Анна Леденцовская – Чудеса по контракту (страница 4)
Света смотрела на пустое кресло, где словно растворился в воздухе Аджарас Мендейном ус Баренд, и, сидя на краешке кровати, пыталась собрать в кучу панические и не слишком веселые мысли. То, что она не впала в истерику, она приписала еще не закончившемуся действию артефакта, поскольку запах мяты и лимона все еще ощущался в помещении.
Немного порадовало, что в комнату, со слов кота, никто не сможет войти. Однако просидеть здесь весь год, положенный по контракту, она тоже не могла, хотя и очень хотелось.
– Так, спокойно, Райская, – шепотом заговорила она сама с собой. – Давай разберемся с обустройством, а потом будем решать задачи по мере поступления. Для начала неплохо бы понять, что я имею, что обязана делать и что мне положено за все это. А то, может, и кормить не будут, и платят какими-нибудь магическими шариками, которые мне бесполезны.
Так как в теле от волнения все еще чувствовалась противная слабость, Света первым делом осмотрелась по сторонам. Комната, в которой ей предстояло жить, возможно, целый год, была небольшой, но вся необходимая для нормального существования мебель здесь имелась.
Кровать, пусть и не двуспальная, была достаточно широкой. Матрас, конечно, не ортопедический, но дома Света вообще на раскладном стареньком диване спала. Покрывало она пощупала. Плотненькое, плетеньем как рогожка, но мягкое, в крупную сине-черно-зеленую клеточку. Подушка, кажется, перьевая, в беленькой наволочке. Спать можно, что еще надо?
У окна с миленькими бледно-желтыми занавесками в голубой цветочек стоял письменный стол с пресс-папье, подставкой с письменными принадлежностями и настольной лампой. В центре стола лежал договор.
– Хорошо, что не свеча, – порадовалась Светлана. – Надеюсь, под кроватью нет ночного горшка и «комната задумчивости» – не деревянная будка где-нибудь во дворе?
Кроме упомянутых предметов, в ее распоряжении имелось то самое светло-зеленое креслице, видимо для гостей, стул у стола, а в углу между двумя дверями темной монументальной конструкцией возвышался массивный платяной шкаф.
– Если есть две двери, значит, за ними есть выход! По-моему, так, – перефразировала Света известного детского рэпера времен СССР мистера Винни зе Пуха. – А если дверей две, то за одной не коридор! А значит…
Она встала с кровати и почти на цыпочках подкралась поближе к этим самым дверям, замерев у шкафа и настороженно их разглядывая.
– Правая или левая, вот в чем вопрос? – гадала Светлана Львовна, переводя взгляд с одной на другую. – Хотя, впрочем, какая разница? Начну-ка я со шкафа, он тоже с дверцами.
Света потянула на себя негромко скрипнувшую створку и заглянула внутрь.
– Хм-м-м… – Она прикрыла дверцу, потом открыла ее еще раз и оглядела висящие на вешалках и лежащие на полках вещи. – Ну-у-у… или это кто-то здесь забыл, или это положили для меня. Бирочек не заметно, но на вид как новое, – вытянула Света за рукав какую-то блузку.
– Договор сейчас почитаю, правила местные, еще поесть бы. – Она неожиданно вспомнила, какой усталой и голодной пришла домой после работы. Усталости у Светланы Львовны, как ни странно, не было, а вот чувство голода осталось.
– У меня же там продукты в сумке были, хотя, кажется, ничего скоропортящегося не покупала? – пыталась вспомнить она, замерев у двери слева от шкафа. – Или покупала?
Потянув кругляш металлической ручки на себя, Света несмело высунулась из комнаты.
– Так! Это коридор, – узнала она уже мельком виденные ранее серые камни стен. – Значит, не сюда.
С любопытством повернув голову налево, заметила на противоположной стене, метрах в пяти, закрытую дверь. А вот справа коридор заворачивал, и как раз оттуда в этот момент кто-то вышел и замер, заметив торчащую из-за двери Светину голову.
– Ой! – Светлана, даже не разглядев, кто там был, испуганно всунулась обратно, закрыла дверь и привалилась к ней спиной, тяжело дыша и пытаясь успокоить бившееся сердце. – Любопытство кошку сгубило! В моем случае одну глупую тетку, которая полезла куда не надо, вместо того чтобы подумать и подготовиться. Что же сейчас будет?!
А за дверью ожидаемо уже послышался топот и возбужденные, но негромкие голоса здешних обитателей.
– Я точно видел! Вот за этой дверью…
Шебуршание и тихое поскребывание в дверь мурашками отдалось у Светы по всему телу.
– Кто-то отсюда высовывался, а потом спрятался… – видимо, делился впечатлениями тот самый некто, мельком виденный Светой в коридоре.
– Может, показалось? Закрыто, как всегда. – Дверь, судя по звуку, толкнули.
– Отойдите, олухи! Резвен, неужели не чуешь? Там и правда кто-то есть! На косяке остаточный след чужого человека… – произнес уже другой мужчина.
