Анна Ледова – О дивный чуждый мир (страница 4)
– Спасибо, милая, – искренне поблагодарила она Эльгу, размяв уставшие мышцы.
– Твоя навеки, – причмокнула Эльга, – Сладких снов. Зови ещё.
Может, стоит вызывать её и с утра? Наверняка Эльга Петрич умеет не только снимать усталость после тяжёлого дня, но и придавать новых сил по пробуждении. Хотя у Аннички с утра и так хватало сил, на это она никогда не жаловалась. Нет, дорого… А вот пару раз в неделю по вечерам – в самый раз.
В четыре утра Анничка проснулась бодрой и полной сил. Нет, хороша всё-таки Эльга! От вчерашней ноющей боли в шее не осталось и следа. Действительно, магический метод. Надо будет продлить Эльгу. Подписка на месяц, кажется, с хорошей скидкой идёт.
В такой час солнце ещё не взошло, и Анничка очень любила эту утреннюю темень: когда все ещё спят и можно неспешно выпить кофе (а то и два!) в тишине и одиночестве. Скоро за окном начнёт светать, и Анничка не стала зажигать свет на кухне, чтобы встретить новый день во всей его естественной красе.
Это уже через час захлопают двери, дом наполнится звуками: тяжёлой поступью хозяина, беготнёй и криками детей… К запаху кофе примешаются другие: омлета, поджаренного хлеба и колбасок – всего того, что Анничка приготовит на завтрак обитателям дома. А пока – кофе и рассвет.
Только зайдя на кухню, Анничка обнаружила кое-что новое. Обычно там темноту разбавлял голубой свет мини-станции Весты, а теперь ещё и из окна лился тёплый жёлтый свет. «Неужели проспала и уже рассвело?» – удивилась молодая женщина. Но тут её взгляд переместился на второе окно на смежной стене – и вот за ним была привычная утренняя хмарь. «Фонарь наконец поставили на улице, – успокоилась она догадкой. – Давно пора. Да, кстати, и окна бы помыть…»
На той неделе хлестали ливни, а ураганный ветер ещё и песка нанёс. Но тёплый свет от фонаря был таким чистым и ярким, будто стёкла с разводами, что Анничке уже третий день глаза мозолили, не были ему помехой. Окно, что ли, на ночь не закрыла?
Анничка подошла ближе и недоумённо потёрла глаза. Окна не было. Вернее, проём-то имелся, а вот ни пластиковой рамы, ни подоконника из дорогущего искусственного дуба, имитирующего натуральный, ни хвалёных двойных стеклопакетов больше не наблюдалось…
Как не было за окном ни фонаря, ни тихой улочки, ни цветущей акации. Занавески только были. Но – с другой стороны. Снаружи. А ещё вернее, внутри… Другой кухни, на которую Анничка сейчас и смотрела из окна своей.
– Тебе чего? – сварливо крикнула высокая крепкая женщина в белом чепце, не оборачиваясь. Спиной, видимо, почувствовала движение в окне. – Козам сперва задай, каша не дошла ещё.
Анничка во все глаза рассматривала невозможную картину, которую можно было наблюдать, только заглянув в окно чужого дома с улицы. Но она-то была у себя! В собственной кухне!
А посмотреть было на что. По стенам сияли медными боками кастрюли и сковородки, в углу источали ароматы окорока и колбасы, подвешенные на крюках, пол был уставлен корзинами с овощами. Посреди кухни стоял огромный дубовый стол, больше похожий на алтарь, и в самом центре его пыхал тем самым жёлтым светом огонь, облизывая язычками пламени чан с побулькивающей кашей.
«Сгорит же к чертям», – в шоке подумала Анничка, заворожённая кошмарным зрелищем: открытым огнём, бушевавшим прямо на деревянной столешнице. Жечь дерево, какое безумие! Хозяйка же невозможной кухни, не получив нужного ответа, недовольно обернулась.
– А ты ещё кто такая? – вскинула она брови и уставилась на Анничку. Впрочем, ноздри её тут же раздулись и побелели, и женщина потянулась к поварёшке. – А-а-а…
Это протяжное «а-а-а» Анничке не понравилось, но, как это часто бывает в плохих снах, она будто ногами к полу приросла и не смогла ответить.
– Потаскуха! – взвыла женщина, и в Анничку полетела увесистая утварь. – Опять господин Мортестиг всякую шваль в дом тащит! Вот я старой хозяйке-то напишу! А ну проваливай, бесстыжая! Ишь, совсем распустились! В одном белье теперь по улицам шастают!
От поварёшки ошеломлённая Анничка увернулась, а вот слова очень задели.
– Сами вы!.. Эта… – обиделась она. – И нормально я одета, по-домашнему…
Шорты и красный топик на лямках – будто кто-то в такую жару дома по-другому ходит!
– По-постельному! – рявкнула женщина. – Ишь, шалава, ещё и хамит честным людям! Давай, давай, убирайся! Тут приличный дом, а не подворотня!
