довольно тяжелым, выражение его лица — крайне виноватым.

Глава седьмая

— Простите, — обескураженно сказал он. — Я гоняюсь за ней со дня своей последней экспедиции.

Я его понимала. Сколько я переловила собак и кошек, не желающих, чтобы их спасли, и потому терпела. Но одно дело — терпеть птичку на голове, а другое — собственного немелкого заместителя на себе.

— Слезьте с меня, будьте так добры, — прохрипела я чуть придушено. Дезмонд тотчас вскочил, и вот кто бы другой стал отряхиваться и прихорашиваться, но ему было словно бы все равно. Он только витиеватым жестом подал мне руку, виновато улыбаясь.

— Я вас не ушиб?

Я помотала головой. Не ушиб, но у меня было странное чувство, что чего-то мне не хватает. Маска!

Я необдуманно хлопнула рукой по лицу, и от Дезмонда это, разумеется, не укрылось.

— Что? — встревожился он.

— Да так… — я помялась. — Маска. Кажется, ваша птичка ее утащила.

— Я давно хотел спросить: а зачем вы ее носите? Это мода такая? — он смотрел достаточно добродушно, так что гадость сказать в ответ я не смогла. Язык не повернулся съязвить касательно своих шрамов, поэтому пришлось отвечать серьезно.

Маски… Я даже открыла рот. Потом закрыла. Зачем, казалось бы, да. Ну, нас полтора года приучали их носить, вот перчатки не прижились, зато масочная индустрия развернулась. Но я маску надевала по двум причинам: первая — она отгораживала меня от людей. Мне так было спокойнее. Вторая…

— Привыкла, — коротко объяснила я, и настроение поползло к нулевой отметке. Может быть, потому, что я взглянула на своего заместителя немного иначе. Интересный же мужик. Или парень? Не поймешь, сколько лет, разве что в личное дело залезть. Так что, пока не поздно, отказаться и вернуться? Прочитать бы для начала договор.