Анна Ланц – Опасная стажировка магички Евы (страница 11)

Я долго перебирала бумаги в разных углах кабинета, прежде чем нашла его – договор Жоржа о приеме на работу. Как ни странно, оказался он в весьма логичном месте – в ящике стола.

В этом договоре был указан номер счета, куда казна перечисляла бургомистру жалование. Я сверилась с банковской выпиской от тайного мецената. Так и есть. Счет совпадал.

Значит, это Жорж отправил Прислони внушительную сумму. Но зачем? Неужели он действительно так впечатлился этим местом, что готов тратить на него подобные суммы? Или бургомистр настолько богат, что это для него не деньги? Тогда откуда взялось его состояние? И опять же, я вернулась к вопросу – зачем настолько состоятельный человек живет в подобном месте?

Выглянула в окно, словно там могли быть ответы на мои вопросы. Но ничего интересного, кроме покрытого туманом леса и одинокой вороны, вышагивающей по подъездной дорожке, там не обнаружилось.

Я вздохнула и опустилась на пол, на котором все еще были разложены многочисленные бумаги, и принялась за работу. Очень скоро мир приходов и расходов, – чаще расходов, к сожалению, – погрузил меня с головой.

Чао, забравшись на подоконник, недобро наблюдал за мной. Но атаковать не спешил, поэтому я решила его не прогонять. Пусть привыкает, что в этом доме появился еще один житель.

Я отвлеклась от бумаг спустя несколько часов, когда хлопнула входная дверь, и в коридоре раздались тихие, быстрые шаги.

Через мгновение дверь распахнулась и в кабинет вошли Милли и Вилли. Сегодня на старушках были одинаковые голубые платья с белыми фартуками.

– Ева! – в унисон воскликнули они, одновременно поправляя очки. И как они это делают? Репетируют, что ли? – А где Жорж?

Я поднялась с пола, разминая затекшие ноги.

– Уехал. Что-то случилось? – догадалась я, вглядываясь во взволнованные лица.

Ответом стали синхронные кивки.

– Катастрофа, – возвестила Милли трагическим тоном.

Таким драматичным, что я сразу напряглась. Неужели, кого-то снова убили?

– Наш козел сбежал!

– Ффф, – фыркнула я, облегченно выдыхая. – Я думала, что-то серьезное.

– Он не просто сбежал, – вторила сестре Вилли, – он еще и застрял. В пруду в городском парке!

Я заморгала. Это все, конечно, неприятно. Но я никак не могла взять в толк, зачем они пришли и рассказывают это мне. Впрочем, долго гадать мне не пришлось.

– Вытащи его! – в унисон потребовали старушки.

– Я? – он неожиданности я отступила, прикрываясь случайно оказавшимся в руках договором, точно щитом. – Почему это я?

– За все беды в городе ответственен бургомистр, а сейчас он не на месте. А ты его помощница. Значит, и ответственность переходит к тебе. – Сказала Милли с интонацией, будто я наглым образом пытаюсь уклониться от священного долга, и обиженно поджала губы.

Я вспомнила, как Жорж упоминал, что ему приходилось мести улицы. Он что, выходит, не шутил?

– Жорику очень нужна помощь! – добавила Вилли. – Он стоит там одиноко в пруду. Его тощие ножки завязли в иле.

– А сами, почему не можете его достать?

– Я воды боюсь, – ответила Милли, – а Вилли одна не справится.

– А соседи? – не сдавалась я. – Попросите у них помощи!

– Да, какие соседи! Заняты все! – возмутилась Милли.

– Рубен из шестого дома выпил вчера лишка и теперь дрыхнет под яблоней, – терпеливо начала докладывать Вилли. – Марк из восьмого забор вчера красил, надышался краской и сегодня его мутит. А Марфа…

– Жаба болотная, – успела вставить быструю ремарку Милли.

– Марфа вообще заявила, что так нам и надо. Что Жорик съел всю капусту у нее в огороде.

– Так, то три года назад было! А она все помнит!

– Так что придется тебе!

Я переводила взгляд с одной старушки на другую, в надежде, что сейчас одна из них заявит, что это такая шутка. Но ни одна из них не спешила это делать! Наоборот, смотрели на меня абсолютно серьезно. С надеждой в глазах.

Достать козла из пруда. О, пресвятая Тирана, покровительница благоразумия! Когда моя жизнь свернула не туда?

