Анна Леденцовская – Чудеса по контракту (страница 10)

«Еще и увеличивается, и взрывается, – прикинул он про себя перспективы, – и съедобно!»

Замерев, чтобы не выдать себя, он опять зажмурился и сосредоточился на подслушивании.

А эмоции за столом начали накаляться. К возмущенному гному внезапно примкнула Резвен, и оба они накинулись на бедную Олиско с обвинениями, что она совсем разбаловала куролапый домик.

– У нас и так вместо пищи одни помои, а тут какая-то неизвестная и наверняка вкусная еда, – тыкал пальцем в разодранные ошметки гном.

– Надо как-то его воспитывать или дрессировать не трогать чужое, – более мягко, но внушительно рыкнула Летси. – Ты же за него отвечаешь. Так испортит что-нибудь ценное, и под стражу взять могут. Сама не можешь? Давай я. Я щенков дрессировала в общине до первого оборота, ходили у меня все по струнке, как шелковые.

Олиско испуганно прикрывала сжавшуюся избушку тонкими пальчиками-веточками и молча отрицательно мотала головой, виновато косясь на Светлану.

Вот чего в Светочке Райской было полно, так это жалости к окружающим и стремления помочь всем сирым и убогим, которые при этом частенько таковыми не были и беззастенчиво садились на шею доброй женщине.

– Так! – откуда в голосе Светы прорезались эти командные нотки, она и сама не поняла, но замолкли и повернули к ней головы все, а свин на стуле приоткрыл один глаз. – Ничего критичного не случилось. Имущество мое, и я претензий не имею! А еще если подумать, то мы, возможно, сможем это приготовить и без специального пакетика.

– Очень занимательно, милая барышня, – неожиданно хрюкнуло за спиной, и все, обернувшись, увидели встающего со стула мэтра Висказеса, легко разобравшегося с древесными путами.

Кокон из гибких прутьев, старательно сплетенный дриадой, осыпался с него черноватыми хлопьями, и мужчина небрежно стряхивал все это с плеч и живота, не торопясь подходить к замершей у стола компании.

– Про договор я понял, – вполне миролюбиво кивнул он Светлане Львовне, опять выхватившей из кармана документ, зато дриаду отчитал: – Вы, милочка, совсем не подумали, что плести магические веточки против более сильного мага неразумно. Я разрушил структуру и просто впитал вашу магию, хотя не до конца. Слабенько, очень слабенько и неэффективно.

Рыло с пятачком перекосило при рассматривании пятен на рукавах щегольской золотистой рубашки, прекрасно гармонирующей с шоколадной, с проблесками седины щетиной кабаньей головы, но он все же старался быть любезным.

– Что ж, из того, что я тут пока услышал, мне понятно только одно. Ваша новенькая незнакомая мне поселенка этого вертепа собралась готовить странное и условно съедобное нечто, исправляя вредительство мелкого дриадского монстрика. – Хрюкотавр подходил к столу, неторопливо и внушительно впечатывая подкованные копыта в камень пола, а приблизившись, навис над невысоким Гринстеном и оглядел маслянистую липкую кукурузу среди цветных ошметков бумажной и пластиковой упаковки.

– Вы всё услышали совершенно верно, – внутренне дрожа от страха в двух шагах от жутковатого учителя непонятного пока ей факультета, со всем возможным достоинством ответила Светлана Львовна. – Еда тут странная, однообразная, и ее очень мало. Поэтому мы пытаемся хоть что-то готовить из того, что оказалось у меня с собой. По магическому договору я воспитатель находящихся здесь абитуриентов и должна помочь им поступить.

Щетинистые брови на звериной морде взлетели чуть ли не к макушке, и свиночеловек раскатисто, с прихрюкиванием расхохотался прямо Свете в лицо.

Впрочем, договор мэтр взял и, к большому сожалению уязвленной его реакцией Светланы, даже не обжегся, зато выражение клыкастой морды после прочтения женщину порадовало.

Пока крошечные глазки вчитывались в текст документа, кабанище хмурился, дергал пятачком и недоуменно всхрюкивал. Отдавал он свиток с уже большим почтением, а потом, заткнув за пояс свою мегавилку, нервно скребанул пятерней пузо и неожиданно склонился в неглубоком, но самом настоящем поклоне, которого от него явно никто не ожидал, судя по ошарашенным лицам всех присутствующих.

– Прошу простить мне несколько эксцентричное поведение, мадам Райская. – Здоровенный свинотавр вернул Свете договор и, сграбастав ее ладошку, потянувшуюся за документом, даже порывисто приложился к ней пятачком.

Светлана Львовна, огромным усилием воли удержав себя, чтобы не начать вытирать руку о юбку, отрешенно кивала, слушая его монолог и думая: «Ну подумаешь, пятак, не сопливый, сухонький и теплый. Не ко рту же руку тянул, там клыки, острые. Хотя лучше бы вообще без этого обошелся».

А свинтус меж тем велеречиво вещал о живущих здесь неслухах, об их издевательствах и игнорировании преподавателей, о сложности экзаменов и тонкости науки, которую преподает лично он, декан факультета и смешивальщик высшей категории Мюль Висказес.

