Анна Леденцовская – Фея некромантской общаги. Книга 3 (страница 14)

– Что?! – Хлопок – и Гортензия стала крошечной фейкой. – Только не это! Это же жуткое убожество, ужасное уродство, да нас все бабочки засмеют и муравьи задразнят! – Она летала по комнате и трясла подол своего пестрого платья-балахона, уменьшенной копии ее маскировочного наряда. – Где моя одежда? Мои шикарные платья?! Мой корсет?!

Гортензия носилась под потолком злобной осой и ругалась так, как будто ее детство прошло в худшем портовом кабаке. В конце концов Виоле надоело это никак не кончающееся истеричное представление, и она, оставив Гортензию в номере, маленькой пестрой бабочкой упорхнула разведать обстановку.

В отличие от недовольных фей, у Марии Спиридоновны вечер прошел прекрасно. Семейство Греты было весьма милыми гномами. Глава семьи был в отъезде по своим торговым делам, со старшим братом и матушкой они уже познакомились, а бабушку и младшую сестренку им представили на ужине. Старушка оказалась большой любительницей игры в кости и была неимоверно счастлива, когда Лисовские и Пыжик согласились составить ей партию. Фейки с удовольствием развлекали рыжую малявку, на Марьин взгляд лет семи от роду, если по человеческим меркам. Ну и сладкое это троица лопала будь здоров. Мадам Ровгон, которую, как узнала Марья, звали Гертруда, интересовалась незнакомыми рецептами и рукоделием, спрашивала про модные новинки, а еще ей как владелице курорта было любопытно, какие процедуры для красоты и здоровья использовались на Земле. Мария Спиридоновна на земных курортах не бывала, но рассказала про деревенскую баню с купанием в проруби или снегу.

– Там на резкой смене температур и оздоровительный, и косметический эффект основан, – говорила она, вспоминая детство в деревне. Еще, покопавшись в памяти, припомнила то, что одно время говорили о пользе грязелечения.

– Грязь? – Гномки вытаращили глаза.

– Там вроде какая-то особая, с минеральными солями. Еще обертывания шоколадные. – Она пыталась вспомнить, чем обычно мазались всякие звезды и что рекламировали известные модницы. – Вроде еще водоросли, улиточная слизь и золотые маски.

Марья, как могла, объясняла женщинам про модные процедуры, о которых знала только понаслышке. Наконец, не выдержав, решила просто объяснить смысл всех этих вещей для толстосумов.

– Не факт, что все это помогает, ну, кроме бани. Да это и не важно. Возьмите простейшее и эффективное средство, добавьте туда совершенно не нужный дорогой ингредиент, золото например, приятный запах, красивое название и огромную цену. И у вас точно все раскупят, потому что по такой цене это не все могут себе позволить, – вводила она Гертруду в курс земных реалий для богатых.

– Но ведь это обман! – не понимала женщина.

– Неправда. – Марья даже заулыбалась. – Такие, как леди Кло, хотят не только эффект, но и эксклюзив. Добавив в дешевую маску золото, вы ей это обеспечите. Эффект будет, золото будет, эксклюзив за счет огромной цены – тоже. Вы заработаете, а ей будет чем хвастаться. И никто не сможет ей доказать, что это эффект не от золота! Она такую рекламу сделает, что тут не протолкнуться будет. А нормальным посетителям предлагайте водорослевые обертывания и банные процедуры.

Вечер пролетел незаметно за этими разговорами. Гномки разжились полезной информацией, фейки и маленькая Гунда, утомившись, уснули. Бабуля Греты выиграла у Кронова книжку про попаданок, ту, из поезда, и довольно гладила обложку, заявляя нарисованному властелину:

– Поглядим, что ты за гусь, стока девок к себе понагреб!

На что Лисовские, оставшиеся при своих, хихикали и переглядывались. Расходиться никому не хотелось, но надо было и честь знать. Марья подхватила сонных феек, и вся компания направилась в свое временное жилье.

А одна шпионившая фея, которая, залетев в приоткрытую форточку, весь вечер просидела на окне, подсматривая и подслушивая из-за шторы, вернулась в свою комнату со встревожившими ее новостями.

– Гортензия, эта Мария Спиридоновна не такая глупая, как мы думали. Она учила гномов делать деньги практически из воздуха! Обманом, но не обманывая! Как так можно? – Виола кружила по комнате, все еще в виде маленькой пестрой бабочки, и пересказывала напарнице, что услышала.

Гортензия, полулежа на диване, листала журнал и на метания обычно флегматичной блондинки реагировала со скепсисом.

