Анна Ледова – Ровельхейм: Право на магию (страница 2)
– Нет, ваше великомудрие. Наши отряды патрулируют там уже два месяца. Все, кто вышли из Леса, беспрепятственно попали в Академию.
– А наследный принц приехал?
– Только вчера вечером, господин ректор.
Валдан поморщился, как от зубной боли.
– Его высочеству назначить штраф и отработку.
– Но, ваше велико…
– Правила едины для всех. Активируйте карту Империи в зале приёмов, ищите!
Председатель вжал голову в плечи ещё сильнее.
– Уже, мой господин…
– И?!.. – приподнялся в нетерпении над столом ректор.
Стинак посерел лицом и тихо произнёс:
– В Империи неучтённых абитуриентов нет…
Валдан медленно сел обратно. В Империи неучтённых абитуриентов нет. Немыслимо. Невозможно. Тем не менее Врата утверждают обратное. А пока они не погаснут, пропустив через себя последнего одарённого, учебный год не сможет начаться.
Всё так же будут запечатаны аудитории – и не сургучной печатью, а магией самих стен Академии. Так и не заработает сеть внутренних порталов. Столовая не начнёт греметь кастрюлями и источать соблазнительные запахи. Разнотравный сад не наполнится тихим перезвоном насекомых и мелкой нечисти. Библиотека не откроет свои богатства, скрытые до поры в тайных нишах.
В Уставе Академии издавна были прописаны строгие правила набора, обучения и проживания одарённых. Всем совершеннолетним, впервые обнаружившим у себя магический дар, предписывалось прибыть в Академию и пройти Вратами не позднее, чем за неделю до первого дня осени. С последним прошедшим Врата гасли, а Академия оживала.
Эта неделя уходила на подготовку к учебному году. Приёмная комиссия сортировала прибывших, распределяла на факультеты. Преподаватели утверждали расписание, а сами студенты-новички заселялись в кампусы, с восторгом изучали территорию и знакомились друг с другом.
Престиж Академии настолько высок, что ни один одарённый не смел опоздать к сроку. И уж тем более игнорировать саму возможность учиться в лучшем и единственном заведении Империи. Каждый год новичков-первокурсников набиралось немного: всего пятьдесят-семьдесят человек и нелюдей. С момента половой зрелости, когда сначала прорезался природный дар, и до совершеннолетия, когда раскрывалась основная магия, каждый подросток с нетерпением ждал этого судьбоносного дня – оказаться в Ровельхейме.
Помешать одарённому пройти Врата приравнивалось к преступлению. Да никто в здравом уме и не стал бы. Магов в стране мало и даже три месяца обучения самого слабого одарённого (до первых несданных экзаменов) уже дадут ему лицензию на практику, пусть и сильно ограниченную. Но жизнь такого студента в любом случае изменится навсегда. Разумеется, только в лучшую сторону.
Игнорировать Устав могли разве что намеренно. Из высокомерия и наглости, например. Вот как наследный принц. Молодой и нахальный щенок прибыл только вчера, всего за четыре дня до начала года – уверенный, что только его и ждут. И ведь ждали. Это из-за него на территории Академии уже три дня ютились растерянные первокурсники и не менее растерянные старшие студенты – кампусы общежитий ведь были запечатаны. Лесные жители облюбовали для себя замерший Разнотравный сад, а остальные приткнулись с чемоданами и тюками где смогли – кто под деревом, кто у стен.
За такое опоздание полагалось наказание в зависимости от его причины: полугодовая отработка, штраф, а то и просто общественный позор от всех, кто был вынужден ждать. А, судя по газетной светской хронике, у его высочества наследного принца, до последнего дня кутившего в соседнем городке, уважительных причин для опоздания никак быть не могло.
И вот до начала года осталось всего три дня, и даже принц наконец соизволил явиться, а Врата до сих пор не погасли, утверждая, что ими прошли ещё не все.
Его великомудрие ректор Валдан буквально ползал с лупой по карте Империи в зале приёмов. Огромный барельеф раскинулся во всю стену – искусно раскрашенный, с выдающимися заснеженными пиками гор. Казалось, тронь голубую ленточку рек, и услышишь тихий плеск – настолько натурально была отображена вся территория Империи. Ректор искал. Огонёк, искру, любую чужеродную точку на карте. Если активировать карту в самом начале отбора, то россыпь огоньков светилась по всей Империи. Тогда ректор довольно бурчал про себя: «Светлячки мои» и периодически наблюдал, как все они постепенно стекаются к Академии. Сейчас карта была пуста.
За спиной ректора застыл в молчании практически весь преподавательский состав, потративший до этого не один час на безуспешные поиски. Уже начало смеркаться, когда ректор устало потёр глаза и просто сполз по стене на пол. Оглядев своих коллег, вздохнул:
– Завтра испросим высочайшего соизволения использовать дворцовый оракул. Пока расходитесь.
