Анна Ланц – Временная жена дракона (страница 4)

– Угу, – кивнула я и вымученно улыбнулась.

– Я не могу жить без моей любимой больше ни минуты. И хочу узаконить наши отношения. – Он драматично прижал свободную руку к сердцу.

Спектакль не произвел на священнослужителя никакого впечатления.

– Вон там книга, – костлявым пальцем он указал куда-то в дальний угол. – В ней запишитесь и приходите ко времени. Эх, молодежь торопливая. Зачем спешат жить? – Последнее он добавил уже еле слышно, по всей видимости, для себя, и собрался уходить.

– Мы не хотим тянуть! Любовь не терпит ожидания! – Воскликнул Рейнар, и в его руке блеснула монета.

Священнослужитель понятливо улыбнулся, и лун скрылся в темном нутре рясы.

– Любовь, говорите? Ладно. Становитесь вон туда.

Церемониальный процесс оказался на удивление коротким. Несколько заученных фраз, произнесенных старческим бесцветным голосом. Вопрос о том, согласны ли мы жить, уважая и поддерживая друг друга. Наше нестройное «да». Мое – тихое и робкое. Рейнара – громкое и бодрое.

Затем священнослужитель протянул к нам руки. Мы взялись за его ладони.

– Соединение заключено. Пусть судьба свяжет вас, как свяжутся ваши знаки.

Теплая волна пробежала по запястью. Я вдохнула давно забытый и такой дурманящий аромат магии и посмотрела вниз.

На моей коже медленно проявлялся узор – изящные переплетения линий. Тонкие, витиеватые, они складывались в необычный орнамент. У каждой пары он был свой, уникальный.

У Рейнара проявился точно такой же, как у меня.

– А мне идет, – сказал дракон, крутя запястьем. – Необычненько так.

Магия для новобрачных была единственной, которая разрешалась в Варте. Символы на запястьях говорили не только о том, что пара в браке. Но и позволяли почувствовать, если твоей половине плохо.

В случае развода узоры также убирал священнослужитель, а вот в случае смерти одного из супругов, орнамент исчезал самостоятельно.

– Можете поцеловать друг друга! – церемонно заявил старик.

Я напряглась. Неужели Рейнар меня сейчас поцелует? Нет, он, конечно, красавец. Но мы знакомы всего ничего, да и признаться, мне бы не хотелось, чтобы мой первый поцелуй случился вот так. На глазах у постороннего человека, пусть и священнослужителя.

Рейнар поймал мой испуганный взгляд.

– Да успеем еще нацеловаться! – Заявил он.

– Не положено, – прохрипел старик. – Скрепите брак поцелуем!

– Ладно, – буркнул дракон и чмокнул меня в лоб. – Ну все! Нам пора!

Он схватил меня за руку и поволок из храма.

– До свидания! – крикнула я через плечо уже возле выхода.

Сначала мы шли молча. Рейнар беспечно вышагивал, с любопытством крутя головой в разные стороны, я же шла, понуро опустив плечи.

Вот и все. Я замужем. Не так я представляла свою свадьбу. Впрочем, я вообще никак себе ее не представляла. Все мои мысли обычно занимал Карен и попытки заработать на его лечение. А мужчины, отношения и все оттуда вытекающее пока находились далеко от сферы моих интересов.

– Провожу тебя домой, – заявил дракон. Я безразлично кивнула в ответ. – Карен наверняка уже заскучал с тетушкой Сарой и ждет тебя.

– Откуда ты знаешь? – Я непроизвольно замедлила шаг и с подозрением покосилась на чешуйчатого.

– Ты же не думала, что я не наведу справки о своей будущей супруге? – Невозмутимо отозвался Рейнар. – И как, по-твоему, я выяснил, что ты в суде? Тетушка Сара – милейшая женщина, все мне рассказала.

– Что еще ты обо мне выяснил? – внутри все сжалось от неприятного предчувствия.

Что если этот дракон не тот, за кого себя выдает? И это все ловушка. А я попалась на крючок и теперь добровольно собираюсь приехать в Антру. По спине пробежал неприятный холодок.

– Соседи от тебя в восторге. – Начал рассказывать Рейнар. – Говорят, скромная, отзывчивая и трудолюбивая. Тетушка Сара и вовсе без ума от тебя. Утверждает, что ты добрейший человек из всех, кого она знает.

При упоминании о пожилой женщине у меня на душе потеплело. Ведь добрейшим человеком из всех, кого знала я – была она.