– Успокойся, ты утрируешь. Если бы она была такой умной, то не сидела бы комендантшей в академии. Стала бы богатой, титул бы купила. А эта толстуха только и может, что с чужими детьми возиться да рассказы рассказывать про то, как на Земле что-то делают. – Гортензия зевнула. – Смотри лучше, что пишут в новостях. – И она с выражением зачитала: – «По сведениям из первых рук, от светлейшей графини Кроновой, наследник семейства путешествует сейчас на севере. Графиня выражает надежду, что там, возможно, он найдет девушку, которая войдет в их семью в качестве его жены. Кто же эта красавица, которую сиятельный вампир древнего рода наконец поведет под венец? Следите за публикациями! Самые свежие светские новости только у нас!» Представляешь? Они про невесту, а он возится с немолодой толстой теткой. – Фея расхохоталась. – Я определенно буду следить за публикациями, это поднимает мне настроение.

В отличие от вечера, утро у Марии Спиридоновны явно не задалось. Нет, началось оно превосходно, с подарка! В гостиной домика ее ждала посылка от Азалии, с которой они как раз перед отъездом обсуждали новую коллекцию. Марья тогда волновалась за свои крылышки. Они проходили через все одежды, и это, конечно, было удобно для одевания, но еще они мокли под дождем без зонта и мерзли, если было холодно. А на севере и летом снег. Так что посылке Марья обрадовалась, ведь гонки они собирались смотреть с открытых площадок на улице. Дриада прислала подруге шикарную малиновую шаль.

«Я специально разработала непроницаемую ткань для твоих крыльев, ткань легкая, крылья не помнутся. Цвет сейчас как раз у северных гномов входит в моду. Надеюсь, найдешь там себе кого-нибудь. Гномы – народ предприимчивый, а ты у нас завидная невеста», – писала ставшая романтичной после знакомства с Тимоном Азалия.

Марья на такие предположения только фыркнула, но шаль ей понравилась. Большая, легкая и теплая. Но вот дальше утро перестало быть таким приятным.

Завтрак в ресторанчике отеля был бы вкуснее, не будь он приправлен присутствием леди Кло и ее заклятой подруги леди Мортис. И если Лисовские, едва дамы подошли к их столику, просто, схватив по бутерброду, умчались под предлогом пообщаться с Гленом, то Марье пришлось изображать за всех радость от такой компании. Пыжика после его бытовичек было не пронять, и он, вежливо отодвинув дамам стулья, решил, что на этом его миссия закончена, и уделил пристальное внимание яичнице с беконом на своей тарелке. Кронов вообще сначала не заметил подошедших женщин, он опять уткнулся в книгу и с интересом читал, иногда отпивая кофе из кружки.

Зато такое поведение не могло пройти мимо внимания дам, и они обратились к нему, чтобы отвлечь от чтения.

– О, профессор, вы читаете даже за завтраком? – Леди Кло везде должна была сунуть свой нос. – Книги – это так скучно. Наверное, очередной научный труд. Профессор очень умный и не женат, – сообщила она драконице проникновенным голосом. – Он из тех самых Кроновых.

Леди Мортис заинтересованно сверкнула глазами, но Кронов, не желая отвлекаться на беседу, предъявил, видимо в целях самозащиты, обложку книги, отгородившись ей от дам как щитом.

Марья чуть не заржала в голос. Она не знала, где вампир берет эти романы, но этот явно был в тему. Белобрысая девица с рвущимися из тесного декольте кроп-топа достоинствами и в рваных джинсовых микрошортах торчала у подножья башни, как верба на распутье. На башне, напыжившись, как индюк, сидел ярко-алый дракон. Заголовок на обложке гласил: «Я зажгу в тебе страсть, дракон!»

У леди Мортис, видимо, отказал дар речи, и, пока леди Кло разглядывала микрошорты на девице, она просто открывала и закрывала рот в попытке что-то сказать.

– Это у профессора хобби такое. Он земные романы фэнтези о попаданках читать любит. – Марья ткнула пальцем в барышню с достоинствами и уточнила специально для драконицы: – Это попаданка. На Земле любят придумывать такие истории.

– Попаданка? Она что, из… э-э-э… дома терпимости сбежала? – Леди наконец удалось выдавить из себя вопрос.

– Нет. Просто художник, видимо, так представляет красивую девушку, в которую должен влюбиться дракон, – пожала плечами Марья.

– Бред какой! – Леди Мортис быстро пришла в себя и, отпив чая из чашечки, категорично заявила: – Ни один приличный дракон в сторону такой девицы даже не посмотрит.

– Ну, может, тот дракон не очень приличный, – хмыкнул Петр Семенович. Он намазывал маслом булку, и его позабавила комичность ситуации.

– Какая нелепость! – Леди Кло поддержала подругу. – Вот Мария Спиридоновна тоже попаданка, попала сюда из своего мира. Но она одевается не так. И не так выглядит.

Марья представила себя в микрошортах.

– Знаете, если бы на обложке была я в таком наряде, то дракон бы лежал под башней, и боюсь, что мертвый, – хихикнула она.

– Вы думаете, что настолько бы его впечатлили? – удивленно вздернула брови Кло, потянувшись за шоколадным пирожным.