Впрочем, ясно когда. Когда меня отправили в это захолустье. Если кто-то из моего курса узнает, что Ева Брон на своей стажировке достает козлов из прудов, то позора не оберешься. Неужели, я для этого училась пять лет?

Я прикрыла глаза и медленно досчитала до десяти. Открыла.

Старушки все еще выжидательно смотрели на меня. Теперь к ним присоединился и Чао. Казалось, ему тоже было интересно, что я решу.

– Ладно, идемте, – буркнула я, сдаваясь под напором трех пар глаз.

– Ты не переживай! Он в воде сильно бодаться не будет! – «успокоила» меня Милли, хватая под руку.

– Что?! – ошарашенно переспросила я.

Но менять решение было уже поздно. Старушки прытко потянули меня в городской парк.

8

Парк производил гнетущее впечатление. Лавочки стояли покосившиеся, некоторые и вовсе были сломаны. Каменные дорожки почти скрылись под травой и мхом, а кое-где прямо посреди тропинки пробивалась крапива.

Фонари, некогда изящные, давно заржавели и, судя по угрюмому виду, не горели уже несколько лет. Некоторые из них были странно перекошены, как будто пытались устроить побег из этого запустения. Что ж, их можно понять!

– Он раньше был красивым, – со вздохом сказала Милли, словно прочитав мои мысли. – Здесь бегали дети, гуляли мамочки с колясками, а на лавочках целовались влюбленные пары.

– Да, были времена, – согласно протянула Вилли. – Мы с Милли тут прятались от многочисленных поклонников.

Старушки переглянулись с ностальгическими улыбками. А я вспомнила свой внезапный вчерашний порыв. Теперь, когда я видела запустение собственными глазами, желание написать казначею только увеличилось. Да, они просто обязаны выделить деньги! Что это такое? Город без парка?

Вот закончу с отчетом и напишу! Пусть видят, какие крохи они сюда выделяют. Может, им хоть стыдно станет?

Сам парк, так же как и дом бургомистра, располагался на окраине города, почти вплотную к лесу. Именно в его сторону мы сейчас и шагали. Вилли и Милли двигались с поразительной для их возраста энергией. Еще и меня подгоняли!

Лес возник будто внезапно. Казалось, что он был где-то там, далеко. Но вот легкий поворот тропы, и он словно вырос перед нами.

Высокий, еловый, окутанный легкой, колышущейся дымкой. Сизые стволы поднимались к небу, строго и торжественно, будто колонны в храме богини Шу.

В груди разлилось странное чувство тревоги, смешанное с восхищением. Наверно так на лес смотрели все, кто родился в городах и почти никогда не бывал на природе. Такие, как я.

На миг я остановилась.

– Мы же не пойдем в него? – уточнила я у прытких старушек, не отрывая взгляда от елей.

– Конечно, нет. Вон он пруд. За лопухами. – Милли махнула куда-то в сторону зарослей. – Ты не бойся, тут тропка есть.

Тропка и правда была, если тропкой можно было назвать узкое, едва заметное пространство, между высокого разнотравья.

Бросив еще один взгляд на лес, я начала осторожно пробираться за старушками, стараясь не вступить в очередную грязную лужу и при этом не коснуться крапивы.

Травы щекотали лицо и цеплялись за подол. Мысленно я уже сотый раз пожалела, что согласилась на эту сомнительную авантюру. Дождались бы Жоржа. Пусть бы сам козла вытаскивал. А то уехал не пойми куда, а мне отдуваться!

Наконец, мы вышли к пруду.

Тусклая, мутная вода лениво колыхалась от легкого ветра. На ее поверхности плавали клочья водорослей и сухие листья, а с краю, там, где раньше, видимо, была аккуратная береговая линия, теперь буйствовали камыши. Здесь тоже все дышало запустением: от ив, чьи длинные ветки спускались в воду, до полусгнившей лавки, накренившейся набок.

А в самом центре пруда, действительно, стоял козел. Огромный, серо-белый, с закрученными рогами. Жорик был в воде по самое брюхо, он то и дело недовольно потряхивал бородой и фыркал. Выражение его морды недвусмысленно говорило: все происходящее ему не по нраву. И тут я была с ним солидарна!

– Зачем он в воду-то полез? – удивилась я.

– Да, кто ж его знает! – Всплеснула руками Вилли. – Он у нас буйный. Временами выкидывает чего-нибудь эдакое…

Я снова с сомнением посмотрела на козла.

– И что мне с ним делать?