Когда мы с Кареном пришли в город, то нам пришлось ох как нелегко. На все мои мольбы и просьбы никто не желал давать нам крышу над головой. Я клялась, что найду работу и верну все до последнего луна. Но жители были настроены с подозрением к чужачке, что появилась в городе с ребенком на руках и без денег.

Почти неделю нам пришлось ночевать на лавочке в городском парке. Умывались мы в местном фонтане, а ели то, что оставляли на тарелках посетители ближайшей уличной таверны.

Я была в отчаянии. Не представляла, как я устроюсь на работу с малышом на руках. Именно в те темные дни я и дала ту заметку в местную газетенку.

Буквально в тот же день нам посчастливилось встретить тетушку Сару. Старушка пришла в парк, чтобы покормить голубей, и наткнулась на нас. После недолгого разговора, она предложила нам комнату в своем доме.

«Заплатишь, когда сможешь», – сказала она тогда, показывая просторную уютную спальню в светлых тонах. Я стояла со слезами на глазах, не в силах ответить. Казалось, сами Боги послали нам заботливую одинокую женщину, которая просила называть себя тетушкой Сарой.

Мы не просто снимали у нее комнату, мы стали практически одной семьей. Старушка с удовольствием оставалась с Кареном, когда я уходила и считала его своим внуком.

– Но знаешь, – продолжил делиться Рейнар, – был один человек, который отзывался о тебе не в лучшем ключе. – Я фыркнула.

– Дай угадаю. Мой работодатель? Хозяин лавки трав?

– Именно. Назвал тебя неблагодарной лентяйкой.

Не удержавшись, я закатила глаза.

– А он тебе не сказал, что платил мне пять лун в неделю?

Рейнар насмешливо изогнул бровь.

– Забыл упомянуть.

– Ну, конечно.

Мой работодатель, господин Клауз, был высоким, сухощавым мужчиной с носом горбинкой и вечно недовольным выражением лица. Его цепкие, как у хищной птицы, глаза и длинные тонкие пальцы, казалось, были созданы для того, чтобы постоянно пересчитывать деньги.

Хозяин лавки слыл жадным и мелочным человеком, и все же я работала на него. Я собирала редкие травы в Призрачном лесу, там, куда другие работники и носа не совали. Мне был удобен свободный график. Раньше, когда Карен еще мог подниматься с постели, мы ходили туда вместе. И я учила его тому, что знала сама.

Господину Клаузу всегда казалось, что я приносила слишком мало. Его жадность не знала границ.

«Не могла еще корзину набрать?» – цедил он. И на все мои объяснения, что травы редкие и найти их порой нелегко, лишь зло сверкал глазами.

Когда мой долг перед городом вырос до небывалых размеров, я молила работодателя закрыть хотя бы его часть в качестве аванса. Но в ответ получала лишь насмешливое: «И не подумаю».

Бьюсь об заклад, он уже договорился с главой города, что в число моих обязанностей на городских работах будет входить сбор трав. Так, он надеялся получить мой труд задаром. Что ж, боюсь, его ждет большое разочарование.

– Где ты научилась разбираться в травах? – спросил Рейнар.

– Меня бабушка учила, – честно ответила я. – У нее был великолепный сад. Там росли травы, которых я больше нигде не видела. Она знала все: какие травы помогают от хворей, какие можно использовать как яды, а какие просто как необычную приправу в похлебку.

– Ты научилась у нее?

– Да, – я кивнула, улыбаясь далеким воспоминаниям. – С детства бегала за ней хвостиком, помогала, запоминала. Она говорила, что растения, как люди. И если относиться к ним с уважением – то они непременно помогут.

– Мудро, – задумчиво ответил дракон. – Должно быть, она хорошая женщина.

– Была, – я вздохнула. – Она умерла.

Рейнар ничего не ответил, но я успела заметить в его глазах боль. Словно от тоже знал, что такое терять близких.

– В любом случае твой бывший работодатель завистливый баран, – сказал он чуть погодя. – Я не смогла сдержать улыбку.

– Ты даже не представляешь насколько.

Так, за разговорами мы дошли до тихой узкой улочки, где стоял дом тетушки Сары.

– Я зайду к тебе вечером. Занесу обещанные деньги. – Сказал дракон. – А ты пока собирай вещи.

Я кивнула. Собирать мне было особо нечего, думаю, Рейнар это знал. И его «собирай вещи» скорее значило «прощайся с родными». Я грустно улыбнулась.