Со вздохом ректор поднялся и направился к выходу, бросив последний взгляд на карту, как вдруг неожиданно заорал:
– Шторы!.. Задёрните шторы!!..
И сам подбежал к окну, рванув тяжёлые портьеры. В кромешной темноте на карте где-то под потолком пробивался едва заметный бледно-зелёный огонёк. Ректор шумно выдохнул и приказал:
– Отряд в Истрию, немедленно!
На стенах зала приёмов зажглись яркие светильники, заплясали тени. Одна из них, обретая плоть и форму, выступила из стены и резким беспрекословным голосом произнесла:
– Я сам этим займусь, Валдан.
Ректор прищурился, не сумев быстро приспособить зрение к яркому свету.
– Кто вы такой? Это внутреннее дело Акаде… о, ваша светлость!..
– Академии и совета её попечителей, – оборвал его мужчина. – И я, как глава совета, беру поиски в свои руки. Раз уж руководство Академии не в состоянии само обеспечить явку студентов. Собственного племянника и то пришлось за шкирку приволочь…
– Я уже отдал приказ о наказании для его высочества… – подобострастно склонился ректор.
– Тогда, надеюсь, вы лично проследите и за его исполнением.
Высокий статный мужчина-тень резко развернулся к выходу.
– Эрдис, Норран, Ксавия. Вы идёте со мной, – скомандовал он и первым вышел из зала.
Прочёсывание всей Истрии заняло четыре дня. Вчера был первый день осени – начало учебного года, а Академия до сих пор спала. Мэтр Норран связывался с ректором Валданом каждый день для обмена новостями, но ни один, ни другой ничем порадовать не могли. Врата сияли белой требовательной дымкой, Академия не жила, одарённый до сих пор не был найден.
Преподаватели во главе с ректором сумели взломать защиту студенческих кампусов и хотя бы смогли расселить бедолаг по комнатам. Увы, водопровод и канализация остались им неподвластны, да и двери постоянно норовили захлопнуться и запереть несчастных студентов внутри. Столовая оказалась самой неприступной, а потому развернули полевую кухню прямо на площадке фехтования. Более обеспеченные студенты в ожидании начала учёбы снимали комнаты и дома в соседнем городке Ровеле.
Его светлость Ронард Шентия, арн Валрийский, глава совета попечителей Академии и дядя взбалмошного племянника, восседал на чёрном жеребце. Рядом ехал мэтр Никас Ксавия, когда-то сокурсник его светлости, теперь же доверенное лицо и уважаемый преподаватель Ровельхейма. Мэтры Эрдис и Норран в силу своего возраста ехали в повозке позади.
Четыре дня поисков и ни единой зацепки. Их поисковый отряд объехал практически всю Истрию, неприветливый горный и холодный край на самом севере Империи. Народ здесь селился кучно: суровая скудная земля не позволяла такой роскоши, как отдельные хутора. По всей Истрии насчитывалось три небольших городка да два десятка деревень, эти самые городки облепившие по краям. Уже прочесали Сот-Истр, Нижний Истр и всё их окружение.
В Нижнем жил слабенький маг-стихийник, но тот ничем не сумел помочь. Любой маг с лицензией, помимо своих основных занятий, обязан курировать земли вокруг как раз на предмет появления других одарённых. Со слов мага, во всём Нижнем Истре из одарённых подрастала только двойня, но им и пятнадцати ещё не было. Бедна их земля на магию, с двойней и так чуть не весь городок на руках носится, берегут как зеницу ока, только на Академию все надежды. Проверили двойню: действительно, мальчикам ещё три-четыре года нужно набираться сил и расти, прежде чем магия в них проявится в полной мере.
Его светлость мрачнел с каждой покинутой деревенькой. Возглавляя отдел контроля за магией, сам часто выезжая на «полевую» работу, Ронард Шентия за годы работы насмотрелся на всякое. И на крестьян, с вилами встречающих абитуриентов-нелюдей у границ Леса. И на глухих провинциалов с западных границ, что даже не догадывались о существовании Академии. И на преступников – да-да, даже таких молодых – что предпочли бы остаться необученными дикарями в магическом плане, чем быть обнаруженными властями. Но у всей этой младой поросли было одно сходство – их ауры сияли, что дворцовые люстры. Их и искать особо не нужно, в магическом зрении таких «светлячков» видно в радиусе дневного пешего перехода.
Так что не так именно с этим одарённым? Болен, при смерти? Почему его не видно? Почему даже магическая карта с трудом улавливает его силу? Но даже будь он болен, в Академию всё равно доложили бы родственники или соседи. Не дураки же они собственного будущего мага лишаться, в провинциях им чуть не поклоняются. Погружённый в раздумья, арн Шентия и не заметил, как их группа въехала в Нит-Истр.