В дверь вежливо постучали, и тот же довольно приятный голос с вкрадчивыми интонациями поинтересовался:
– Прошу прощения за беспокойство, можно войти?
Светлана Львовна зажала рот рукой, чтобы не выдать себя, и даже постаралась не дышать.
«Никто не войдет без разрешения, и вообще меня тут нет! – думала она. – Хотя когда-нибудь выйти придется, тем более ректор настаивал на знакомстве с подопечными, а это, похоже, они и есть».
– Вечно тут не просидишь, – послышался уже другой, резкий, отрывистый и хриплый голос, видимо придя к такому же выводу. – Выйдешь все равно.
«Похоже, их трое». По голосам Светлана Львовна попыталась определить, сколько человек собралось за ее дверью.
– Эй! – Новый, а еще девичий голос с мягкими интонациями и тихое поскребывание немного придали Свете храбрости от осознания, что тут не только мужчины. – Если сегодня выйдешь, иди направо, там столовая. И поторопись, а то ужин пропустишь, все съедят.
За дверью послышались удаляющиеся шаги, и Светлана Львовна, облегченно выдохнув, сползла по косяку на пол.
«Фух! И чего это я испугалась? Там же просто студенты, а я у них тут целый воспитатель! – стала мысленно уговаривать она сама себя. – Так, Райская, соберись! Договор читаем – и вперед, на баррикады! Страхам надо смотреть в лицо. Личные дела и всю макулатуру тоже прихвачу. Сразу и ознакомлюсь, и познакомлюсь лично».
Встав, она уже без интереса все же пошла открывать и вторую дверь. Ожидаемо там нашлось что-то вроде санузла. Деревянный чан, над которым висело торчащее из стены подобие носика от лейки с веревочкой, и деревянный короб с крышкой, приподняв которую Света обнаружила дыру, казалось, не имевшую дна.
«Жутковато, но зато запаха нет. – Пожав плечами, Светлана закрыла это отверстие в никуда. – Правда, и бумаги туалетной тоже нет. Печалька».
Магический договор все так же лежал на столе, и, что примечательно, ее надпись с отказом каким-то образом исчезла.
Читала Светлана всегда довольно быстро, вот и сейчас глаза за стеклами очков побежали по строчкам написанных самым что ни на есть русским языком.
«Странно все как-то, – повертела она в руках плотный лист с печатью и свернула его рулончиком. – Язык русский, но все как-то расплывчато и непонятно».
В договоре значилось, что Светлана Львовна Райская принята на работу воспитателем для подготовительного курса студентов с магическими отклонениями. В обязанности ей вменялось содействие им в выборе факультета согласно способностям и поступлении на него. В случае неудачи Света получала минимальное денежное вознаграждение и отказ в продлении контракта. С каждым поступившим оплата увеличивалась, а в случае поступления всех подопечных Светлана могла претендовать на постоянную должность в академии. Отдельным пунктом шло преждевременное расторжение договора, где было изложено все то, что ей уже сказал кот. А более подробный перечень обязанностей, прав и всего, положенного ей согласно должности, находился в приложении.
«Получается, мне даже выгоднее, чтобы они не поступили, – задумалась Райская. – Меня тогда сразу домой вернут. Деньги я и там нормально заработаю, да и вряд ли у них здесь в ходу наши рубли или другая земная валюта. Надо почитать приложение, а оно, видимо, тоже находится в папке со всеми прочими бумагами.
Пухлая папка, как и было обещано рыжим которектором, нашлась в ящике стола. Вооружившись таким образом и бормоча под нос: «У меня есть документы! Я не букашка, у меня есть бумажка! Целая куча, и я всех круче», Светлана Львовна храбро толкнула дверь и вышла из своего временного пристанища на встречу со страхами в лице неведомых обитателей этого места.
Глава 3. Здравствуйте, я ваша… воспитатель!
Храбрость Светланы Львовны испарилась, стоило ей выйти в коридор и закрыть за собой дверь комнаты-убежища. Серые, мрачные и холодные даже с виду стены коридора вызывали невольную дрожь, небольшие круглые шары-светильники, встроенные под самым потолком, горели тусклым светом с мертвенно-бледным холодным подтоном. Пол, как и стены, был каменным, без какой-либо ковровой дорожки, и даже легкие шаги Светланы в мягких домашних тапочках отдавались глухим стуком.
Света поежилась от сквозняка, в легкой белой блузке и прямой юбке-карандаше было холодновато.
«По крайней мере, вид у меня вполне официальный», – пыталась приободрить себя Светлана Львовна, стараясь не думать про хорошенькие бежевые тапочки с пушистыми помпончиками, которые в этот образ совсем не вписывались, но зато были теплые.
Она поудобнее перехватила папку с документами и поплелась, все замедляясь, к повороту коридора, куда ей советовали идти. С одной стороны, Свету радовало, что никто не остался караулить под дверью, с другой – оттягивание знакомства делало ее все неувереннее.