– Здесь вообще-то
– Ну, конечно, улица –
Угроза показалась Анничке вполне реальной, так что она быстро отступила на шаг и хлопнула дважды в ладони. Вспыхнул верхний свет, а одновременно с этим пронзительно заверещала кофемашина, настроенная выдавать напиток строго к определённой минуте. Не станет же эта сумасшедшая в таком длинном платье через подоконник лезть! А вдруг?.. На всякий случай Анничка схватила тесак для мяса из подставки.
– Послушайте, я не знаю, что здесь происходит, но если сунетесь ко мне – это будет проникновение в частную…
– Демоница… – хрипло осеклась женщина, перегнувшись через подоконник и узрев, наконец, вместо привычной ей картины Анничкину сторону окна. – Ружаночка-матушка, да что ж это… Заморочила… В самые адские вертепы проход открыла…
Насчёт демоницы она, может, была и права. Анничка заметила своё отражение в другом окне,
– Стойте там! – предупредила Анничка. И, подумав, добавила. – Ведьма.
Ну а что? Только этой фурии обзываться можно?
– Адово отродье… – женщина вроде крестилась, но как-то странно: похлопывая себя рогулькой из двух пальцев по плечам и запястьям – сначала левой, затем правой, и снова по кругу. – Ничего… И у старой Лурцы на вас управа найдётся… Ири-и-ик! Вилы с факелом тащи!
– Ма-а-акс! – заорала в свою очередь Анничка, поняв, что угроза реальна, и надеясь, что муж проснётся сразу. – Биту возьми! Веста – тревога! Код два-ноль!
Глава 2
День Римми прошаталась по городку, изучая окрестности и источая совершенно несвойственное для себя дружелюбие по отношению к жителям городка.
Она наведалась в несколько магазинчиков на проспекте Хюдерин и в лавки попроще, перекусила один раз булочкой с чаем в кофейне. Везде она приветствовала местных первая, а при ответном интересе сразу представлялась. Аримантис вей Дьечи. Да, новый маг. Да, первой категории. Что это означает? О, да всё, на что вашей фантазии хватит… А вам, кстати, магические услуги не нужны?
Как и на рынке с утра, принимали Римми пока с осторожностью. Провинция, что с них взять. Варятся в своём тихом мирке, всего нового боятся. Ничего, главное начать, а там сами потянутся.
На следующее утро Римми обнаружила подаренного курёнка с перегрызенной шеей под входной дверью. И, как назло, вчерашняя чувырла стояла неподалёку, делала большие глаза и что-то шептала собравшимся вокруг неё горожанкам. Наверняка про злую и страшную ведьму.
Ладно, куриный суп – это тоже хорошо. А ещё с ароматным хлебом… Но хлеб, аккуратно убранный на полку под заклятие свежести, оказался основательно погрызен мелкими зубками. «Чёртовы дракки!» – зарычала Римми и тут же отругала саму себя. Ловушки-то для них забыла вчера купить. А ведь видела характерную дыру на полу кухни.
Вот же мерзкие помойные твари! И курёнка, значит, тоже они. Напились тёплой крови, а силёнок утащить не хватило. И самое обидное, что на дракков у неё управы нет – не действует на них магия. Только по старинке – ловушки с приманками. Так они ещё, хитрые твари, избегать их наловчились. Собаки тут не помогут, они сами гадёнышей боятся. Римми слышала, что в жарких южных странах есть такие особые зверьки манга́сты – вот тех даже натаскивать не нужно, сами горазды на эту погань охотиться. Видать, у них личные счёты с дракками. Римми от такого зверька тоже не отказалась бы.
Вечером Римми занималась супом и шила постельное бельё из подаренной чувырлой ткани. Заговорённая игла мелькала себе потихоньку, бульон побулькивал. А вот клиенты всё не торопились идти…
– Маг! Маг, Михе́ль! Я собственными ушами слышала! – билась в истерике хрупкая девочка лет пятнадцати, прижатая к впалой груди юноши немногим старше её. – Они нас нашли, это за нами!
Юноша, тоже не особо крепкий, но высокий и с аристократично тонкими чертами лица, обхватил лицо девочки узкими ладонями, заставляя смотреть ему в лицо.
– Кири! Кири, смотри на меня… Дословно! Всё, что слышала… Хочешь воды? Сейчас, я сейчас… Кири, ну отпусти же меня, я на секунду!
Девочка только всхлипнула, вцепившись ещё сильнее, и Михель просто перехватил её за талию, удерживая на руках, и сделал с ней вместе несколько шагов до стола.
– Вот, пей… Да я же рядом, глупая…
Ки́рен взяла стакан с водой, не отрывая второй руки от юноши, сделала несколько маленьких глотков, поперхнулась, но немного успокоилась.
– Девушка, – икнув, сообщила она. – На рынке. Угрожала саранчой и волками. Из Эбендорфа вчера прибыла, сама сказала…
– Что ещё, Кири?
– Не знаю, – опять всхлипнула девочка. – Я убежала сразу…