– Я просто думал, что человек без магии – это очередная опасная шалость, ведь их способности непредсказуемы. Вы же видели монстрика Олиско. – Кабанище обвиняюще указал на ни в чем не повинный домик.

– Простите, – перебила его Светлана Львовна, намека на опасность и каким-то боком присовокупленную к этому избушку с лапками она не поняла и проигнорировала. – Смешивальщик?

– Не просто смешивальщик, а высшей категории. Я универсал! Могу создать любое известное лекарство, смешать ароматы для духов, изготовить чистящие порошки или воздушные пирожные. Мне подвластно все, что состоит из каких-либо компонентов, соединяющихся между собой. Недаром я являюсь деканом факультета СМЕШ! Факультета для самых скрупулезных и точных, обладающих острым нюхом и тонким вкусом, лучших из лучших!

Кабаноголовый магистр явно гордился своим факультетом и своей должностью.

– Понятно. – Света задумалась. – Получается, это что-то вроде смеси из алхимиков, кулинаров и бытовиков, наверное… А простите, как называется ваша раса? Даже в книгах у нас такой вроде мне не попадалось.

– Я из восточных гербусов, у нас самый тонкий нюх в этих землях, – гордо оповестил ее Мюль Висказес. – Но кстати, мадам…

– Знаете, мэтр, – как ни странно, не выдержал Мельзитунейн, а не порывистый гном, – если вы сегодня не намерены нас чему-то учить, то не мешайте госпоже Райской спасать остатки продуктов! Светлана Львовна, что вы хотели предложить?

– Ваша наглость мне не в новинку, поступающий Мельзитунейн, но в данном случае мне самому любопытно. – На свинячьем рыле смешно наморщился пятачок. – Взорвать зерна, чтобы можно было есть… это интересно!

– Когда-то, – Светочка изо всех сил пыталась поддержать свой авторитет, – читала я одну замечательную книгу зоолога Даррелла про его детство в Греции. Там один пожилой местный житель, с которым мальчик подружился, готовил попкорн из сушеной кукурузы просто в толстой сковороде. Лил масло, помещал зерна и, накрыв крышкой, клал на нее кирпич.

Висказес оглядел стол и ткнул пальцем в котел из-под каши.

– Вот сюда можно положить зерна, посудина достаточно толстостенная. А кстати, – схватив котелок, хрюкотавр принюхался, – в нашей столовой такого не готовят! Что тут было?

Света сердито уперла руки в боки, чувствуя, что пришло время спросить про проблемы с едой.

– А тут была жуткая каша из этой вашей столовой, желтая, с комками и совершенно сухая горлодерка! Даже соли пожалели! Чем могла, тем и спасала! И вообще, тут каждому жизненно важны некоторые продукты, а им их не выдают! Почему? Хотите, чтобы поступающие сорвались?

Свин осмотрел компанию у стола и ткнул пальцем в Сапролейна.

– Что вы мне тут рассказываете? Вон видно же, совершенно стабильный тагон! Ни проблеска огня.

– Да ну? А еще вчера его волосы все были в рыжие «перышки». А такой он стал, только съев чудом оказавшуюся у меня упаковку сырой курятины!

– Это правда, мэтр Висказес, – негромко подтвердил Вильент. – Резвен тоже была на грани, и нам очень повезло, что госпожа Райская поделилась с нами своими случайными запасами.

Декан СМЕШа задумался, крутя в руке котелок и что-то прикидывая в уме.

– Хорошо! – Один из мешочков на поясе был отцеплен, и в котелок упала, переливаясь, голубая икринка. – Я разберусь! Лично вместе с госпожой Райской проинспектирую столовую и посмотрю, что там вам отправляют! Вы согласны, мадам?

Мадам в это время ничего не слышала и кивнула машинально. Она наблюдала, как голубенький прозрачный шарик крутится в котелке, собирая со стенок кое-где все же приставшие остатки каши. Этот шустрый магический Капитошка рос, и Светлане даже казалось, что он вот-вот запоет свою веселую песенку. Но пузырек просто потемнел и, помутнев, закрутился на дне, вспенился, заполняя котелок.

– С запахом лимоникуса, – мэтр Мюль довольно наблюдал за искренне восхищенной женщиной, – моя новая формула! Сейчас добавлю нейтрализатор пены с полиролем, и вы просто ахнете!

Света и правда ахнула, когда во взбитую, уже лезущую из котелка пену упала капелька лиловой жидкости из вытащенного Висказесом пузырька.

Пена исчезла, как будто ее и не было, а котелок сиял чистотой так, что в донышке можно было разглядеть собственное отражение.

– Ну вот, милейшая воспитательница этих великовозрастных оболтусов, можно начинать готовить. – Блестящий котелок торжественно преподнесли женщине как букет. – Крышкой, думаю, может послужить специальный кулинарный трансформируемый щит от брызг, сделанный по моему заказу на факультете ЧуСовцев. Он плотно закроет посудину и не отлипнет без моего магоимпульса, а еще мы сможем все видеть, потому что щит прозрачный!